Людей там оказалось очень много. Сильно же местных потрепали. Привык народ, что здоровье у них, как у бурого медведя. Но друид ушёл, и они лишились своей дополнительной защиты. Теперь эти воины такие же люди, как и все мы. Любой из них может умереть от самой обыкновенной раны.

Знахарки суетились по лагерю, пытались помочь каждому, но рук катастрофически не хватало.

Хотя, вижу, основная проблема кроется в другом. Они работают неорганизованно. Мечутся между ранеными, не знают, с кого начать.

Вот тут-то мне и пригодятся мои старые навыки.

— Эй! Послушайте меня! — прокричал я. — У меня есть предложение. Я могу помочь вам оказать помощь сразу всем бойцам. И закончим мы до заката. Главное — делайте, как я говорю.

Знахарки тут же остановились, прислушались ко мне. Я быстро сосчитал, сколько всего человек у меня в подчинении. Четыре… Нет, пять женщин. Отлично.

С таким количеством я смогу организовать здесь полноценный военно-полевой госпиталь. Магии в пострадавших придётся влить немерено, но у меня уже есть идеи, как помочь всем и при этом не подвергнуть себя чудовищной перегрузке.

— Скажите, сколько всего раненых? Мне нужно точное число, — отдал первое указание я.

— Сорок пять человек, — после недолгого подсчёта отчиталась одна из женщин.

Сорок пять… По девять человек на каждую из них. В целом, с такой нагрузкой можно справиться. Но будет лучше, если я перераспределю бойцов иначе.

— Кто из вас наиболее опытный? — спросил я.

Краснолицая женщина средних лет подняла руку. Никто не стал спорить. Видимо, это и есть самая способная знахарка. Отлично, вот с ней-то мы и займёмся тяжело ранеными. Но для начала мне придётся бегло осмотреть всех бойцов и распределить их по тяжести ранений.

— Отлично. Ты работаешь вместе со мной. Позовите здоровых солдат. Попросите, чтобы начали переносить тяжело раненых соратников в дальний угол лагеря. Начните с тех, кто потерял конечности или страдает от кровопотери. Позже я направлю к вам других бойцов.

В моём импровизированном госпитале началась суета. Больных начали менять местами. Солдаты с носилками метались туда-сюда.

Скорее всего, знахарки понятия не имеют, чем я занимаюсь. Возможно, думают, что я трачу время на какую-то ерунду. Но на деле это не так. В первую очередь мы должны оказать помощь тем, чьи раны могут привести к летальному исходу уже в ближайшее время.

Ими я и займусь в первую очередь.

Пока в лагере происходила перестановка, я прошёлся вдоль лежанок, бегло осмотрел каждого бойца «Диагностическим взглядом».

Обычная резаная рана, повреждены только вены… Ерунда. Этим можно заняться позже.

У другого бойца сотрясение мозга. Тоже ничего страшного, пусть лежит. Оно, грубо говоря, и само пройти может.

Ага… А дальше начинается самое интересное. Ушиб почки. Этого лучше поместить посередине. Не смертельно пока что, но и лёгкой эту травму назвать нельзя.

А вот парня, которому череп разбили, лучше продвинуть в самое начало очереди.

Я осмотрел всех солдат, и некоторые поставили меня в тупик. Уж больно странные у них болезни. Нелогичные. Например, у одного из бойцов началась нестерпимая диарея. Как это может быть связано с раной, которую он получил в бою?

Или другой пример. Крепкий вояка с рвотой. Причём на лицо все признаки острого гастрита. Желудок того и гляди кислотой проест. Это ещё что такое?

Стоп… А объяснение этому феномену всё же есть. Монстры ведь переносят различные заболевания. Необязательно инфекционные. При контакте с человеком они могут передать ему всё что угодно. Даже обычную гипертонию.

Что ж, работы предстоит немало. Ну, ничего! Во всём есть свои плюсы. Сейчас и людям помогу, и баланс восстановлю.

Я прошёлся по лагерю и установил несколько магических стерильных зон. Теперь на всех бойцов в течение одного часа будет действовать антисептическая магия. Ни одна бактерия не выживет.

Первым делом я помог знахаркам обработать культи. Два человека потеряли одну из своих рук. И ещё один лишился ноги. К сожалению, тут моя магия бессильна. Вернуть обратно сожранные монстрами конечности я никак не смогу. Но могу сделать так, чтобы эти раны их не убили.

— Подождите, вы неправильно делаете, — предупредил знахарок я. — Перетягивать руку нужно на несколько сантиметров выше раны. Нижнюю часть сохранить тоже не выйдет. И дайте ему больше обезболивающих зелий.

— Каких-каких? — не поняла женщина.

— Дурман. Всем, кто лежит в первой линии, дайте свой дурман.

Каждый раз забываю, что местные называют свои зелья иначе. Жаль, что нельзя в условиях средневековья создать общий стандарт для всех зелий и знахарских изделий!

— Господин Лад! — прокричала самая молодая из знахарок. — Скорее, сюда! Ещё одного бойца принесли! Он, кажется, не дышит… Да, совсем не дышит!

Я рванул к другому концу лагеря, остановился около носилок, которые бойцы только что положили на землю, и…

Увидел своего знакомого. Амаранта. Боец, с которым я дрался на арене. Сильнейший воин поселений Западного леса. Даже не могу сходу сказать, кто он мне — друг или враг. Первое знакомство вышло у нас, мягко говоря, так себе. Но потом Амарант начал набиваться ко мне в ученики.

Я пообещал, что покажу ему пару своих приёмов, но теперь не уверен, что смогу сдержать своё обещание.

Знахарка ошиблась, Амарант дышит. Но в его животе зияет огромная дыра. Я даже без магии могу увидеть органы солдата.

Жить ему осталось совсем недолго. Придётся выбирать. Либо спасать остальных солдат, либо сконцентрироваться на нём.

— Знакомая рана, — прозвучал в моей голове голос Бойма — моего меча.

— О чём это ты?

— Кажется… Кажется, я умер точно так же, как и он.

На минуту я даже перестал думать о раненых. Заявление Бойма заставило меня задуматься о том, как меч может обладать памятью?

Изначально я сделал вывод, что он является кем-то вроде духа. Магической сущностью, которая олицетворяет меч. Такой же, как система, только способный вести нормальный диалог.

Но он только что заявил, что умер от такой же раны, которая сейчас зияет в животе Амаранта.

Выходит, он был человеком?

— Для меня это тоже шокирующее осознание, господин, — задумчиво произнёс Бойм. — Возможно, позже я смогу понять чуть больше.

— Хорошо, мы обсудим это потом. Пока что мне нужно сконцентрироваться на раненых.

— Позволите дать вам один совет? — после короткой паузы спросил он.

Совет от меча. Что-то совсем уж из ряда вон выходящее. Но я всё же выслушаю. Вдруг его мнение и вправду окажется полезным?

— Говори, — попросил я.

— На мой взгляд, вам не стоит уделять слишком много внимания этому человеку, — заговорил об Амаранте Бойм. — Как я уже и сказал, точно такая же рана меня убила. Кажется… Мне даже пытались помочь. Целители или другие маги. Не могу сказать точно. Думаю, что тратить на него силы бесполезно. Но решать в любом случае вам.

— Спасибо, — завершил разговор я и тут же переметнулся к своим мыслям.

Сказанное Боймом для меня и так очевидно. С такой раной люди не живут. Лучше спасать остальных.

Я не считаю себя каким-то богом или вершителем судеб. Я не имею права решать, кому жить, а кому умирать.

Но если стоит выбор между десятками людей и одним человеком… Очевидно, нужно пожертвовать последним, чтобы спасти всех остальных.

В прошлой жизни я с таким выбором никогда не сталкивался. В современных клиниках при наплыве большого количества пациентов всегда есть возможность передать часть больных другому врачу.

А уж если больница переполнена, можно перевести пациентов в другие клиники. Выбор «кого спасать?» не стоит никогда.

Но здесь всё иначе. На этот раз, возможно, одним человеком всё же придётся пожертвовать.

Стоп! Или нет? Чуть не забыл! У меня ведь есть козырь в рукаве. Последний шанс для Амаранта. Я могу отсрочить его гибель. Выиграть время и для него, и для себя.