Я закатил глаза и проведя ими по окрестностям остановил их на входе в клуб, где сейчас стоял Луис и скрестив руки на груди наблюдал за разворачивающимся шоу. Показав мне «окей», он сунул руки в карманы и прислонился боком к дверному проёму.

-Да ладно, всё не так уж и плохо, я умею веселиться. – я вернул взгляд к глазам Джоан. – К тому же ты будешь в безопасности. – добавил я.

-Я и так в полной безопасности, черт возьми! У тебя уже паранойя началась, обратись лучше к врачу, а не тащись со мной на другой континент! – вновь раздраженно, повышенным тоном, сказала Джоан.

Я усмехнулся, но улыбка быстро сошла с моего лица, когда моё внимание привлек напряженный взгляд Луиса в сторону, он инстинктивно отлип от дверного проёма.

Проследив за его взглядом, я замечаю, что к нам приближается машина. Казалось бы, ничего страшного, но в открытом окне я вижу лицо, которое надеялся больше никогда не увидеть. Кристофер сидит за рулём авто. Мы встречаемся взглядом и в моей голове проносятся десятки картин из прошлого, но я возвращаюсь в реальность, когда он резко наклоняется к рулю, а моему взору предстает направленный на Джоан пистолет в руках Матео.

Сердце пропускает удар, и я понимаю, что у меня есть доля секунды на то, чтобы что-то сделать. Чтобы успеть.

Я резко обхватываю талию Джоан одной рукой, а второй зарываюсь в её волосы и начинаю прижимать её голову к своей груди, в мгновение ока я отступаю в сторону, за багажник хонды и начинаю торсом подаваться вперёд.

Когда мы падаем на асфальт в ушах раздается шум от громкого выстрела.

Джоан лежит на асфальте, а я прикрываю её сверху своей широкой спиной. Я могу чувствовать, как дрожит её тело в моих руках, ведь я всё-также держу её, крепко прижимая к себе.

Подняв голову и оглядевшись по сторонам, я понимаю, что машина Кристофера и Матео проехала мимо.

Я мягко усаживаю её так, чтобы спиной она оперлась о заднее колесо машины. Её глаза широко открыты от шока и наполняются слезами. Боги, я готов убить этих ублюдков за её слёзы, за одну только мысль о том, что они хотели навредить ей.

-Чш-ш, принцесса, чего ты? – мягко улыбаюсь я и рукой убираю за ухо прилипшую к её щеке от слез прядь волос. – Ты в безопасности, всё хорошо. Иди ко мне.

Джоан ничего не отвечает, а только порывисто обнимает меня, сильно прижимаясь к моей груди. Мои руки мягко сжимаются на её талии, и я зарываюсь лицом в её волосы, целуя макушку. Футболка мгновенно становится мокрой от её слёз, но это последнее, что меня волнует в этот момент. Она плачет навзрыд и это не удивительно-она напугана.

-Рам… твоя футболка, я… прости…-Всхлипывая от слёз и давясь ими, выдавливает она.

Я отпускаю из рук её тело и порывисто снимаю с себя футболку через голову, отдавая её в дрожащие руки Джоан.

-Забудь об этом — это просто тряпка. Можешь вытереть ей слёзы со своего лица, высморкаться в неё, да вообще, что угодно. Эта тряпка — это меньшее за что я сейчас переживаю, малыш. – Я вновь поцеловал её в макушку, задержавшись на ней чуть больше, чем планировал.

Я слышу, как эта консервная банка начинает вновь гудеть где-то за углом улицы, предугадывая, что Кристофер и Матео вновь хотят попробовать выстрелить, я приподнимаюсь на одно колено и вижу, как их машина начинает выезжать из-за поворота, поворачивая в сторону нас.

Я начинаю вставать на ноги, как чувствую, что в мою руку впиваются ногти Джоан.

-Рам, пожалуйста, не уходи. – дрожащим голосом просит катастрофа, смотря на меня умоляющим взглядом.

В эту секунду к машине подбегает Луис.

-Рам! – окликает он меня.

В следующее мгновенье одной рукой я уже ловлю пистолет, который он мне кинул. Джоан смотрит на меня не отрывая взгляда.

-Я со всем разберусь, и мы уедем отсюда, хорошо? – успокаивающе произношу я, хотя понимаю, что правильнее было бы уже двинуться в сторону дороги.

Джоан согласно кивает и отпускает мою руку, рядом с ней остается Луис. Я начинаю подбегать к дороге, останавливаясь на середине я начинаю идти на встречу приближающейся машине. Передернув затвор, я выставляю руку с пистолетом перед собой и начинаю стрелять в лобовое стекло. Машина с ревом тормозит, начиная сдавать назад.

Не так быстро ублюдки.

Я начинаю бежать, на ходу стреляя в лобовое. Даже не целясь мне хватает пары выстрелов, чтобы оно вдребезги разлетелось, осыпаясь на капот. Машина делает резкий разворот, чтобы уехать, но у меня есть доля секунды, чтобы встретиться глазами с Кристофером.

Я обещаю, мы ещё увидимся, и я уничтожу тебя за её слёзы, за её друга, за всё.

Откинув свою голову назад, на подголовник пассажирского сиденья, я устремила взгляд на дорогу, расстилающуюся передо мной. Кажется, у меня закончились силы даже для того, чтобы моргать в нормальном темпе, поэтому я стараюсь держать веки закрытыми. Нет, изредка я открываю их, чтобы безразлично проводить взглядом машины, которых обгоняет Рамирес на своей хонде.

В ушах до сих пор стоит шум выстрела, а руки нервно сжимают всё ещё мокрую от моих слёз футболку Рама. Я не могу принять тот факт, что это всё происходит со мной.

Хотя если посмотреть на произошедшее с другой стороны, то даже в этой дерьмовой ситуации можно найти что-то хорошее.

Что хорошего может быть в том, что в нас стреляли?

Да, у меня был шок, и паника владела моим телом, но я ясно помню, как мило и не привычно для себя он называл меня, как его губы нежно касались моей макушки и как его большой палец выводил узоры на моей спине в утешительном жесте. Первый раз я видела такую сторону Рамиреса и самое отвратительное, что она очень хорошо контрастировала на фоне его обычно строгого и дерзкого поведения.

Задерживая взгляд на бескрайних просторах поля, которое мы проезжаем, я снова задумываюсь над отношением Рама ко мне. Да, он избегал меня, был груб и вёл себя, как последний мудак. Но в тоже время он защитил меня подставив под выстрел свою спину. И хоть пуля попала по итогу в его машину, но он же не знал, что так будет, он был готов принять удар на себя. И когда мы падали на асфальт он также мог убрать руку с моей спины и затылка, но не сделал этого и мое падение получилось мягким.

Моргнув несколько раз, я медленно перевожу взгляд с пейзажей за окном на руки Рама, которыми он сейчас то сжимал, то ослаблял хватку на руле. На чуть припухших костяшках его пальцев теперь можно было увидеть стёртую об асфальт кожу, но он, казалось, даже не обращал на это внимания. Всё ради того, чтоб я не ударилась из-за падения.

Я глубоко вздохнула.

-Хочешь, что-то спросить, катастрофа? – тихий вопрос Рамиреса разрезал густую тишину, царившую в машине.

Да, как, черт возьми, ты ко мне относишься?

-Что случилось у тебя с Кристофером, что он так отчаянно пытается тебе отомстить? – спросила я, ведь этот вопрос тоже интересовал меня не менее того, о каком я подумала.

Руки Рама сильнее сжали руль, его бицепс напрягся под тонкой тканью облегающей футболки, а на лице заиграли желваки. Было видно, что он не хочет отвечать на этот вопрос, да он и не должен по сути.

-Мы были лучшими друзьями когда-то. – начал Рам и замолчал, голос его дрогнул. – Потом он решил подставить меня, подставить настолько, что мне грозил реальный тюремный срок, но благодаря Луису подстава вскрылась и за решётку посадили Криса.

-Но что он сделал? За что срок?

Рука Рама, державшая руль чуть расслабилась и не поднимая её он указал пальцем вперёд. Мы подъезжали к шлагбауму аэропорта, за ним уже виднелось огромное стеклянное здание, которое сейчас купалось в лучах закатного солнца. По мере нашего приближения отчетливее слышался гул взлетающих самолетов

-Мы приехали.

Так. Теперь мне понятно, что рассказывать дальше он ничего не планирует. Замечательно, но всё же какая-то часть информации теперь у меня есть.

Когда Рам доставал из багажника мой чемодан, он также подхватил свою дорожную, кожаную сумку. Могу поспорить, что в ней парочка комплектов черных джинсов и белых рубашек.