Семьдесят рублей в сумме, значит… Оставалось надеяться, что ни один из этих болтов не будет потрачен попусту.

— И еще кое-что интересное, — выудил парень из холщевого мешка на телеге какой-то кожаный пояс с подсумком и продемонстрировал его со всех сторон. — Подумал, что вам может пригодиться. К тому же, по хорошей скидке урвать удалось.

— Что это? — покосился я на ремень, параллельно передавая коробки подоспевшему ко мне гвардейцу.

— Комплект метательных ножей. Зачарованных. Можете прямо сейчас опробовать, — передали его мне, и я, недолго раздумывая, закрепил его на поясе. — Всего пять штук, но эти малышки способны пропускать через себя энергию, как проводник, и возвращаться в руку владельца, считывая его ауру на дистанции до десяти метров. Так что можно ловить их голой рукой без опасения получить ранение.

Откинул крышку подсумка и взял один из компактных ножей. Остро заточенное лезвие, тонкая нескользящая рукоять, приятно лежащая в руке. Судя по описанию, вещица и впрямь имела потенциал.

Прикинул приблизительное расстояние до расположенной неподалеку от нас тренировочной мишени и, замахнувшись, метнул нож в нее. Жаль, в яблочко с первого раза попасть не удалось. Всё же предпочтение я всегда отдавал ближнему бою. Но немного тренировок, и память крови может снова напомнить о себе — помочь с расчётом траектории и силой замаха на первое время.

Мысленно воззвал к поглощенной ножом энергии, и тот незамедлительно отозвался на этот зов. Выскочил из мишени и со свистом вернулся в мою руку.

— Сколько? — вновь обратился я к Натану, возвращая нож в подсумок.

— Тридцать рублей.

Про себя подметил, что ровно во столько же мне обошелся выкуп Кары у инквизиторов. Неужели темная целительница, а в первую очередь живой человек со своими стремлениями и мечтами, стоит так ничтожно мало в глазах тех, кто призван наставлять народ на путь истинный? Отвратительно, до какой же степени прогнил этот мир…

— По рукам, — кивнул я.

А когда уж было потянулся к карману за деньгами, краем глаза уловил какое-то движение в телеге с товарами. Часть холщевых мешков и коробок в дальнем углу зашевелилась, и я кивком обратил на тот угол внимание Натана.

Причем парень уставился на груду шевелящегося груза с не меньшим удивлением.

— У тебя там что-то живое? — на всякий случай уточнил я.

— Нет, ничего такого… К-кошка, может, какая заскочила? Упитанная такая… кошка.

— Упитанная?.. — ответил ему оттуда же сонный женский голос, после чего на свет показалась светловолосая макушка. — Вот так меня еще никто не оскорблял…

Немного погодя незнакомая мне девушка выпрямилась во весь рост. Выкарабкалась из телеги, неуклюже переступая через лежащие в ней товары, и спустилась на землю.

На вид этой блондинке с двумя длинными хвостиками, по-детски наивным лицом и большими темно-серыми глазами было лет шестнадцать. Худобу ее подчеркивали белая блузка, местами заляпанная дорожной грязью, и обтягивающие черные лосины. Шею девушки украшала черная бархотка с подвеской в виде солнца, а завершали образ видавшие виды черные сапоги на шнуровке.

— Белые волосы, голубые глаза, надменный вид… — задумчиво протянула незнакомка, бегло изучив меня взглядом с головы до ног. — Так, значит, вы и есть князь Морозов? Славно.

Я аж опешил в моменте от подобной наглости. Натан тоже застыл на месте, молча открывая и закрывая рот, ну а блондинка тем временем невозмутимо продолжила:

— Говорят, вы принимаете себе на службу всякое отребье, потому что с деньгами совсем туго. Так вот. Как свободная авантюристка, я хотела бы выкупить у вас пропуск в Бездну. Что скажете, если торги мы начнем… с пяти рублей? Только не больше десяти. Больше у меня нету попросту. Немного, понимаю, но всё же деньги как-никак, а сделку заключим сегодня же. Ну как, — сделав пару шагов ко мне и приподнявшись на цыпочках, принялась она сверлить меня пронзительным взглядом, — по рукам?

— Ты только посмотри, как она проголодалась! — полушепотом произнесла Алиса, повиснув на моем плече. — Несколько дней без единой крошки во рту, наверное. Неужели тебе ее ну ниско-о-олечко не жалко?

Мы с сестрой стояли в дверях столовой, в то время как наша неожиданная гостья, сидя за столом, со смачным чавканьем и без намека на знание этикета, поглощала поданный ей завтрак. Поданный по инициативе Алисы, между прочим. Видите ли, сестрица с ходу прониклась к невежественной авантюристке сочувствием ни с того ни с сего.

— Знаешь, вообще ни капли жалости к этой… к этому… — силился я подобрать нужное слово, но в голову оно так и не пришло. — Лишь бы убралась отсюда на все четыре стороны, как только закончит. Ни совести, ни такта, а вот наглости хоть отбавляй.

— Да будет тебе, Влад… Видно же, что бедная девочка едва концы с концами сводит. Может, осиротевшая. Не от хорошей ведь жизни в авантюристы подаются, еще и в таком юном возрасте. Может, мы вообще ее последняя надежда.

— У меня тут не дом милосердия для сирых и убогих, — недовольно возразил я.

— Ну давай оставим? — молитвенно сложила руки Алиса. — Я буду о ней заботиться. Пожа-а-алуйста…

— Тебе забот по хозяйству недостаточно? — вскинул я бровь. — Могу добавить, если больше заняться нечем.

— И с чего ты на весь белый свет так обозлился?..

— Мы даже ничего о ней не знаем. Кроме того, что она незаконным образом проникла сюда, воспользовавшись чужой повозкой, и ей необходимо получить пропуск в Бездну за сущие копейки. Для чего ей это нужно, такой бедной и несчастной по твоему же мнению?

— Как по мне, так твоя паранойя переходит уже все границы… — покачала сестра головой. — Это всего лишь девочка, Влад, у которой нет денег ни на повозку в такую даль, ни на еду. Отец и матушка наверняка помогли бы ей всем, чем смогли бы…

Какой же подлый прием с ее стороны — припомнить мне родительские благодеяния. Но, справедливости ради, сейчас наше с Алисой положение еще более шаткое, нежели когда-то было у отца с матерью.

Тем временем наша гостья наконец-то приступила к чаю, и я брезгливо поморщился, когда она принялась громко и протяжно хлюпать. Словно бы… ну словно бы специально играя у высокородных хозяев на нервах! Вот же… эталонный образец бескультурности.

— Паранойя, говоришь? — процедил сквозь зубы. — Сейчас вот и посмотрим, кто она такая на самом деле.

С этими словами я неспешным шагом прошел к столу, уселся во главе него и, сложив руки домиком перед собой, устремил на девчонку многозначительный взгляд. Алиса же осталась наблюдать за разворачивающейся сценой в дверях, прижав ладони к груди.

— Как тебя зовут? — начал я с элементарного, казалось бы, вопроса.

Однако гостья отвечать не спешила. Вернее, упорно меня игнорировала, хлебая чай вприкуску с пирожками. Причем один пирожок исчезал из ее руки за два нескромных укуса, а далее блондинка незамедлительно переходила к следующему. И как в нее столько помещается?..

— Я к тебе обращаюсь, — нервно дрогнули уголки моих губ. — Как. Тебя. Зовут?

Только сейчас незнакомка лениво бросила на меня взгляд. Тщательно прожевала еду, проглотила ее за один присест, а потом нехотя ответила, при этом беря в руку уже который по счету пирожок:

— Когда я ем, я глух и нем. А когда покушаю — говорю и слушаю. Вот вы князь вроде бы, а таких элементарных вещей не знаете…

Почувствовал, как жилка под левым глазом задергалась от подобного заявления в свой адрес. Так эта невежественная девчонка еще и позволяет себе этикету меня учить⁈ Сидя за столом в моем же доме и с завидной скоростью уничтожая припасы из наших кладовых?..

— Знаете, князь, а на лицо вы довольно-таки симпатичный, — подметила гостья, после того как в ее бездонное чрево свалился очередной пирожок. — Не, ну правда! После всего, что я про вас слышала, ожидала увидеть какое-то безобразное чудовище во плоти. Но когда вы корчите такую физиономию, вот прямо как сейчас, вас это совершенно не красит… Хотя-я-я, белые волосы, — задумчиво произнесла она. — Пожалуй, накину за них парочку баллов. Очень интересно выглядит.