Голосу Гига вернулись привычные жёсткие, холодные нотки.
— Идея Невозвращенцев лежала на поверхности, и те, кто создал их, первыми уловили общее настроение, вокруг которого они без труда смогли собрать многих людей. Под их знамёна стеклись все. Неудачники, погрязшие в собственной лени и никчёмности, и не знающие в жизни других радостей, кроме дешёвого пива, чипсов, десятка тысяч часов в онлайн-играх и коллекции роликов чёрно-оранжевого оттенка. Люди, что по разным причинам не смогли реализовать себя в реальности, но нашли своё место здесь. Мечтатели, уставшие от серой реальности и мечтающие о жизни в красивом фэнтези-мире, в котором они могли стать не офисными червями, а благородными рыцарями и храбрыми искателями приключений. Реалисты, понимающие, что пусть в этом мире и есть свои недостатки, он позволит прожить ещё одну, а то и две счастливые жизни. И те, кто в реальном мире оказались на волоске от гибели или из-за болезни вынуждены влачить жалкое существование, которое не скрыть за красивыми словами о полноценности. Вот мир, в котором они полноценные. Однако, у руля Невозвращенцев встали слабаки. Собрать вокруг себя этих людей было самым простым, но из-за слабости они не знали, как удержать их возле себя. Было лишь вопросом времени, когда их загрызут собственные же люди, и всё, что мне оставалось — это быть рядом, наблюдать и готовиться к тому, чтобы занять освободившееся место и сильной рукой повести Невозвращенцев правильным курсом, дав им желаемое.
Сделав короткий глоток, Гига вновь вернул голосу небольшую мягкость.
— Но одно я контролировать не мог — это тебя. Я не знал, как мне подступиться. Я наблюдал за тобой издалека, чужими глазами, и был счастлив. Я видел, как ты улыбалась, смотря на плывущие по небу облака. Я видел, как ты беззаботно болтала ножками, сидя на лавке. Я видел, как ты часами гуляла, продираясь сквозь городскую толпу и отправляясь в одной лишь тебе ведомые земли через телепортационные площадки. Я также прочёл с десяток новостных изданий, в которых больные в реальной жизни люди делились своими ощущениями. Те, кто в реале даже ходить не мог, легко бегают здесь. Это успокаивало меня, но я не знал, как подступиться поближе, не знал, как уберечь тебя от правила одной смерти, которое оказалось всего лишь хитрой уловкой и не тем, что казалось на первый взгляд. Что так удивлённо на меня смотришь? Я знаю многое, в том числе и то, что после смерти игрок спокойно возвращается в реал, живой, но не факт, что здоровый.
— И много ты ещё знаешь? — осторожно спросила Грати.
— Достаточно, — уклончиво ответил Гига. — Мы сейчас обсуждаем другое. Правила одной смерти нет, но вот беда — твоё возвращение в реал ничем не лучше смерти. Я наблюдал, строил планы, кровью прокладывал путь к цели, а потом ты исчезла. Мои люди не могли тебя отыскать, как и письма до тебя не доходили. Я был злой. Я был в ярости. В бешенстве. В сильной тревоге. Но тебя видели с Виллиусом, который также исчез, как пропали и его дружки, и я подумал, что он, возможно, во что-то тебя втянул. Я дал себе по лицу. Нельзя создать сильную структуру, если её будущий лидер вот так раскис. Я воспрянул духом и решил, что подготовлю хорошую почву к твоему возвращению. Мне удалось сделать многое, и когда Фаэл дрогнул, и началась королевская битва за освободившийся трон, я перерезал глотки любому, кто хотя бы заинтересованно посмотрел на него. Что было дальше ты, наверное, изучила сама. Удача улыбается сильному, и благословлённый ею я покорил Северные земли, а потом расширил границы на юг, сокрушив соседнее королевство. А потом Виллиус вернулся, как вернулась и ты. Я бы спросил, зачем ты подвергла себя такому риску и согласилась на такую авантюру, но думаю, что и так знаю ответ. Посмотри мне в глаза и скажи, я прав?
Несколько секунд царила тишина.
— У тебя вместо глаз чёрная пустота, что я могу прочесть там, — наконец буркнула Грати.
— Я так и думал, — ответил Гига, и в голосе Хозяина удивительно смешались мягкие нотки и стальной холод. — В твоё отсутствие я многое успел. Теперь я был не просто одним из офицеров Невозвращенцев, что плёл интриги и готовился забрать власть себе, а Хозяином Северных земель, что сокрушил сразу двух правителей и снизил количество задач с трёх до одной.
«С трёх до одной…Стоп, он что, хочет и Трелорин покорить?» — подумал Сигил и тут же отмёл эту мысль в сторону. Тоненькая нить света вновь тревожно замерцала.
— Но нужно было что-то сделать с тобой. Ещё одна такая авантюра могла закончиться плохо, да и из того, что я знаю, вы висели на волоске от провала. Я не хотел, чтобы ты рисковала вновь, но ты предусмотрительно сидела внутри безопасной зоны. Как будто…чувствовала.
— Значит, Кэхила всё-таки подговорил ты?
Горечь чувствовалась в каждом слове Грати.
— Да, Настя, но не суди его строго. Любовь к бездушной нарисованной подружке ослепила его, — в голосе Гига не было ни намёка не сочувствие. — Но я использовал этого глупца, чтобы выманить тебя из безопасной зоны. Всё прошло великолепно. Дурёха на троне получила пощёчину, от которой всё не может отправиться, а ты здесь.
— Здесь, здесь… — устало проговорила девушка. — Хорошо. Предположим, меня до безумия тронула твоя история. Прямо невинный мальчик, который ни в чём не виноват. Ты меня выкрал. Я прожила тут несколько месяцев. Дальше-то что? Какие у тебя планы? На меня и вообще.
— Впереди ещё много дел. Я продолжу делать то, что должен, но уже с более спокойным сердцем, ведь ты в безопасности. Теперь я должен сделать безопасным для тебя этот мир. Сейчас в нём две главные угрозы — это желающие закончить игру и вернуться в реальную жизнь, а также неконтролируемые куски кода, от которых можно ожидать чего угодно. Как я справлюсь с этими угрозами, зависит от того, насколько сильны будут мои люди. Всё связано и переплетено друг с другом, особенно с событиями на юге. Знаешь, что я нашёл очень забавным? — спросил Гига и сразу же ответил. — Даже не то, что нас, «Призванных», считают здесь гостями, а то, что многие игроки правда в это верят. Эти слабаки договариваются с местными жителями. Сотрудничают. Даже пресмыкаются, и всё ради того, чтобы они считали их равными себе. Это же бред. Это мы, живые люди, создатели этого мира, и мы здесь полноправные хозяева. Все эти говорящие головы нужны лишь для одной цели — это служить нам.
Эти слова, наполненные яростными нотками, отзывались в голове туманом, но удалось что-то услышать про «Создателей этого мира». Почему-то от одних этих слов стало страшно и дурно.
— Но если мы вычистили у себя эту гадость, южные земли погрязли в ней. Там правит молодая девка, что желает подмять игроков под себя, а эти бестолковые овощи даже не понимают этого. Устранив эту проблему и прибрав к себе и южные земли, я создам лучший мир. Для тебя. Для меня. Для каждого, кто считает это место своим домом. А если кто встанет у меня на пути, то я лично покараю его и смету с пути, как до завоевания мира, так и после него. Не только у вас, Настя, есть информатор. Я спросил у своего человека по поводу эксперимента и всего этого безумия. Он ответил, что прохождение — это основное условие выхода из игры, хотя есть ещё парочка более мелких, почти недостижимых. Извне нас отключат не раньше, чем через сто проведённых здесь лет. Настя, ты только представь. Ты проживёшь целую жизнь в прекрасном мире, где нет голода и бед, где ты здорова и болезнь не сможет прикоснуться к тебе грязной рукой. Главное — ты проживёшь эту счастливую жизнь без боли, той жизнью, которой и должна была жить в реальности, той жизнью, к которой мы стремились полтора года и которую я тебе обещал!
В конце эмоциональной речи Гига сделал несколько мощных глотков, словно опустошил свой бокал до дна.
— Счастливая жизнь…но какой ценой? — голос Грати же оставался столь же тихим, и счастья в нём не было.
— И правда, Настя, а какой? Кого тебе здесь жалко? НИПов, что будут прислуживать игрокам? Их жизни ничего не стоят. Это ноль. Как они могут что-то стоить, если при желании их можно создать хоть сто штук, хоть сто тысяч? Они просто болванки. Нельзя воспринимать умный пылесос с искусственным интеллектом за равного себе. Это инструмент для наведения порядка. НИПы здесь — это такой же инструмент для достижения целей, и почему-то первым это понял я, человек, что попал сюда через восемь месяцев. Или тебе жалко игроков, что отчаянно желают вернуться в реал? Они вернутся туда в любом случае, просто сейчас они не осознают все те блага, что мы им предлагаем. Перед ними возможность прожить целую жизнь в достатке и в удивительном мире, к которому они вряд ли прикоснутся в ближайшем будущем. Для умного человека это целый океан возможностей, которые возможно реализовать даже здесь, что позволит вернуться в реальный мир другим человеком. Опасность умереть и вернуться в реал с серьёзным заболеванием? Я изучил некоторую информацию. Наибольшее количество смертей приходится на периоды с четырнадцатого по тридцать шестой и с шестьдесят третьего по девяносто восьмой уровни. Также с каждым месяцем игроки умирают всё меньше. Сейчас все опытнее, предусмотрительнее, полно руководств для новичков, есть даже гиды, которые тебя чуть ли не за ручку проведут по сложным квестам. Если есть мозг и руки, то шанс на смерть почти нулевой. Фарми с умом, не вставай у нас на пути, и всё у тебя будет хорошо. Вернёшься в реальный мир спустя счастливую жизнь и увидишь близких, которые постарели всего на пару дней. Так кого тебе жалко, Настя?
