— Покажи ему, — не приказал, а попросил Гига.
С едва слышимым щелчком парень переключил отображение вещей на обычный режим. На худом теле Риволи оказалась такая же фиолетовая рубашка на два размера больше, чем нужно, и висела она как старый мешок. Темноволосый маг расстегнул несколько пуговиц, показывая неприятную рану, которая выглядела жутко и потрясающе реалистично.
— Это кто тебя так? — сочувственно спросил Вилл, не отрывая взгляда от раны. Таких раньше не доводилось. Её края выглядели изуродованными, словно обожжёнными. Мягкие ткани вокруг были воспалёнными и тёмными, а в центре она была чёрной, как самая тёмная ночь. Вилл вздрогнул. На мгновение показалось, что рана, словно живая, извивалась как змея.
«А ещё она что, здоровье отнимает?» — Вилл заметил, что от полоски здоровья у парня откололась маленькая часть. Обычно такое происходит, когда изменяется показатель здоровья, вот только парень стоял спокойно, его никто не атаковал и он не использовал боевые навыки. Оставалось лишь одно объяснение.
Риволи мрачно усмехнулся.
— Удивишься, но это сделал ты, но одновременно не ты, — сказал он, застёгивая обратно пуговицы.
— Спасибо, Риволи, — поблагодарил Гига. Риволи кивнул и вернулся в кресло. С ещё одним глухим щелчком на него вернулась волшебная экипировка, и в его руках снова появились белый кристалл и амулет. Кристалл вновь вспыхнул, и в этот раз амулет засветился ярким и ровным белоснежным светом, однако судя по тому, что Риволи сразу достал новый кристалл, выбитый четвёртый стат его не устроил.
— Это сделал я, но одновременно не я… — тихо повторил Вилл. Было несложно догадаться, про кого именно говорил Риволи. — Это сделал тот неизвестный Кровавый целитель?
— К сожалению, да, — мрачно ответил Гига. — Жаль тут нет ваучеров на смену ника. Я бы купил один для Риволи, чтобы он сменил ник на ВезунчикРиволи. Пока что он единственный, кто не просто видел этого Кровавого целителя, но и остался живым после схватки с ним.
— Ну ты сказанул. Везунчик, ага. Какой я Везунчик, если за полторы тысячи кристаллов не выбил стат на инту? — Риволи сильнее обычного сжал кристалл в левой руке, и осколки осыпались ему на ноги. — А в схватке…Смешно. Этот летающий придурок отделал нас как нытиков из Совета. Моя пати сдохла меньше, чем за минуту, а я сбежал на трёх процентах здоровья. Не было никакой схватки. Это было избиение. Летающая дрянь наложила на меня дебаф, что не спадает две недели, а рана не просто не проходит, но и болит. Надеюсь ты, Виллиус, не так же силён.
— Думаю, это выше моих сил. Впрочем…
Навыки Кровавого целителя были изучены ещё не до конца, было много белых пятен, и оставалось лишь гадать об истинных границах своего могущества. Вилл повернулся к Гига, который сверлил неотрывным взглядом чёрных глаз.
— Риволи выжил, но остальным повезло меньше. Считается, что от этого целителя больше не смог уйти никто, и за эти месяцы он стал неприятной проблемой. Мне было бы плевать, нападай он на НИПов, но он охотится за игроками. Скажу прямо — я терпеть не могу игроков из Совета и Альянса, но они — игроки, также же, как мои люди и гости этих земель. Все они мои потенциальные друзья и товарищи, и я не хочу, чтобы кто-то из них страдал.
Гига говорил спокойно, но нотки злости всё равно проскальзывали в его словах.
— Что же. Я сочувствую всем, кто пострадал, в том числе и твоим людям и лично тебе, Риволи. — Вилл посмотрел на занятого мага, и он коротко кивнул в знак благодарности. — И кажется, я понимаю, куда заходит наш разговор, но прежде я хочу кое-что у тебя спросить. Считаю это справедливо.
— Я тебя слушаю, — ответил Гига после секундной заминки.
— Грати. Она здесь?
— Да, — удивил Гига. Казалось, он ответит «Нет» при любых раскладах, неважно, здесь ли Грати или нет.
— Зачем ты выкрал её? — хмуро спросил Вилл. — Что ты делал с ней все эти месяцы? Надеюсь, ты не…
— Она во дворце, — перебил Гига. — И прежде, чем ты перейдёшь к угрозам, успокою тебя, что с ней всё хорошо. Ей ничего не угрожает. Более того, она моя соратница, поэтому никто её и пальцем не тронет. Сейчас это всё, что тебе следует знать.
Вилл подавил внутренний гнев, который на мгновение вспыхнул так ярко, что казалось, он готов разорвать грудную клетку и вырваться наружу. Гига, умышленно или нет, не сказал главного. Его слова — это не просто всё, что нужно знать. На большее сейчас и рассчитывать нельзя. Система не разрешит обыскать дворец, и Гига достаточно запретить это всего одной командой. Кровавое зрение зацепит всё в радиусе ста метров, но это не весь дворец. И даже если получится найти её силуэт, добраться до пленной девушки не выйдет.
— Не думал, что у тебя может быть такой злобный взгляд, — Гига слегка склонил голову и прищурился. — Не смотри на меня так. Мы не похищаем девушек ради близости или торга ими. Повторю — Грати ничего не угрожает.
«Ладно», — мысленно выдохнул Вилл. Этот неразрешимый в данную секунду вопрос лучше отложить в сторону и подумать над ним позднее.
— Второй вопрос. Наша дуэль. Меня удивил твой вызов. Мне он показался странным, и я решил, что ты просто захотел покрасоваться перед публикой и прорекламировать себя. Побить не просто кого, а Кровавого целителя, звучит как что-то, достойное тебя. Потом это выключение прожекторов и похищение. Я подумал, что дуэль была для отвода внимания, но и эта версия показалась мне странной. А потом…сперва один Кровавый целитель убил несколько тысяч НИПов, а другой начал убивать игроков. У кого все стали искать защиты? Верно, у кого, кто уже победил Кровавого целителя один раз, причём это была не победа, а унижение. Так скажи мне, ты знал про это?
Впервые за разговор в чёрных глазах Гига промелькнули искорки веселья, а на лице прорезалось подобие улыбки.
— Всегда приятно, когда твои способности настолько переоценивают, особенно в чём-то сложном, вроде долгосрочного планирования с несколькими ступенями. Знал ли я, что откуда-то появится второй Кровавый целитель, что будет косить игроков, в том числе и моих людей? Нет. Это невозможно было узнать и тем более предсказать. Знал ли я, что ты готовишь ритуал, который убьёт всех, кого ты притащил с собой? Отчасти. У меня много глаз и ушей, поэтому информация доходила до меня даже из Десятки, но скажу честно, я не знал об этом перед дуэлью. Победа над тобой была необходима вне зависимости от внешних обстоятельств. Твоя сила, популярность и репутация превосходили любые рейтинги. Я должен был победить тебя, чтобы продемонстрировать окружающим свою силу, внушить им как страх, так и чувство, что в случае любой напасти смогу их защитить, и победить тебя нужно было как можно более сокрушительно, без шансов для тебя. Без обид, Виллиус. Я знаю, как неприятны такие поражения, но у меня не было цели унизить лично тебя. Я целился лишь в твой статус. Всё совпало на удивление хорошо, и победа над тобой заставила многих поверить, что я смогу уберечь их как от тебя, так и от нового Кровавого целителя, но реальность оказалась не так уж сладка.
И вот, когда разговор, наконец, подошёл к сути, Вилл не смог удержаться от короткого смешка.
— Этот новый Кровавый целитель стал настолько большой проблемой, что в отчаянии ты обратился ко мне? И что ты хочешь? Совета, как его победить? Или помощи в его поисках?
— Убей его, — прямо ответил Гига. — Как ты это сделаешь, в одиночку или нет, честно или через абузы, меня не интересует.
Вилл бросил взгляд на массивный Подавитель, запертый в стеклянной клетке.
— У тебя в руках мощь всего королевства и эта ужасная штука, однако ты просишь помощи даже не у главы крупной гильдии или лидера сильной консты, где ребята годами играют друг с другом, а у одиночки с тремя сильными друзьями. Это что, признание, что я стою лучше всех твоих людей? Приятно.
— Нет, — на секунду в интонации Гига проскользнуло раздражение. — Не путай. Захватить власть в Северных землях, сокрушить сразу двух правителей и создать лучшую структуру, которую только можно предложить игрокам в эту секунду — это одно. Гоняться по всей карте за твоим безумным коллегой, подставляя под удар лучших людей — это другое. Этот Кровавый целитель — не моя цель, даже не второстепенная и не третьестепенная, мне не интересно им заниматься, но он сильно мешает. Я не могу, нет, я не хочу тратить на него как время, так и своих людей, которые нужны здесь и сейчас. Любая их смерть — это невосполнимая утрата и потеря боевой мощи новых Невозвращенцев.
