Чуть поодаль от них притаились существа со сложенными за спиной пушистыми крыльями. Если сопоставить их внешний вид с иллюстрациями в бестиарии, вывод напрашивался сам собой — охоту на нас успели открыть и пожиратели снов.

Ждать, пока ловушка окончательно захлопнется, я бы не стал. Придется нападать первыми. Но если этих тварей способен видеть лишь я, всему остальному отряду была уготована судьба наблюдателей.

Неудивительно, что Громовы без помощи нашего рода сумели дойти только до восьмого этажа. Вот пускай и дальше маячат позади, обделенные столь сильным преимуществом.

— Сперва давайте-ка позаботимся о ловцах, — предложил Кайрос, всё это время расхаживающий рядом. — Расчистим путь для отряда, чтобы людишки смогли заняться мотыльками-переростками.

— Идет, — кивнул я с улыбкой, одновременно проворачивая кольцо-печатку на среднем пальце. Остальным же бросил уже на бегу: — Держать строй и ни шагу вперед!

Как только невидимые твари осознали, что их местоположение для меня уже не секрет, то в тот же момент поторопились убраться за спины прикрывающих их пожирателей снов.

Причем прозвище мотыльков-переростков пожиратели получили заслуженно, и не только благодаря пышным крыльям. Практически всю их морду занимали два черных фасетчатых глаза.

Закрученного хоботка посередине следовало остерегаться в первую очередь. Воспоминания, похищенные при помощи его, будут утрачены навсегда — так гласил сухой текст бестиария. И пусть в жизни моей были как взлеты, так и падения, не хотелось бы отправлять свои воспоминания в небытие. Каждое из них было ценно для меня… по-своему.

Успел отправить энергетический серп вдогонку ближайшему ловцу, и его сотканное из теней тело разорвало напополам. Обе его части растворились в воздухе, не оставив после себя ни следа, а значит. пора было переходить к следующему «охотнику».

Краем глаза я продолжал наблюдать за отрядом. Кто-то из числа гвардейцев уже порывался броситься в бой вместе со мной, но окрик «Держать строй!» заставил паренька сделать пару шагов назад.

Понимаю, что в критической ситуации лучшая защита для некоторых — это нападение, но нет. Еще слишком рано. Кайрос прав, ведь сперва необходимо было избавиться от тварей, скрывающихся в тени.

Перемахнул через голову крупного «мотылька», подлетевшего мне наперерез, и бросился к следующему ловцу.

В голове вдруг промелькнула интересная мысль. Буквально на долю секунды. Что, если попытаться взять под контроль скверну в теле этого порождения?.. Извлечь ее из энергетических каналов твари насильно, на дистанции, и перекрыть ей доступ к способностям.

Не самое подходящее время для экспериментов, когда на кону жизни всего отряда, однако воля оказалась еще быстрее, чем мысль. Сконцентрировавшись на скверне внутри ближайшего ко мне ловца, отдал ей ментальный приказ покинуть тело носителя.

И она услышала мой зов! Послушно поддалась приказу, даже с некоторым… нетерпением. Тело ловца взорвалось прямо на моих глазах, а потоки скверны, вырвавшиеся из него, устремились ввысь.

Я проводил их восхищенным взглядом.

Так это же…

— Вот тут я уже не советовал бы тебе увлекаться этим, пацан, — предупредил меня Кайрос, резко посерьезнев. — В твоих руках меч, вот и используй его по назначению. А то заведет тебя это не туда.

Медленно повернул голову к демону, пока мои губы так же медленно расплывались в улыбке.

Меч? Хах… Даже при том, что я нашел средство преодолеть оставшиеся этажи за считаные дни? Кто-то явно недоговаривал мне об абсолютном потенциале способностей рода Морозовых. В собственных интересах? В интересах Инферно?..

Хотя неважно. Мне уже плевать.

— Не хочу, — произнес полушепотом, а в доказательство своих слов легким движением прокрутил печатку на пальце, возвращая меч в хранилище.

От следующего ловца я избавился тем же образом — разорвал его на куски стремящейся наружу скверной. Затем пришел черед пожирателей снов, обступивших отряд. Одного за другим, одного за другим…

С каждым новым трупом мое желание пустить в ход новообретенные силы лишь росло. Скверна с приятным теплом заворочалась где-то внутри, словно благодаря меня за долгожданное освобождение.

Подобно разумному существу, она делилась со мной чувствами и эмоциями, и теперь я ощущал их так же отчетливо, как свои собственные. Мы вступили в идеальную синергию, но останавливаться на достигнутом я не собирался.

Тринадцатый этаж еще слишком далеко. Рано расслабляться.

Озадаченные лица гвардейцев и бывших наемников забавляли меня. Можно только гадать, какие мысли сейчас крутились в их головах при виде развороченных трупов мотыльков-переростков. Притом, что лезвие моего меча в ходе боя даже не коснулось их.

— Это… — начал уж было Ковалев, но я жестом заставил его замолчать.

— Путь чист, — с воодушевлением сообщил я остальным, — а это означает, что мы можем двигаться дальше. Разве это не главное?

Теперь отряд мог ускориться. Не плутать в полутьме, как слепые котята, а уверенно продвигаться к следующему спуску. Встреченных нами порождений Бездны разрывало на куски еще до того, как они осмеливались приблизиться к нам.

Слишком легко, чтобы быть правдой, и всё же… раз уж некто одарил нас столь мощными силами, было бы глупо растрачивать их потенциал понапрасну.

Только спустя некоторое время я ощутил покалывание в висках.

Сначала ненавязчивое, но возрастающее с каждой новой тварью, погибшей от моей руки. Ясность мыслей постепенно начал заглушать стук крови в ушах, переросший в пронзительный писк, и в какой-то момент картинка перед глазами помутнела настолько, что я не сумел различить собственную руку, протянутую перед собой.

Окончательно с небес на землю меня спустил голос Алисы, раздавшийся откуда-то издалека. Взволнованный и почему-то охрипший.

— Влад! Кровь… Остановись же, прошу! Ну пожалуйста!..

Сам тогда не понял, как очутился на земле. В нос отчетливо ударил запах перегнившей почвы. И, кажется, меня вырвало. Не мог понять наверняка, потому что тело вместе с внутренностями стало стремительно неметь, начиная с макушки.

Голоса, знакомые и незнакомые, но одинаково неразборчивые, окружили меня со всех сторон. И бормотали бессвязную ерунду до тех пор, пока плавно не затихли одновременно с отключившимся сознанием.

Когда я с трудом сумел разлепить веки, то обнаружил себя всё в той же пещере с прорастающими из стен золотистыми кристаллами. Даже сейчас видение, преследующее в последние дни, безжалостно настигло меня где-то между сном и явью.

Во рту пересохло, да и мышечная слабость давала о себе знать, но, поднявшись на ватных ногах, я устремил взгляд в пелену темноты. Ту самую, из которой через несколько мгновений ко мне выйдет жаждущая спасения графиня.

В одном я был уверен абсолютно точно — как можно скорее мне следовало вернуться в настоящее. Понятия не имел, что там со мной произошло, но если я оказался здесь в ходе зачистки, значит, отряду могло повезти еще меньше.

Ирина выскользнула из мрака точно, как по часам, вот только на этот раз… она была не одна.

Следом за ней плывущей походкой вышла женщина, не знакомая мне. Высокая — примерно на голову выше меня. Статная, бледнокожая, с точеными чертами лица и длинными белоснежными волосами. Эти волосы, так сильно похожие на наши с сестрой, мягкими волнами ниспадали почти до колен.

Приобняв Ирину за плечи, незнакомка ласково улыбнулась мне. Своим видом она не излучала угрозы, однако я всё равно напрягся. Хотя бы потому, что намерения этой женщины известны пока не были. Точно так же, как и ее личность.

В тот момент, когда графиня должна была выпалить уже известную мне фразу, незнакомка прикрыла ее рот ладонью. И вместо Ирины заговорила сама:

— Спасать здесь нужно лишь тебя. Спасать от себя самого.

Мелодичный голос отозвался в моих ушах перезвоном колокольчиков. Тонкий и нежный, берущий за живое. Даже пелена мрака, взявшая нас троих в плотное кольцо, частично рассеялась. Отступила, пятясь от страха перед образом прекрасной женщины.