«Забавная статистика», — размышлял Вилл. В восьмёрку лучших пробрались сразу три рыцаря, хотя в игре этот класс всегда считался больше классом поддержки, чем сильным дуэльным бойцом. Компанию им составят колдун, лучник, целительница, разбойник и неожиданный гость в виде творца. День обещает быть интересным.

Все участники выстроились в прямую линию перед королевой. Трелорин аккуратно встала, и мужчина в пурпурной мантии с почтением протянул своей королеве жезл.

— Я с радостью и гордостью приветствую вас от всего сердца, — юный, но полный уверенности голос заполнил арену. — Сегодня мы увидим, как восемь доблестных Призванных сразятся друг с другом за звание лучшего и за приз, который я лично вручу победителю. Пусть каждый из участников покажет своё могущество, а каждый зритель насладится зрелищем. Да воссияет ваша Искра, Призванные!

Громогласные аплодисменты сотрясли стадион, и даже Вилл сдержанно похлопал. Все бойцы, кроме Малого и ВКепке, зашагали обратно в подтрибунные помещения. Финальный день ПВП-турнира начался.

— Ну что, сейчас пойдёт потеха. Хе-хе-хе, — Шрам в предвкушении потёр руки, словно мальчишка, которому вот-вот подарят большую машинку.

Вилл с улыбкой посмотрел на Шрама. Приятно видеть стража в хорошем расположении духа. Он как никто заслуживал попасть на этот турнир, и хорошо, что несмотря на роль зрителя, он не унывал и получал удовольствие. На мгновение трибуны замерли, словно вбирали воздух, а затем, взорвавшись, разразились ликующим рёвом. «Малой» гремело над ареной, подбадривая рыцаря, который воинственно играл мускулами, красуясь перед публикой. ВКепке не снискал такой бурной поддержки, хотя сидящие на пару ярусов ниже девушки что было сил хлопали и пытались перекричать весь стадион.

— Значит, рыцарь против колдуна? — Вилл задумчиво рассматривал готовящихся к первой дуэли парней. — Как думаешь, кто победит?

— При всём уважении к парню в красном кепарике, здесь без шансов, — уверенно ответил Шрам.

— Что, прямо совсем? Кепарик же в восьмёрке лучших, сомневаюсь, что в вагон финального дня пробрались безбилетники.

— Кепарик толковый колдун, но против метового рыцаря со второй строчки пвп-ладдера у него шансов нет, — уверенность Шрама была непоколебима.

В Малого верили почти все зрители. Вилл ткнул пальцем в область между их прямоугольниками в сетке, и всплыло более расширенное окошко, в котором было больше информации о дуэлянтах, а также можно было отдать за одного из них голос. Эти голоса подсчитывались между всеми путеводителями и синхронизировались с секундной задержкой.

— А за голосование дают какую-нибудь плюшку? — спросил Вилл.

— Неа. Просто по фану. Хотя Коновый в первый день обмолвился, что тот, кто угадает победителей всех пар за все три дня турнира получит особый приз, но прикинь, после вчерашнего дня таких везунчиков не осталось. Коновый решил переделать условие и отдать приз по количеству верных прогнозов.

— Да уж, представляю, сколько народу засыпалось в первый же день, — хмыкнул Вилл.

Число под воинственной гримасой Малого, чей аватар красовался в правой половине страницы, выросло до девяносто одного процента. Поскольку за точный прогноз давали всего лишь один балл в зачёт прогнозистов, то все выбирали фаворита без шального желания поймать сочный коэффициент. Вилл прислушался к интуиции и уверенно ткнул в волосатого «Малыша». Трибуны гудели всё громче, а над головами бойцов, в самом центре арены, загорелась огромная тридцатка, от которой с каждой секундой отнимали по единичке.

— Двадцать…девятнадцать…восемнадцать… — хором считали зрители.

Малой, охваченный жаждой скорой битвы, в последний раз поиграл мускулами. Звериный рык вырвался из сильной груди, а рука потянулась к оружию. Из системных ножен выскользнул топор, сияющий ровным голубым светом, и металлическая основа, будто сотканная из лунного света, трепетала в предвкушении битвы. В левой руке оказался «Щит непобеждённого рыцаря» — предмет, который, скорее всего, будет и у остальных рыцарей. Созданный из цельного куска чёрно-красного кристалла мифический щит выдавали за небольшую, но муторную квестовую цепочку у призрака — бывшего хозяина щита. ВКепке же, сдвинув красную кепку козырьком назад, крепко стиснул жезл с небольшим черепом в навершии. Из мерцающей дымки, окружившей колдуна, явилась фея, но вместо сказочной и милой малышки недра Системы родили уродливое создание с пустыми глазницами, разорванными ноздрями, бледной кожей и рваными крыльями.

— Пять…четыре…три… — гул трибун становился всё громче.

Малой покрепче сжал топор, но остался на месте. По правилам дуэли запрещено подходить к противнику ближе, чем на двадцать шагов, которые для простоты обозначили как двадцать метров. Уродливая фея кружилась вокруг ВКепке, пролетая над головой и над плечами.

— Два…один…

Единица с сухим треском лопнула, осыпавшись огненными искрами, и Малой, словно хищник, метнулся к своей жертве. Классическая тактика ближника против дальника — побыстрее сократить расстояние и не дать врагу отступить. С первым Малой справился без труда — «Рывок» и бафы на скорость помогли быстро подступить к колдуну, но вот закончить начатое рыцарь не смог. Тварь, рождённая из глубин самых жутких кошмаров, уставилась на Малого, и пустые глазницы вспыхнули зловещим чёрным огнём. Неведомая сила развернула Малого, и ноги, неподвластные его воле, понесли рыцаря в сторону.

«Это что, Фир?», — узнал Вилл. «Фир», или же «проклятье страха», забирал у игрока контроль над телом и заставлял убегать в сторону против своей воли. Этот вид контроля длился на больше трёх-четырёх секунд, но этого хватило, чтобы ВКепке разорвал дистанцию с убегающим рыцарем и ловко атаковал в спину двумя навыками. Из песка, растоптанного двумя парами ног, вырвалось слизкое чёрное щупальце, хлестнувшее Малого по обнажённой спине. В тот же миг тёмный сгусток магии, едва заметный глазу, угодил в покрасневшую от удара полосу. Над головой Малого вспыхнул проклятый огонь в виде дота — периодического урона, наносящего урон каждые три секунды.

Опытный колдун максимального уровня выбирал призываемого саммона из десятка разных вариантов, но поскольку Кромор использовал лишь костяного друга, то в голове не было полной картины, какие именно саммоны были в распоряжении у ВКепке. Судя по всему, уродливая малышка со рваными крыльями специализировалась только на проклятии ужаса — она даже не атаковала Малого. Один раз они рыцаря отпугнули, но что дальше?

Малой, скорее всего, размышлял в подобном ключе. Вернув контроль над телом, он резко прокрутился на месте, взвихрив песок под сапогами, и ноги до колен охватили нежно-голубые молнии. Под аурой скорости он рванул обратно к колдуну, и воображение нарисовало эффектные картины, как наполненный лунным светом топор повергает противника и сводит его здоровье до единички. Реальность оказалась иной, и Малой вновь развернулся, побежав в сторону под суровый взгляд феечки.

— Э-э-э, теперь я начинаю понимать, — Шрам склонился над путеводителем, открыв раздел, в котором можно было просмотреть характеристики ВКепке и его снаряжение.

— Зато я не понимаю, это нормально, что Малой к нему подобраться не может? — Вилл удивлённо смотрел на то, как Малой в третий раз не смог пробиться сквозь проклятую защиту и уже потерял под пятую часть здоровья.

— Скорее всего, ВКепке понимает, что Малой сильнее как с точки зрения класса, так и по менталке, ведь он как никак на втором месте. Когда сражаешься с более сильным противником, глупо биться с ним в лоб. Нужно удивлять. Походу, ВКепке нашёл чем удивить, причём всех, — нахмурив брови, Шрам внимательно водил пальцем по десятку разных иконок снаряжения. — Ну да, как и думал. Колдун может апнуть силу призываемого саммона тремя путями — расходкой, снарягой или навыками. Вроде всё круто, но качая саммона ты жертвуешь своей силой, ведь статы, которые ты отправил на улучшение своего бойца, не усиляют тебя.

— Да, Кромор вечно сетует, что ему не хватает очков для прокачки. Либо качать Костика, либо себя.