– Ну как вы так могли! – с упрёком, но без злобы воскликнул Джо. – Вы же помните, что сегодня плановая проверка Медузы?

– Совсем вылетело из головы, – Арабелла невольно прикусила полную нижнюю губу. Её миндалевидные глаза сузились. «Медуза точно устроит нам разнос», – промелькнуло в голове.

– Где вы? Я могу за вами заехать, – предложил Джо. – Я уже сказал ей, что вы в подсобке разбираете улов. Успею привезти вас, пока она не хватилась.

Силия, услышав последнюю фразу, скривила губы. Ей не нравились настойчивые, хоть и робкие ухаживания Джо, но больше всего она ненавидела саму работу в подсобке – этот сладковато-гнилостный запах, скользкую чешую и пустые, остекленевшие глаза.

– Спасибо, что прикрыл, Джо, – быстро сказала Арабелла. – Мы у скал, возле дикого пляжа.

– О-о-о! – в его голосе зазвучало любопытство. – А что вы там делаете?

– Мы… искали гнёзда диких черепах, чтобы перенести их в безопасное место. Сейчас как раз сезон, – легко соврала она, поймав на себе неодобрительный взгляд подруги. – Ладно, Джо, торопись, а то Медуза нас всех сожрёт без соли!

– Уже выезжаю! – бодро ответил юноша и сбросил звонок.

Арабелла убрала телефон в карман шорт и мысленно поблагодарила богов океана. Джо был одним из тех редких людей, которые не лезут в душу с вопросами, но всегда готовы прикрыть спину.

Минут через тридцать вдалеке послышался визг изношенных тормозов и рокот старого двигателя. К ним, поднимая облачко рыжей пыли, подкатила машина цвета выцветшей морской волны – старый универсал. Ржавчина уже вовсю вела свою войну с краской. Бампер едва держался, а одно из задних стёкол было заклеено скотчем. За рулём сидел Джо. Его лицо было красным от жары – в салоне явно не работал не только кондиционер, но, кажется, и нормальная вентиляция. Короткие тёмные волосы прилипли ко лбу, а на его слегка округлом, добродушном лице расплылась широкая улыбка, от которой глаза будто зажглись изнутри, когда он увидел Силию.

Арабелла помахала ему и направилась к переднему пассажирскому сиденью. Открыв дверь, её встретила волна спёртого, раскалённого воздуха, пахнущего бензином, старым пластиком и чьим-то забытым яблочным пирогом. Едва она захлопнула дверь, стекло в рамке податливо ёрзнуло и перекосилось. Девушка виновато взглянула на Джо и быстро поправила его, надавив ладонью.

Силия, скривив губы от брезгливости, устроилась на заднем сиденье, стараясь не касаться облупившейся обивки.

– Ну что, нашли хоть одно гнездо? – глаза Джо снова оживились, когда он через зеркало заднего вида поймал взгляд Силии.

– А? – на секунду Арабелла растерялась, забыв на ходу собственную легенду, но тут же сообразила. – Нет, ни одного. Похоже, в этом году черепахи обходят это место стороной.

Джо нахмурился, его брови сдвинулись. Он бросил задумчивый взгляд в сторону океана, мелькавшего за окном, пока машина, поскрипывая всеми пружинами, тащилась по грунтовой дороге. Вода под палящим солнцем искрилась и переливалась, а небольшие волны лениво бились о берег.

– Может, это из-за «Грейс», – тихо произнёс он. – Я слышал, их суда в последнее время рыщут как раз в тех районах, где черепахи обычно откладывают яйца. Ловят всё подряд, сети ставят где попало… Шум моторов, всплески – такого беспокойства они не выносят.

Арабелла ахнула, и внутри неё вспыхнул яростный огонь. «Грейс». Это была не просто компания, это был главный враг, имя, от которого сводило челюсть. Ей до боли захотелось в ту же секунду сорваться с места, приплыть к их судам и использовать силу Сердца Океана, чтобы разнести их проклятые судна в щепки.

– Но как такое возможно? – вырвалось у неё, и голос прозвучал резче, чем она планировала. – Разве шериф не должен за этим следить? Существуют же законы, запретные зоны!

Джо печально усмехнулся, не отрывая взгляда от дороги.

– Белла, иногда мне кажется, что ты словно с другой планеты, – он произнёс это беззлобно, скорее с лёгкой усталой грустью. – Шерифу… шерифу осталось пару месяцев до пенсии, а его дочь как раз выходит замуж за старшего сына Грейс. Скоро они станут одной большой и счастливой семьёй.

Девушка бросила гневный взгляд в сторону океана. Даже на расстоянии вода всегда успокаивала её, но сейчас это не работало. Вдалеке, на фоне синевы, она ясно видела белоснежный корабль с позолоченной носовой фигурой. Над ним кружила назойливая стая чаек – они знали: где корабли «Грейс», там всегда будет лёгкая добыча. Символ волны на её запястье отозвался на эту ярость, слабо тлея под кожей голубоватым светом. Это свечение едва не заметил Джо, когда она машинально подняла руку. Но сверху её ладонь мягко накрыла рука Силии. Подруга наклонилась вперёд между сиденьями, будто поправляя сумку, и успокаивающе провела пальцами по её горячей коже.

Джо от неожиданной близости – от того, что пепельные волосы Силии коснулись его плеча, – залился такой густой краской, что казалось, пар пойдёт от его ушей. Он резко опустил левую руку и с силой дёрнул старую ручку механизма окна. Раздался противный, скрежещущий скрип, и стекло со стоном опустилось, впустив в салон поток горячего, но свежего воздуха с запахом соли.

Арабелла, почувствовав прохладу, сделала глубокий вдох и кивнула Силии, беззвучно шевельнув губами: «Спасибо». Самообладание медленно возвращалось. Она ещё раз бросила взгляд на сверкающую вдали гладь – на свой дом, который сейчас казался таким недосягаемым, – и в душе повисла тихая, ноющая грусть.

Тем временем машина, преодолев грунтовку, выбралась на асфальт и въехала в город. Порт-Клейр встретил их полуденной жарой, которая висела в воздухе густой, зыбкой дымкой. Белоснежные двухэтажные домики с черепичными крышами стояли вплотную друг к другу, их яркие ставни – бирюзовые, кораллово-розовые – были наглухо закрыты. Тротуары пустовали. Город словно вымер, спрятавшись от зноя в кондиционированных комнатах. Они проехали мимо центральной площади с фонтаном, где струи воды висели вялыми прозрачными лентами, а голуби сидели в тени пальм, раскрыв клювы. Мимо ряда сувенирных лавок с выцветшими на солнце футболками и гирляндами из ракушек, которые тихо позвякивали на редком ветерке.

Вот уже показалась набережная, усыпанная золотистым песком, и знакомый, ослепительно белый силуэт «Морской жемчужины». Но Джо не свернул к парадному входу с его фонтанами и пальмами. Вместо этого он ловко юркнул в узкий проулок между океанариумом и соседним складом, где асфальт сменялся потрескавшейся бетонной плиткой. Мир здесь был другим. Пахло уже не океаном, а рыбой – острой, сладковато-гнилой нотой смешанной с едким хлоркой и прогорклым моторным маслом. Они подъехали к невзрачной металлической двери, заляпанной непонятными пятнами. Возле неё громоздились пластиковые мусорные баки и ящики с оборудованием.

– Всё, девчата, вылезайте здесь, – сказал Джо, глуша двигатель. Мотор ещё несколько секунд содрогался, будто не желая затихать. – Я быстро припаркуюсь у забора и догоню. Постарайтесь пройти внутрь, пока Медуза в главном зале.

Арабелла и Силия выбрались из машины на раскалённый, отдающий жаром в ступни бетон. Джо дал задний ход, и его старый универсал, поскрипывая, пополз искать спасения в скудной тени забора, поросшего диким плющом.

– Ну почему именно рыбный цех, – страдальчески прошептала Силия, разглядывая свои красивые, но теперь обречённые руки. Её бледная кожа, казалось, уже впитывала этот тяжёлый, тошнотворный запах. От одной мысли о том, что ей придётся возиться с холодной, скользкой рыбой, по её спине пробежала судорога отвращения. Она едва не расплакалась и от бессилия резко топнула ногой.

Арабелла лишь закатила глаза, устав от вечных истерик подруги. Она крепко схватила Силию за запястье и практически втолкнула её внутрь.

Подсобное помещение встретило их густым, въедливым запахом свежей рыбы, резкой хлорки и морской соли, которая щекотала ноздри. Работники в синих, забрызганных пятнами фартуках и белых шапочках сновали между длинными столами из нержавейки, под ногами у них хлюпала вода, смешанная с рыбьей слизью. Арабелла на мгновение застыла у входа, поражённая масштабами и мрачной картиной. На столах громоздились целые серебристые горы – сотни рыб: сельдь, скумбрия, сардины, их чешуя тускло поблёскивала под яркими лампами. Повсюду лежали вспоротые брюшки, стеклянные, ничего не видящие глаза, груды отделённых голов и хвостов, сложенные в отдельные вёдра. И всё это – просто корм. Еда для тех самых обитателей сверкающих аквариумов, которые томятся этажом выше, за толстыми стёклами, в чистой и яркой, но чужой воде.