— Боже, ты же не начнёшь сейчас рыдать?

— Я уже выплакал всё, что было возможно. Мои глаза похожи на пустыню без оазисов. Я даже не моргаю теперь. В них так сухо. Так сухо…

— Блять, — откидываю назад голову и смеюсь. — Вот ты придурок.

— Но зато милый, — Дек откидывает назад несуществующие длинные волосы и часто моргает. Дебил.

— Пойдём выпьем. Вечеринка как-никак, — предлагаю я.

— Отлично. Мне точно нужно выпить. Моя рана ещё очень глубока.

— Заткнись, а? Иначе я решу, что ты не прочь, чтобы тебе вставили. Ты лишь попроси, — подмигиваю ему, а Дек приоткрывает губы, а затем надувает их.

— Я не бисексуал, как ты. Иногда завидую. Может, попробовать? Это как происходит-то? Ты трахаешь кого-то или тебя? Если я просто хочу, чтобы мне отсасывали? Сильно мужской рот отличается от женского?

— Я не переживу этот вечер без выпивки. Точно, — бубню я, направляясь к бару. Киваю знакомым, поздравляю с наступающим Рождеством и, наконец-то, мы доходим до выпивки.

— Итак, что сегодня будет? Я впервые на таком событии.

— Оглянись. Это событие будущего года, о котором будут говорить. Так всегда бывает, — улыбаюсь я.

— Круто. Последний раз я поставил на Дрона, как ты и посоветовал, и я выиграл. Я всегда проигрывал в казино и впервые выиграл. Это было так… офигенно.

— Всегда ставь на моих ребят, не прогадаешь. За последние годы мы потеряли только троих, двоих по глупости, третьего просто я вышвырнул за предательство. Так что мои парни самые крутые.

— Теперь у тебя есть Дрон. Нужно будет взять у него пару уроков по пикапу цыпочек. Рэй от него не отходит. А я как бы крутой ведь.

— Забудь, — отмахиваюсь я, делая глоток виски. — Рэй тебе не по зубам, но попытаться можешь. Только не забудь сразу забронировать себе место на кладбище, подготовить гроб и написать завещание. Она тебе яйца вырвет.

— Но она же типа… — Дек заминается и прочищает горло.

— Трахается со всеми? — подсказываю я. — Шлюха?

— Ну, я просто слышал кое-что. Я не хочу обидеть тебя. Я…

— Да расслабься, Дек, я в курсе. Мы тоже трахаем, кого захотим и когда захотим, так почему она не может? Но Рэй всегда выбирает сама. И она выбрала Дрона. Так что… хм, ты в пролёте, — я сохраняю улыбку на лице, но выпиваю бокал до дна и ставлю на барную стойку, требуя обновить.

— Ясно. Что она в нём нашла? Одна гора мышц. Он же не разговаривает. Я пытался поздравить его с победой в последний раз, но он даже не ответил мне. Мудак какой-то.

— Он у нас не слишком болтливый, но главное — приносит деньги. Пока он приносит деньги, я не лезу. Пока ему не мешает Рэй и её вагина, я не лезу. Но если вдруг кто-то охуеет, то я, блять, выебу сам.

Дек смеётся и кивает.

— Верю.

— Ну как ты? Я имею в виду, ты уже освоился?

— Никогда не думал, что увижу столько трупов за эти пару лет. Я же только недавно переехал сюда, мы с отцом жили в Ирландии. А когда дядя стал боссом, то вызвал нас. Я хочу домой, если честно. Я люблю Ирландию. Там всё было проще, а здесь такая конкуренция, какие заговоры, тайны, расследования. Не расслабиться, вообще. Бесит, — Дек кривится и потягивает свой напиток.

— Привыкнешь. Скоро даже не будешь замечать того, что ты полностью в крови. Она станет частью тебя. Другой жизни не будет, Дек.

— Знаешь, я порой надеюсь, что ну мы… типа ослабеем, и нас выгонят, а я вернусь домой. Там я был крутым, а здесь… просто жалкое дерьмо.

— Брось, — кладу руку на плечо Дека, — ты просто привыкаешь к новому миру. Это всегда занимает время, и я всегда с радостью потусуюсь с тобой, когда никого не убиваю. В перерывах я твой.

— Блять, жаль, что ты не в моём вкусе, а то я бы решил, что ты приглашаешь меня в постель.

— Вакансия открыта, — подмигиваю ему, и мы вместе смеёмся. Ладно, вечер не так уж и плох.

Свет в зале приглушается, и я слышу голос нашего диктора, который обычно сопровождает каждый бой. Нас приглашают в другой зал, в котором пройдёт нечто грандиозное. Я оставляю Дека и нахожу отца, чтобы вместе с ним пройти в зал. Когда перед нами открываются двери, то в зале довольно темно. Там расставлены столики, и нас сразу же встречают официанты, предлагая сопроводить к нашему столику. Мы никогда не выбираем столик, расположенный близко к сцене, потому что это невыгодно. Там сидят спонсоры и гости, мы же берём немного поодаль. Там тише, лучше видно, и можно оценить реакцию всех гостей, а сегодня их немало. Я ожидал, что, как обычно, соберётся человек сорок-пятьдесят, но в этот вечер гостей в разы больше, как и сам ресторан вмещает в себя огромную толпу. Я удивлён, если честно, но все заинтересованы Дроном. Он их зацепил. Ну, ладно, я не удивлён, он и меня зацепил.

Когда все уже на своих местах, двери закрываются, и зал погружается во мрак, только свечи горят на столах. Я замечаю некоторые отличия и тематику вечера, и это охрененно круто. Я бы до такого не додумался. Но Рэй может, когда ей реально что-то интересно. Тогда она отдаёт всю себя делу. Так она относится к своей охоте на насильников, педофилов и других тварей. В общем, она серьёзно подошла к делу.

Звучит торжественная музыка, и затем звук словно ломается, как будто что-то пошло не так. Я ёрзаю на стуле, наблюдая за гостями, и все в недоумении. Надеюсь, что это часть шоу. И не успеваю я даже разозлиться, как над нашими головами сверкает молния. Она озаряет зал, а затем раздаётся сокрушительный гром. Я даже вздрагиваю от неожиданности. Гости восхищённо ахают, глядя на потолок, украшенный облаками, переливающимися грозовыми цветами. Раздаются тяжёлые шаги, все оборачиваются, пытаясь найти источник шума. Очередная молния и раскат грома сотрясают стены.

— Я отправляю тебя на землю, сын мой, — слышен мужской голос откуда-то сверху. — Покажи людям, сколько на самом деле силы в титанах. Пусть они увидят, что есть сила и мощь. Удачи тебе, сын мой.

Подавляю улыбку, слушая эти слова. Ну, Рэй, как ты смогла уговорить Дрона на всё это? По моим предположениям, он не из тех, кто любит участвовать в театральных постановках.

Гром и молнии сверкают над нашими головами. Свет мигает, а впереди на сцене вместе с торжественной музыкой клубится дым среди сломленных колонн и руин какого-то древнегреческого храма. Дыма становится больше, а затем сверху, прямо с небес летит нечто белое. Раздаётся оглушительный грохот, и Дрон приземляется на сцену. Пока его не особо видно, потому что много дыма, но через некоторое время дым рассеивается в воздухе, и стоит он. У меня даже перехватывает дыхание, настолько Дрон красив. Голубые глаза сверкают, оглядывая зал, на нём белоснежная тога, оголяющая его мышцы и новые татуировки, которые Рэй перекрасила в золотой цвет. Он стоит прямо и ровно, словно солдат.

— Мы хотим представить вам, нашего нового бойца, посланника с самого Олимпа. Дрон, — объявляет Рэй.

Дрон не двигается. И пусть он выглядит устрашающе, но я помню, как он цеплялся за меня, плакал, и знаю, как он на самом деле раним. Мне приходится отвести взгляд, потому что становится душно и мерзко снова от себя. Зал взрывается аплодисментами. Многие встают из-за столов, продолжая хлопать, а вокруг нас начинают кружить нимфы, расставляя бокалы с шампанским. Рэй выходит и становится рядом с Дроном, улыбаясь всем. Она тоже в греческом платье. Слишком коротком, вульгарном и вызывающем, но мне по хрен. Я снова смотрю на Дрона, а он бегает взглядом по залу, словно кого-то ищет. И когда его взгляд останавливается на мне, то я теряю своё дыхание. Оно становится настолько частым и рваным, что у меня кружится голова.

— Итак, мне стоит волноваться? — сухо спрашивает отец.

Резко прихожу в себя и отворачиваюсь.

— Не думаю. Я уже поговорил с ним. Между ними ничего нет.

— Ты уверен или думаешь, Роко? — злобно рявкает отец.

— Я думаю. Не могу контролировать члены, которые трахают твою дочь, — огрызаюсь я.

— Значит, будешь. Сделай всё, чтобы этот ублюдок не запихивал свой член в мою дочь, ты понял? Если нужно, то сам трахай его, но не она. Ты понял меня, Роко?