Закрываю блокнот и вскакиваю, быстро вытирая щёки тыльной стороной ладони.

— Да? — Подбегаю к ней. — Тебе плохо?

Валери медленно поворачивает голову. Она смотрит на меня — но взгляд не сфокусирован. Будто смотрит сквозь меня. И всё же у меня больное чувство — она знает.

— Кто она была? — шепчет она.

Она знает.

Что сказать? Её звали Сабина. Она была моей прекрасной бабочкой.

— Кто она была? — снова шепчет Валери.

Моя любовь.

Мой свет.

Мой смысл дышать.

Моя прекрасная бабочка.

Моё всё.

— Никто, Валери. — Больше нет. — Спи.

Шестьдесят девять

Астор

Три часа ночи, когда дверь палаты тихо скрипит. Я сижу на диване — локти на коленях, смотрю, как дышит Валери.

Это Киллиан.

Я быстро прикладываю палец к губам — не хочу её разбудить.

Он кивает и дёргает подбородком в сторону коридора.

Тихо выхожу.

— Что происходит?

Он бросает взгляд на медсестру за стойкой в нескольких ярдах.

— Она не услышит, — говорю я — внезапно очень ясно понимая, что что-то не так. — Говори.

— Её там нет.

Каждый волосок на предплечьях встаёт дыбом.

— Что значит — нет? Кого нет?

— Сабины. Её тела не было в ангаре, когда криминалисты делали осмотр. Обнаружено только два тела — подтверждено, что это Пришна и Карлос. Никаких следов Сабины Харт в ангаре нет.

— Я не понимаю. — Внезапно мне не хватает воздуха. — Я, чёрт возьми, не понимаю. — Лёгкие сжимаются. — Она была мертва, верно?

Сомнение на его лице заставляет меня сорваться.

Хватаю его за воротник, поднимаю с пола и притягиваю к себе.

— Верно, Киллиан?! — ору я — медсёстры поворачиваются в нашу сторону. — Ты оттащил меня от неё, потому что она была мертва. Ты сказал мне, что она мертва!

— Астор, прекрати — успокойся. — Он вырывается и затаскивает меня в пустую палату, закрывает дверь.

— Да. — Он начинает ходить. — Я думал — она мертва. Но факт в том, что её останков нет в ангаре. Я говорил с прибывшими офицерами — пришлось подкупить одного за информацию, счёт тебе придёт. Он сказал — когда взорвалась взрывчатка, сгорела только одна сторона здания. Другая обрушилась, но в основном устояла. Технически — она могла выбраться, если была жива. Они очень закрыты по этому поводу…

Его голос затихает. Комната начинает кружиться — я падаю в огромную чёрную дыру.

Протягиваю руку, цепляюсь за стену — за секунду до того, как всё гаснет.