— Меня зовут Антонио Одли, — произнёс мужчина приятным баритоном. — Мне поручено проводит вас. Прошу.

Жест в сторону… Совсем не парадного входа. А небольшой железной двери в стене. Мужчина при этом пошёл первым. Но на слугу он совсем не похож.

Они дошли до железной двери. Которая, при их подходе, открылась. И опять Одли вошёл первым. Более того, когда Энтони с Альберто прошли внутрь, дверь никто не стал закрывать.

Они прошли внутрь небольшого дворика-колодца. При этом, дверь во дворец тоже была уже распахнута. За дверью обнаружился довольно узкий коридор, по виду насквозь служебный. То есть вообще никаких украшений.

Шагов двадцать по проходу и они через очередную дверь вышли в широкий коридор. И теперь уже совершенно точно оказались в официальных помещениях. На стенах массивные золотые канделябры. Потолок теряется где-то вверху. В этом коридоре легко пройдёт маршевая колонна, ещё и место останется. При этом по центру коридора лежит тёмно-красный ковёр-дорожка.

Свет от кристаллов светильников кажется приглушенным, но это из-за поистине циклопических размеров освещаемого ими пространства. И опять безлюдье. Что ожидаемо. Вряд ли его величество желает придать огласке эту встречу.

— Господа, — Одли, доведя Каниони и Кольера до огромных двухстворчатых дверей (скорее даже ворот), повернулся. — Мне поручено принять ваши верительные документы.

Что же. Приступим. Энтони поднял левую руку, открыл Карман. И достал оттуда предмет. Сильно напоминает ступку. Только это печать. Королевская печать Веттина, одна из пяти. Символизм сего действия в том, что человек, имеющий печать, может заверять документы от лица Деллир.

— Господа, — произнёс Одли.

Вопросительно посмотрел на Альберто, на Энтони. А потом повернулся к дверям.

«Интересно, почему он лично открывает? Традиция?»

А Одли раскрывал двери полностью. Обе створки. Но, надо отметить, что делал это без особых усилий.

— Ваше величество! — торжественно объявил Одли, входя в тронный зал. — Представители её величества, королевы Гвендолин! Энтони Кольер, заверяющий! Альберто Каниони, виконт Нокс, сопровождающий!

Нейтан вернулся минут через пятнадцать. И занял место справа от трона. Как он стоял при королеве Диане.

— Маг, — ответил Нейтан на вопросительный взгляд Годфри. — Но совсем… Не тот. Или мы имеем дело с уникумом, который умеет скрывать свою силу.

— Что совершенно не исключено, — заметил король. — Как-то же Гвендолин прятала этого мага.

— Соглашусь, — кивнул Ранделл. — Только ещё один момент. Приехали двое. И оба крайне молоды. Может и есть способ прятать ауру. Но настолько изменить внешность даже сильные целители не способны. Это очень молодые люди.

Годфри задумался.

— Любопытно, — произнёс он.

Можно скрывать силу — это имел ввиду алтиор. Но приобрести эту силу в юности… Пример — близнецы. Они тоже имеют талант, дар и прочее. Но мало опыта просто в силу возраста.

— И да, один из них действительно Каниони, — продолжил Нейтан. — Самый младший из них.

— Вот как. Это что, способ снизить… Хм, странно. Что же, посмотрим. Мне интересно, в самом деле. Нетривиально.

Вскоре двери в тронный зал начали открываться. Антонио Одли исполнил положенный этикет. И через зал к трону прошли два парня. Именно так, парня. Им же едва за двадцать. Один держит в руках Печать. Гордые позы.

— Ваше величество.

Оба склонили головы.

— Господа, — прозвучал в пустом зале голос короля.

Холодный, бесстрастный голос. С лёгким стуком закрылись двери.

— Её величество, королева Гвендолин, — заговорил Энтони Кольер. — Поручила мне представить волю её.

Пауза.

— Её величество прибудет в Белый Дворец, — уже торжественным строгим тоном продолжил Кольер. — На Осенний Бал. Который пройдёт четвёртого октября. Её величество приедет третьего. Мне поручено убедиться, что ситуация в столице располагает к этому. Или…

Парень снова сделал паузу.

— Навести необходимый порядок, — продолжил Кольер. — В том смысле, что я имею полномочия предложить вам любую потребную помощь.

Парни вновь склонили головы.

— Ваше величество.

Годфри несколько мгновений смотрел на гостей. То, что сейчас происходило, сильно отличается от принятого протокола. Дипломатического протокола, естественно. С другой стороны, Гвендолин прекрасно знает, и протокол, и кого присылает. То есть, королева делает… жест. Предлагает обойтись без формальностей.

В то же время, Кольер сейчас, по факту, объявил тот самый ультиматум. Если перевести, то предложено следующее: «Либо принимаете условия, либо вас заставят их принять».

Сами условия, естественно, будут представлены позже. Сейчас идёт выяснение, готовы ли их обсуждать в принципе. Или будем воевать дальше?

«Но всё же. Почему настолько молодые?».

Годфри убрал локоть с подлокотника.

— Прежде, чем вы получите ответ, — заговорил Нейтан. — Я хочу уточнить один… вопрос. Максим Нуммус. Он должен встретиться со мной.

— Господин Нейтан, — холодным тоном заговорил Энтони Кольер. — Частные вопросы, полагаю, нужно и обсуждать частным порядком? То есть, не здесь и не сейчас.

И посмотрел на спутника.

— Господин Нуммус, — заговорил Каниони. — Имеет долг ровно перед одним человеком. Её величеством, королевой Гвендолин. Что же касается ваших детей, господин Нейтан, то мне поручено передать следующее, если этого коснётся. Они живы. И живы ровно потому, что так приказала её величество.

Ранделл на это закаменел лицом. А Годфри сделал жест. Антонио Одли склонил голову.

— Господа, — произнёс он, обозначая, что аудиенция закончена.

Ответ, разумеется, сразу никто выдавать не станет. Так не принято…

— Это ответ? — спросил в этот момент Кольер.

Король ответил не сразу.

— Господин Кольер, — ледяным тоном произнёс Годфри. — Мне кажется, что её величество несколько… поторопилась с вашим назначением.

— Если я выйду отсюда без ответа, — спокойно произнёс парень. — То в следующий раз я зайду без приглашения. Ваше величество.

В зале вновь повисла тишина. Только теперь она явственно перестала быть томной.

— Молодой человек, — заговорил Нейтан. — Вы понимаете, где находитесь и что говорите?

— А вы, господин Нейтан, — посмотрел на мага Кольер. — Видели Ульи?

— Что?

— Ульи. Падающие на город, — продолжил Кольер. — Отбивали атаку ящериц? Мне задать вопрос, где были вы, когда это происходило? Или мне нужно спросить, знали ли вы, что это будет происходить?

«Молодые нужны, чтобы вот это сказать?» — размышлял в этот момент король, держа каменную маску.

— Я стоял в том строю, — чеканил Кольер. — Который в этот момент защищал её величество. От големов. Королевой мне было поручено получить ответ… И я его получу, так или иначе. Вопрос был озвучен. Но я могу задать и другие.

— Ваше звание, господин Кольер? — заговорил Годфри.

— Энсин колониальных войск, — сухо и одновременно гордо ответил Кольер.

«А что если… Гвендолин показывает, насколько готовы военные под её рукой?»

Молодые… Энсин и младший Каниони. Договариваться никто и не собирается, вот что это значит. Условия? Вот они. Без приглашения. И Гвендолин трудно обвинить в нагнетании. После Ульев… Она видит, что управление развалено. Или ещё хуже, управление перехвачено. И совершенно логично опёрлась на военных. И теперь показывает вот такими посланниками, что попросту не сможет пойти на компромиссы.

Или это всё делает не она. А тот, на кого опирается Гвендолин. В любом случае… Их алтиор в столице. Да, этого недостаточно. Но если корабли Каниони с войсками уже на подходе… Вот, кстати, кто может быть за королевой. И поэтому здесь находиться его сын. Младший сын.

Годфри поднялся.

— Её величество, — произнёс король. — Может быть уверена, что бал состоится.

Голос прозвучал торжественно-мрачно. После этой фразы Годфри повернулся, сошёл с помоста и ушёл в сторону выхода.