— Он меня спас, — лаконично ответила блондинка. А потом с неохотой дополнила: — Вытащил мою ногу из капкана, когда я была совсем еще маленькой.

— Из капкана?

— Это долгая история. Вряд ли ты хочешь ее услышать.

— И всё же я не против долгих историй. Особенно в дальней дороге. Разумеется, если ты сама не против рассказать мне такую.

Прежде, чем уснуть, я успел услышать эту историю целиком. О том, как Злате вместе с матерью пришлось сбежать в Брешь, которая в итоге привела их в наш мир. По нашу же сторону Бреши авантюристы устроили на новоприбывших настоящую охоту.

— Золотистые шкурки особенно ценны — вот, что они тогда сказали, — пробурчала девушка под нос. — И мой господин… он был одним из них. Когда мама бросилась бежать, они окружили нас, а самые хитрые и наставили те капканы. Как раз в такой мама и угодила. Сказала мне бежать, не оглядываясь, а потом и я… попалась.

— Сколько же лет тебе тогда было? — голосом, полным сочувствия, поинтересовалась Кара.

— Шесть… кажется. Я точно не помню то время.

— А дальше?

— А дальше мне повезло, что господин отыскал меня первым. Пока его дружки сокрушались, что перед смертью мама приняла человеческий облик и шкуры им теперь не видать, господин освободил меня и вывел из леса. Потом выходил. На ноге до сих пор шрам остался… видишь? Здоровенный, да? Вот с тех пор мы вместе и живем… Скрываемся не только от городовых, но и от его приятелей давних.

Сказать по правде, любопытно было послушать о злоключениях вполне себе разумной твари, которую и человеческому языку обучить смогли, и приучить к жизни среди людей.

Звериного у нее еще было в достатке. Взять бы, к примеру, ее грязную выходку минувшей ночью. Живьем готова была меня загрызть, не получив желаемого. В остальном манер ей явно недоставало и обходительного обращения к тем, кто выше по статусу, но, справедливости ради, воспитывали-то девчонку не в пансионе для благородных девиц.

— Ваше Светлейшество? — сквозь сон расслышал я. — Ваше Светлейшество? Вла-а-ад?..

А когда приоткрыл глаза, первым, что я увидел, была спина Златы. Девушка уже покидала карету.

— Похоже, мы на месте, — с улыбкой сообщила мне Кара. — Так крепко уснули, что даже будить не хотелось. Но, к сожалению, пришлось.

— Ничего, — успокоил ее и принялся разминать затекшие в неудобном положении плечи. — Пары часов вполне хватит, чтобы пережить этот сумасбродный день…

Очередное видение памяти крови ничего полезного не принесло. Еще один напряженный бой под алеющим небом и десятки смертей от лап порождений Бездны. Предки основательно так готовили меня к предстоящему кошмару. Вопрос состоял лишь в том, когда он грядет.

Вероятно, более исчерпывающие сведения о подготовке к нему я смогу получить, пожрав душу еще одного высшего демона. Где бы только наткнуться на него на верхних этажах Бездны?.. Разве что объявится еще один изгой, отвергнутый Советом и списанный в утиль, вроде Кайроса с Хашибаром. Впрочем, надеяться на подобное явно не стоит.

Выйдя из экипажа, бегло осмотрелся по сторонам и понял, что в этой части Иркутска никогда прежде мне бывать не доводилось. Должно быть, где-то на окраине остановились.

Широкая грунтовая дорога между двумя рядами бревенчатых домов уходила вдаль, где-то впереди виднелась башенка местечковой церквушки. Остервенело лаяла собака за одним из заборов, а на лавке неподалеку от нас сидел старик в утепленном на вид бушлате и с умиротворенным выражением лица затягивался папиросой.

— Хотела бы я скрыться от чужих глаз, поселилась бы в густой чаще, — озвучила Кара свои мысли. — Но и здесь, кажется, не так плохо.

Злата чуть ли не вприпрыжку направилась к калитке дома, напротив которого мы остановились, и мы с темной, немного погодя последовали за ней. Понятное уже дело, что прием нас ожидает не из теплых, но к таковым, как глава опального рода, я привыкнуть уже успел.

В небольшом внутреннем дворике мы ступили на покосившееся крыльцо, вела к которому не лестница, а покатая деревянная платформа. Дверь со скрипучими петлями приоткрылась перед нами, и вот мы уже внутри — в сенях, пропитавшихся запахом пыли и колотых дров.

Злата украдкой подмахнула нам рукой, открывая дверь в переднюю комнату — теплую и светлую, и мы с Карой вошли туда следом за девушкой.

— Это ты, Злата? — донесся до моих ушей приятный мужской голос, причем достаточно молодой.

Через несколько мгновений перед нами показался и его обладатель. Он выехал в переднюю из соседней комнаты на самодельной инвалидной коляске и уставился на нас с Карой со смесью подозрения и ужаса в глазах.

Вероятно, об этом недуге Злата и вела речь. Или же инвалидность была всего лишь одним из его симптомов?..

На вид этому мужчине с темно-русыми волосами чуть ниже плеч было не больше тридцати пяти лет. На бледном сухощавом лице особенно ярко выделялись пролегшие под глазами круги то ли из-за прогрессирующей болезни, то ли от недосыпа. Одет он был в простую рубаху, а ноги его прикрывал шерстяной плед в черно-зеленую клетку.

— А вы еще… кто такие? Злата?.. — повернул он голову к своей подопечной за подсказкой, на что девушка тут же метнулась вперед, присела перед креслом на корточки и взяла руки мужчины в свои.

— Эти люди обещали мне добыть для тебя чудотворный ихор! — с нескрываемым восторгом обратилась она к нему. — Разве же это не та самая надежда на исцеление, о которой ты так мечтал⁈

Чудотворный ихор?.. И снова Кайрос оказался прав. Вот только сам я слышал сейчас о таком впервые.

— Какая же ты у меня дурочка, Злата… — беззлобно укорил ее мужчина и опустил худую ладонь на золотистую макушку девушки. — Я ведь не единожды уже говорил тебе, что этот ихор — всего лишь красивая легенда и ничего кроме.

— Но если есть хоть какой-то шанс, то нам обязательно стоит им воспользоваться! — незамедлительно возразила та, упрямо стоя на своем.

Затем мужчина вновь поднял глаза на нас с Карой. Нахмурился, прикусил губу. Возможно, раздумывая, кто мы вообще такие и каким образом его подопечной удалось на нас выйти.

— Мое имя — Захария, а белые волосы Вашего Светлейшества говорят красноречивее любых слов, — наконец произнес он с грустной улыбкой. — Прошу прощения за такое скудное гостеприимство, но… я просто всё еще отказываюсь понимать, что здесь происходит. Может быть, вы сможете просветить меня?

Нам с Карой предложили присесть за стол у окна, а пока я кратко вводил Захарию в курс дела, мужчина попросил Злату подать обед. Спустя несколько минут на столе появился отварной картофель с рубленной зеленью, плетеная корзинка с ломтями черного хлеба, а также скромные закуски вроде перченого сала, кусочков соленой сельди и квашеной капусты.

— Скромная трапеза для человека вашего положения, но большего мы предложить, увы, не сможем, — покачал алхимик головой.

Видно было, что наш неожиданный приезд совершенно выбил его из колеи, но для такого затворника, как он, это совсем неудивительно.

— Кроме того, — продолжил мужчина, — моя Злата доставила вам немало проблем, за что я тоже прошу прощения.

Немало проблем — это еще мягко сказано, однако решил не заострять на этом внимание. В конце концов, девчонка заявилась к нам по собственной инициативе и в ту же ночь едва не распрощалась с жизнью.

— А для человека твоего положения у тебя уж больно хорошо поставлена речь, — подметил я как бы между прочим. Не сказать бы, что за время поездки успел нагулять аппетит, но хотя бы из приличия переложил одну картофелину на тарелку.

— Мне уже приходилось как-то иметь дело с высокородными господами.

— В качестве продавца алхимической продукции без лицензии? — изогнул я бровь.

— Да, — предельно честно ответил тот. Хотя юлить ему всё равно не было смысла, раз уж Злата и так посвятила нас в его темные дела. — Но я могу заверить, что вся моя продукция была качественной и никаких жалоб на нее не поступало.