— Спасибо за дуэль. Это было интересно, — непринуждённо поблагодарил рыцарь, отключая системное отображение шлема.
Лицо его выглядело таким же спокойным, как и в начале боя, и казалось, что Гига ни на каплю не устал. Вилл подавил прорывающуюся злость. Пусть он и игрался, но делал это не из-за злобы, высокомерия или желания потешить самолюбие. Он — мясник, который равнодушно забил свою жертву, причём сделав это не сразу, а выдержав необходимую для дела паузу.
— Угу, — только и выдавил Вилл. Хотелось вставить несколько крепких словечек, но в этом нет никакого смысла. Неважно как, но Гига победил, а значит, он оказался сильнее, и без разницы за счёт чего — навыков, кучи артефактов или всего вместе.
Теперь, когда Гига стоял всего в нескольких метрах, можно было вызвать описание второго щита и рассмотреть его получше. Вилл раскрыл просмотр снаряжения и взглядом навёл системный курсор на иконку круглого щита.
Отражение судьбы
В поверхности этого щита способно отразиться всё, и даже судьба, которую приготовил враг, отразится на него самого.
Ниже шло системное описание, подтверждающее догадки — щит обладал активной способностью, которая могла не просто отразить любой навык, но и обернуть его против атакующего с сохранением урона, дебафа и других эффектов.
— Буду рад видеть тебя в Северных землях, — негромко произнёс Гига, убирая покрытый песком и кровью топор в глубины инвентаря.
— Ага. Спасибо. Загляну при случае, — Вилл с трудом сдерживал внутреннюю ярость.
Ни одно из прошлых поражений не было настолько болезненным. Щит пока Гига не убрал, и Вилл видел в нём своё отражение — разодранная мантия, взъерошенные волосы, измазанное кровью лицо.
— Я серьёзно. Как я сказал ранее, каждый игрок найдёт у нас кров, и каждого я буду считать своим другом, пока он, естественно, не покажет обратное. К тому же…
Гига спрятал «Отражение судьбы» в инвентарь.
— … выбора у тебя скоро и не останется.
— Э-э-э…чего?
Гига не ответил. Он развернулся и направился в сторону чёрных ворот. Вилл растерянно провожал его взглядом до тех пор, пока рыцарь не скрылся внутри стадиона. До финального боя осталось меньше пяти минут, и пора освобождать арену для главных звёзд этого дня. Понуро, уже не вызывая кровавые крылья, Вилл направился к своему сектору. Трибуны шептались, тихо гудели, переговаривались о чём-то, но насмешек и тем более оскорблений слышно не было. Ноги наконец покинули песок и ступили на чёрно-белые ступени.
— Ну, посмотрел на меня в деле? — Вилл устало рухнул на сбережённое Шрамом сиденье. — Как тебе?
— Дерьмо.
Из груди вырвался нервный смешок.
— Исчерпывающий ответ.
— Зато честнее ты не услышишь.
Вилл посмотрел на иконку с дебафом. Она не исчезла, и даже таймера на ней до сих пор не появилось.
— Неужели я был так плох?
— Да дело в другом. Гига — это хитрый чёрный паук, который разрешил поплясать вокруг него несколько минут, пока он незаметно опутывал тебя своими сетями. Он не просто убил тебя, а отравил и с наслаждением смотрел, как ты умираешь в страшных мучениях.
Про «страшные мучения» Шрам подметил очень хорошо. Всё тело до сих пор болело, а левое плечо истекало кровью. Вилл достал небольшое зеркальце и осмотрел окровавленную физиономию. Кровь перестала сочиться из носа, но сам он, к счастью, серьёзно не пострадал. Через несколько минут всё должно зажить, но какие-то раны может и останутся. Гига, переключивший снаряжение на обычную одежду, вернулся в королевскую ложу, получив сдержанную улыбку от Трелорин и более восторженные улыбки от двух советников. Вилл поскрёб окровавленную щеку. Гига не просто вызвал его на дуэль, но разыграл целый спектакль ради исполнения своих планов. А могло ли быть так, что цель этого представления была не только в том, чтобы просто побить Кровавого целителя и сделать себе рекламу? Морозный озноб прокатился неприятной волной.
«Да нет, не верю», — ошарашенно подумал Вилл. Невозможно, чтобы Гига заглянул настолько далеко, но если он и правда способен на это, то он — самое настоящее чудовище, способное погрузить этот мир во тьму.
— Да выслушайте меня! — из размышлений вывел встревоженный женский голос, готовый в своём отчаянии вот-вот перейти на крик.
Морщась от боли, Вилл развернулся. Через несколько рядов седовласая женщина спорила с высоким парнем в красивых золотистых доспехах.
— Я выслушал Вас уже раз пять, — терпеливо ответил парень. Судя по нику, классу и уровню над головой, он был игроком — одним из тех, кто вступил в объединённую стражу с НИПами.
— Тогда помогите мне! — отчаянно закричала женщина, привлекая ещё больше внимания. — Вот здесь, на этом самом свободном месте, сидел мой муж! И он исчез! А он, между прочим, уважаемый человек, который…
— Шаракс, чего у вас тут? — встрял другой стражник, более молодой и с куда более холодным взглядом.
— Да вот женщина уверяет, что её муж испарился.
— Чё за брехня. Бабуля, как это возможно? Может, у тебя с головой проблемы?
Казалось, что седовласая женщина вот-вот задохнётся от возмущения.
— Да как вы смеете! Я буду жаловаться!
— Жалуйся, кому хочешь. Всё? — недовольно произнёс второй стражник, у которого над головой светился ник Фугс.
— Не всё! Найдите моего мужа! Когда погасли эти непонятные штуки над головами, он был рядом, но когда их включили, то муж исчез! Вы же не просто городская стража, вы Призванные!
Парни переглянулись.
— Давайте сделаем так, — мягко произнёс Шаракс. — Подождите немного. Если ваш муж не объявится, мы вместе поищем его, хорошо?
— Но…
— У нас работы и так хватает, — грубо прервал Фугс. — Или вы хотите, чтобы мы всё бросили и шерстили толпу в поисках вашего муженька?
Женщина, которая в отличие от могущественных Призванных была обычным неигровым персонажем, стыдливо замолчала и покачала головой, утирая красные глаза большим белым платком. Не успел Вилл подумать обо всём этом, как чёрные и белые ворота распахнулись.
Неискушённый зритель, для которого подобный турнир стал первым в жизни, мог подойти к финалу с наивным размышлением, что закрывающая турнир битва двух финалистов по своему накалу, эмоциям, драматизму и скиллу обоих участников будет на пике, однако опытные игроки знали, что в турнирах подобного уровня такое происходит не всегда. Все финалы можно грубо поделить на два типа — те, которые настолько хороши и зрелищны, что остаются в истории конкретной игры на многие годы, и финалы, которые по своему накалу и интриге ничем не отличаются от обычного матча. Этот финал, к разочарованию многих, попал во вторую категорию. Ничего необычного Кузя и Кёржич не показали, будто они выбросили все козыри заранее и подошли к финалу опустошённые как с точки зрения тактических задумок, так и по эмоциям. Первый бой Кузя проиграл, но потом охотник собрался и три раза подряд закрыл Кёржича. Вместо драматичного финала, в которой судьба турнира решается в последней, пятой дуэли, зрители получили довольно посредственные «3−1».
— Ну, хотя бы не сухой финал, — отметил Шрам, голос которого заглушали громкие аплодисменты.
Кузя отметил успех неожиданно спокойно. Он пожал Кёржичу руку и сдержанно помахал каждому из секторов. На лице взрослого охотника, который был старше практически каждого из участников, расплывалась усталая, но искренняя широкая улыбка. Вилл хлопал вместе с остальными. Кузя может гордиться собой. Он прошёл самый тернистый путь, но тем слаще стал его триумф. Несмотря на своё разгромное поражение, что-то внутри искренне радовалось за охотника.
Несколько часов турнира пролетели незаметно, и казалось, что вот только всё начиналось, а на песок, щедро омытый кровью и болью, в последний раз ступили все восемь дуэлянтов. Вся ярость Малого улетучилась. Он пусть и красовался, но вышел на арену сдержанно, без громогласных криков. Акита выпорхнула на арену под восторженные аплодисменты, радуя зрителей не только своей яркой улыбкой, но и воздушной короткой юбкой. Йооши вышел почти в тишине, словно про него все забыли. Сирену встретили парой строчек из песни, затянув «Девочка сделала сайт, но неверно-о-о». ВКепке ступил на песок не только в своей большой красной кепке, но и с проклятой фейкой, которая на удивление спокойно сидела у него на плече. Кёржич получил свои овации, а Кузя никуда не уходил и всё это время был на арене. Единственным, кто не вышел, был Хару.
