Как только я сел в машину, то без раздумий взял в дрожащие руки телефон и набрал номер, который в исходящих не был уже три года. В трубке послышались гудки, они были короткими, но для меня каждый из них тянулся, казалось, целую вечность, пока я не услышал на том конце вызова голос отца.

-Рам? Рам где ты, черт возьми?! У тебя что-то случилось?! – спешно проговаривал он каждое слово повышенным тоном.

Я молчал, слова, которые я хотел ему сказать комом застряли у меня в горле, не давая возможности говорить.

-Рамирес?! – снова взревел он.

Разговаривай я с ним ещё месяц назад, то смело послал бы его нахрен за такой тон, но сейчас я словно не обращал на это внимания.

-Сп… - начал я и запнулся, чтобы прочистить горло. – Спасибо. – наконец сказал я.

Секунды звонка продолжали идти вперёд, но они не были наполнены криком, нервозностью и прочей хренью. Повисла тишина. Я больно укусил нижнюю губу и обвёл глазами салон, прежде чем снова заговорить.

-Я многое должен с тобой обсудить, но это не телефонный разговор. – быстро сказал я и зажмурил глаза, как в детстве, ожидая, что сейчас он снова скажет про нехватку времени.

-Да. – прозвучал в трубке тихий, не свойственный ему голос отца. – Куда мне подъехать?

-Я не в стране. Я наберу, как снова буду в Лос-Анджелесе. – ответил я и потер лоб ладонью.

-Я буду ждать. – опять спокойным, слегка дрожащим и хриплым голосом проговорил отец.

Я сбросил вызов. Без прощаний, без единой лишней фразы я просто нажал на экране красную кнопку и повесил телефон на держатель. Всё происходящее кажется мне нереальным.

Я сам набрал отцу, и мы спокойно поговорили, если это вообще можно назвать разговором.

Набирая полные лёгкие воздуха, я поворачиваю ключ зажигания. Машина срывается с места, и я словно оставляю здесь, на этой обочине, осколок души. Тот, от которого давно следовало избавиться, но моя слепая вера в собственные убеждения и чрезмерная зацикленность на самом себе мешала это сделать.

***

Я открыл банку колы и сделал неспешный глоток. Газировка неприятно обожгла горло, когда я подносил к лицу бинокль. На моих губах заиграло подобие улыбки, когда я увидел в нем, как группа людей готовит стартовую площадку для гонок.

-Ну? И что там видно? – ладонь Луиса толкает мое плечо и содержимое металлической банки неприятно разливается на мои пальцы.

Убирая от лица бинокль, я смотрю сначала на свою руку с колой, потом перевожу взгляд на Луиса, который сейчас срывает металлическое кольцо с банки газировки и быстро подносит её к губам чтобы не вытекла пена.

-Ничего, готовятся. – отвечаю я и стряхиваю руку от липкой жидкости.

Луис игнорирует мой намек на доставленный дискомфорт и перехватывает бинокль.

-Замечательно. – широко улыбается он. – Только вот я не вижу наше главное дерьмо. – он поворачивает голову в сторону, крепко прижимая бинокль к глазам.

-Наверное сидит в своей башне, Рапунцель гребаная.

От проверенных знакомых Луиса, которые всё ещё заправляют гоночными делами тут, в Барселоне. Мы узнали, где Кристофер теперь проводит свои соревнования по уличным гонкам. В принципе этот придурок даже не поменял местонахождения.

Здесь всё осталось также, как и три года назад. Тот же старт, те же пит стопы и та же своеобразная башня, которая является зданием администрации, если говорить официально. Если нет, то в этом здании делаются крупные ставки на гонщиков, пускают в эту завышенную будку только самых проверенных людей и работников трека.

-А нет, одно дерьмо всплыло.

Я перехватываю бинокль и смотрю туда, куда была повернута голова Луиса.

Ладонь, которая держала металлическую банку сжалась в кулак и с характерным звуком превратила её в сжатую железку.

Матео размеренным шагом шёл по площадке и эмоционально размахивал руками в сторону рабочих. Ублюдок. Как бы я сейчас хотел переломать ему к чертям эти руки.

-Ну вот и стоило кидать на меня косые взгляды, сам уделался, как свинья. – раздался смех Луиса сбоку от меня.

Я опустил бинокль и непонимающе посмотрел на Лу, он пальцем указывал на мою руку, по которой на землю стекал липкий напиток.

-Херня. – отрезал я и выбросил то, что осталось от банки в ближайшую мусорку.

Кинув последний взгляд вдаль, на мелкую точку, где уже расплывчато виднелся черно-белый флаг мы медленно поплелись к машинам.

-Рам, я не буду лезть в твои планы, ты всегда знаешь, что делаешь и всё в этом духе, но ты точно уверен, что стоит делать то, что ты задумал? – Луис в ту же секунду встал передо мной загораживая путь к моей машине.

Я огляделся назад, а затем вновь посмотрел на друга.

-Да, Луис, я хочу вернуться в Лос-Анджелес и жить без страха, что однажды запах этого куска дерьма вновь появится в моей жизни.

-Тогда. – Лу наигранно изобразил задумчивый вид, когда посмотрел на часы. – У нас есть ещё день с половиной на спокойную жизнь, а потом будет жарко. – он широко улыбнулся, прищурив глаза от солнца.

-Я бы сказал горячо. – ухмыльнулся я в ответ. – Только помни, что завтра тебе нужно собрать всё, что нужно и ты же помнишь про тачку?

-Помню, Рикки обещал сделать точь-в-точь такую же мазду, как у Матео.

-Я надеюсь, эта машина — это главная деталь нашего плана.

Я хотел сказать что-то ещё, но замолчал и нахмурил брови, когда в моем кармане завибрировал телефон.

-Яблочное безумие не может и дня без тебя? – язвительно спросил Лу.

К моему удивлению, это была не Джоан.

-Андреа? -спросил я в трубку.

-Рам, Джоан пропала.

Услышав эти слова мой пульс за секунду ускорился в два раза, по спине пробежала дрожь, а земля под ногами словно перестала существовать.

-Что?! – переспросил я.

-Я проснулась, а её нигде нет, её телефон выключен. Я думала, может гуляет и скоро вернётся, но её нет уже пару часов. – залепетала Ан в телефон.

Я быстро скинул вызов и положив мобильник в карман, поспешил к машине.

-Рам? Ты куда сорвался? – Луис кинулся вслед за мной.

-Джоан пропала, телефон выключен, дома не появлялась уже несколько часов. – озадаченно ответил я.

Казалось, за время общения со мной Луис уже привык к неожиданным ситуациям, а потому рванул к своей машине, не задавая лишних вопросов.

Наши спорткары ехали с превышением скорости по трассе Барселона-Матаро и все мои мысли были заняты тем, куда же могла отправиться Джоан?

Опустив голову вниз, я наблюдаю за тем, как мои ноги лениво делают шаги вперёд направляясь вниз по улице, туда, где находиться мой родной дом. Рассматривая завязки на своих кроссовках, я ловлю себя на мысли, что думаю о том, как меня встретит отец.

Возможно, он будет рад моему неожиданному визиту, а может в пьяном бреду и вовсе не обратит внимания на моё появление в доме. На задворках моих раздумий появляется новый вариант развития нашей встречи с отцом: что, если я переступлю порог дома, и он бросится ко мне, стиснет в крепких объятиях, прошепчет, как сильно он по мне скучал и как в детстве поцелует в макушку, слегка отрывая мои ноги от пола и начиная кружить?

Словно прогоняя писклявого комара от своего уха я стряхиваю голову в бок надеясь, что эти мечтания глупого подростка прекратятся, но нет. Только растрёпанные теперь волосы раздражающе спадают на лицо и противно режут глаза, попадая в них от лёгкого ветра.

Нет-нет, я зайду домой и точно увижу разбросанные бутылки от пива по полу, как это было раньше. По-другому не может быть. Ведь если бы он бросил алкоголь, то давно бы уже набрал мне или прислал смс. По крайней мере мне хотелось так думать.

До того, как отец начал пить мы хорошо проводили время вместе: он приезжал с работы, а на столе уже стоял приготовленный мной мясной пирог, за его поеданием папа часто рассказывал о том, как путешествовал по Канаде в молодости, ещё до встречи с мамой, а потом мы садились на скрипучий и неудобный диван, чтобы начать просмотр очередного боевика из восьмидесятых.