Володя шоферил на водовозке, поэтому проблемы у нас с наличием воды не было, а у соседа — проблемы с подработкой в этом садовом обществе.

Поливали насаждения обильно, и хоть в солнечную погоду испарение воды было почти незаметно, оно все же сказывалось. Уровень привезенной влаги в баке неумолимо опускался, от чего родителям становилось грустно.

Отец поставил передо мной задачу, которая была незамысловата, но весьма важна: ежедневно пополнять упомянутую ёмкость из небольшого котлована с зацветшей водой.

Мне повезло, ведь источник находился всего в ста метрах от нашего скромного участка размером в четыре сотки, благодаря чему путь с двумя ведрами оказался вполне терпимым.

Задача казалась рутинной, однако приносила пользу моему развивающемуся организму, и я старался совмещать неприятное с полезным.

Я заверил родителей, что наши насаждения не останутся без воды. В ответ мамуля с отцом обещали помочь решить мои проблемы с вратарской экипировкой в новом хоккейном сезоне. Проблемы были невелики, но изготовление вратарской маски типа “кошачий глаз” из титановой проволоки или два ролика-шасси для хоккейного баула возможно только на солидном производственном оборудовании.

В дождливые дни небесная влага решала мои проблемы сама. Ёмкость с водой я накрыл самодельной мембраной из толстой полиэтиленовой пленки. В жару это уменьшало испарение, а в ненастье дождевая вода могла самотёком попадать в бак через небольшое отверстие в плёнке.

На своём участке в первый сезон родители подняли небольшой дощатый домик, попутно купили старый диван, стол, пару табуретов — теперь было где переждать непогоду. Строение требовало отделки, поэтому по мере поступления материалов я трудился с отцом над этой задачей.

В этом году родители решили взять отпуска в разное время. Отцу предстояло заняться ремонтом крыши родительского дома в таёжной деревне в Кемеровской области, до которой надо добираться половину суток на поезде, а потом ещё пару часов на автобусе. Мама в октябре планировала попасть в заводской профилакторий и немного поправить здоровье.

Стараясь быть максимально полезным членом семьи, я попробовал заняться готовкой. Однако, боясь, что эта нагрузка ляжет только на мои плечи, оперативно прекратил кухонные опыты. Честно говоря, в нашей семье особого внимания питанию не уделяли. Обычно готовили самое простое, без особых усилий и оригинальных рецептов.

Это я осознал лишь к двадцати пяти годам, когда познакомился с очаровательной девушкой из очень интеллигентной семьи. Она-то и воспитала во мне гастрономический вкус, научила ценить эстетику сервировки, попутно отучив от дурных бытовых привычек. Прокачался я и в постели. Теория и практика шли рука об руку. Целых шесть месяцев отношений понадобилось, чтобы наконец осознать всю важность правильного подхода к удовольствиям. Вот уж действительно, воспитание играет определяющую роль!

За это время мы вполне освоились с родителями в двухкомнатной квартире с балконом. Этаж у нас был последний — четвёртый, окна выходили на просторный двор, на восток.

Родители до сих пор вне себя от счастья: наконец-то выбрались из барака с общим сортиром!

Кухня — пять квадратных метров, туалет и ванная — совмещённые. Две смежные комнаты и кладовка, всего — тридцать два квадратных метра жилой площади! Но нам, троим, это казалось за счастье.

Балконы присутствовали абсолютно во всех квартирах дома, а мода на остекление ещё не пришла. Соседи нередко громогласно общались со своих балконов, не смущаясь окружающих. Этот многофункциональный элемент фасада люди старались использовать максимально полезно круглый год: сушили бельё, хранили всякий хлам или просто выходили курить.

Летним вечером раскалённые солнцем бетонные стены превращали квартиру в парилку, лишая возможности нормально отдохнуть ночью. Спасаясь от духоты, я оборудовал себе лежанку на балконе, и с наступлением сумерек уходил на свежий воздух.

Вскоре приходила прохлада, заставляя укрываться одеялом. С улицы, снизу, меня не было видно, разве что с соседних балконов четвёртого этажа. Такое блаженство, однако, длилось недолго — с первыми лучами солнца и птичьей перекличкой начиналось вынужденное пробуждение. Жужжание насекомых и солнечный свет были серьёзной помехой для сладкого утреннего сна. Проснувшись, приходилось возвращаться в свою комнату, где температура уже успела снизиться и позволяла продолжить сон.

ГЛАВА 7

В швейном училище царило затишье. В преддверии долгожданных летних каникул завершался последний этап учебного процесса. Выпускницы же, предвкушая конец своим мучениям после защиты дипломных работ, вносили последние доработки в свои изделия. Вскоре им предстояло разъехаться по домам на короткий отдых, с последующим устройством на работу в городские ателье или местную швейную фабрику.

Раиса Степановна обещала познакомить меня с лучшими портнихами —звёздами выпускного курса. Такое решение мы приняли совместно, после знакомства с моими сумбурными идеями.

И вот, в назначенный час, мы вошли в просторное светлое помещение, где гудели швейные машинки, а вдоль длинного раскройного стола две девушки ловко раскатывали рулоны тяжелой ткани. Мы направились к ним.

Завуч официально представила меня молодым мастерицам, подчеркнув их талантливость и усердие, представляя меня как друга её сына.

Раисе Степановне не хватало свободного времени, и вскоре она оставила нас одних у раскройного стола, попросив девушек оказать мне посильную помощь.

Девчонки оказались на загляденье — выше среднего роста, симпатичные, бойкие и глазастые.

“Ух ты! Какая неожиданная встреча” — подумал я, рассматривая молодых портних в голубых косынках и фартуках поверх синих халатов.

Особо фактурной мне показалась Анна — светловолосая, голубоглазая девица. Внешне она ассоциировалась в моём сознании с красавицами русского Севера, Карелии.

Я невольно представил её в ярком кокошнике и красном сарафане, в хороводе на фоне старинных Кижских церквей. Она воплощала собой идеальный образ северной русской красавицы.

"Первым делом самолёты, нечего слюни пускать!" — одёрнул я себя.

— Девушки, здравствуйте! Меня зовут Николай! Я модельер! — бодро начал я врать.

Белошвейки удивлённо вскинули брови.

— Ну, тогда мы — портнихи пятого разряда! — с лукавой улыбкой ответила Маргарита, круглолицая брюнетка с глазами чайного цвета.

— В душе, во всяком случае! — продолжал импровизировать я. — На мне сейчас то, что я сшил сам, — и я медленно повернулся вокруг своей оси, демонстрируя свою одежду.

— Прикольные штанишки! — заметила темноволосая Маргарита. — И маечка тоже ничего! — она подошла ближе и дотронулась до ткани.

Анна тоже не осталась в стороне, с интересом рассматривая мои изделия и ощупывая их то тут, то там.

— Мне сказали, что вы не только подруги, но и настоящие мастерицы.

— Спорить не будем! Что есть, то есть! — с достоинством ответила Маргарита.

— Конечно, нам ещё многому предстоит научиться, но кое-что уже умеем, — подтвердила Анна.

Если честно, я сам не знал чего хотел. Вернее, как сформулировать свой интерес. Поэтому начал витиевато: