— Черт! — Сайлас отпрянул назад, зашипев от боли, когда уставился сверху вниз на мужчину, который был настолько очарован Кинли, что начал вести себя все больше и больше как собака, за которую она его принимала.

В довершение ко всему Вульф приспустил переднюю часть своих шорт, и, к моему большому удивлению, он не был таким приученным к улице, как утверждал Рук. Золотой дождь хлынул на голенище ботинка Сайласа.

Можно было сказать, что был момент, когда Сайлас подумывал ударить человека ногой в бок, но едва удержался. Вместо этого он яростно зарычал, глубже и мрачнее, чем любая собака, которую я когда-либо слышал.

— Плохой пес! — Кинли отругала его, бросив строгий взгляд, который, возможно, был бы милым при любых других обстоятельствах.

— Мы не кусаемся, если нас об этом не просят, — объяснила она, полностью игнорируя лужу мочи у ног Сая.

Мужчина выглядел раскаявшимся и опустил голову, прежде чем подползти к ее ногам, уткнувшись лицом в ее ноги.

Сайлас сердито посмотрел на Кинли.

— Ему надо уйти, Кин.

— Я ничего не могу поделать, если ты ему просто не нравишься, — парировала она.

Кинли присела на корточки, взяла лицо Вульфа в ладони и поцеловала его в лоб.

— Я знаю. Он злой старый ангел, не так ли? — Ее большой палец успокаивающе погладил мужчину по щеке.

Вульф наклонился к ней поближе, несколько раз проведя языком по ее щеке. Затем он продолжил спускаться к ее шее в череде поцелуев с открытыми ртами, обращаясь с ней, как со своим любимым рожком мороженого. Каждое движение его рта по ее коже заставляло ее хихикать.

В тот момент, когда из-за чувств с ее идеально надутых губ сорвался первый стон, Рук наклонился и за воротник оттащил Вульфа от Кинли.

— Сидеть, парень.

Я почувствовал, как Рука захлестнула волна собственничества, когда его рука крепко сжала ошейник на шее мужчины.

— Любимая, ему нужно найти другой дом.

— Так будет лучше для всех, — добавил я, давая понять, что мы все трое придерживаемся одной точки зрения.

Увидев, что мы все чувствуем одно и то же, она нахмурилась, и это чуть не разбило мне сердце. Мне никогда не нравилось видеть Кинли расстроенной.

Она едва слышно вздохнула, и ее плечи поникли. Легким движением запястья она сняла манипулятивные чары, которыми обладала над этим мужчиной, и осознание наполнило его глаза, когда ее силы над ним рассеялись.

— Ч-что… где я? — заикаясь, выговорил он.

Рук помог ему подняться на ноги, обнял за плечи и начал выводить из комнаты. Было слышно, как он лжет сбитому с толку мужчине.

— Говорю тебе, парень, что бы ни было в тех таблетках, которыми ты поделился, это было сильнодействующее средство, да? Ты увлекаешься каким-то извращенным дерьмом. Но это был один из лучших занятий сексом в моей жизни, я тебе скажу.

Глава Двадцать вторая

После того, как Рук наполнил разум Вульфа всевозможными историями об их откровенных удовольствиях, даже используя свои способности трикстера, чтобы укрепить его память, я осталась без домашнего животного, которое составляло бы мне компанию. Было ли это так неправильно — хотеть, чтобы животное обнимало и слушалось меня?

А еще меня бесило, что в моем собственном проклятом доме все превращалось в ситуацию «трое против одного». Как бы то ни было, Рук и Атлас оба были здесь почти все чертово время. То, что Сайлас стал появляться у нас чаще, совсем не облегчало мне жизнь — казалось, они все объединились в одну большую, дисфункционально-функциональную команду.

Я была благодарна, что Сайлас заглядывал сюда только в свое сварливое свободное время, иначе у меня на заднице двадцать четыре часа в сутки сидели бы трое упрямых мужчин. Хотя мысль об этом была бы не совсем неприятной, если бы Сай не был таким чертовски упрямым, самодовольным мудаком.

— Ты что, так и собираешься сидеть здесь и дуться весь день? — Голос Сая вырвал меня из моих мыслей, когда я сидела на центральной подушке своего дивана.

Бросив на него сердитый взгляд, я скрестила руки на животе.

— Я купила все это для Вульфа. И что же мне теперь с этим делать?

Атлас опустился на подушку рядом со мной, его рука обвилась вокруг моих плеч, когда он притянул меня к себе. Его тело было достаточно теплым, чтобы смягчить мое дурное настроение, но лишь слегка.

— Кинли, — пробормотал он, протягивая руку и хватая меня пальцами за подбородок, чтобы повернуть мое лицо к себе. — Я знаю, ты разочарована, но, учитывая обстоятельства, это было правильно.

— С каких это пор ты стал переживать, что правильно, а что нет? — в моём голосе звучало раздражение. Было время, когда прежний Атлас больше заботился о том, чего хочу я, чем о правильных поступках. В наши дни он был ближе к Сайласу, чем к камбиону, которого я полюбила. Тот, кого я не одобряла.

В его серых глазах промелькнула обида, быстро сменившаяся пониманием.

— Мы исправим это для тебя, ангел. Я обещаю. — Подушечкой его большого пальца он провел по моей нижней губе, и я подумала обо всех довольно греховных вещах, которые я могла бы потребовать от него.

Вернувшись в гостиную, Рук с довольной улыбкой хлопнул в ладоши.

— Ну, обо всем этом мы позаботились. Кто хочет бутербродов? — Выражение надежды осветило его лицо. Его рука легла на пояс, показывая, что он готов приготовить новую порцию.

У меня вырвался тихий вздох, я не была уверена, что даже одно из фирменных блюд Рука может поднять мне настроение.

Сайлас покачал головой, ворча себе под нос.

Заметив мою незаинтересованность, Атлас убрал руку от моего лица.

— Почему бы нам всем не пойти куда-нибудь перекусить? Все, что ты захочешь.

— Всем вместе? — Я вопросительно посмотрела на Атласа, а затем на двух других, стоящих в моей гостиной.

Первым откликнулся Рук.

— Я готов прокатиться, любимая. — Он подмигнул мне, и его плутоватая улыбка тронула уголки его рта.

В голосе Сайласа послышалась некоторая неуверенность. Его голос был грубоватым, но любезным.

— Только, если больше не будет покупок домашних животных.

Мое надутое поведение, наконец, прошло, когда я подумала о том, что бы я хотела съесть. Когда это пришло мне в голову, мои голубые глаза загорелись возбуждением, когда я выпрямилась на своем месте.

— Я хочу шоколадно-кленовое мороженое с беконом! — торжественно объявила я.

На меня уставились с удивлением — выбор был, мягко говоря, странный.

Атлас похлопал меня по боку и мягко прижал к себе: — Значит, шоколадно-кленовое мороженое с беконом.

Оказалось, что единственное место в Брикстоне, где можно было купить выбранное мной мороженое, находилось на другом конце города, в маленьком кафе-мороженом под названием «Все, что угодно, кроме ванили».

Я была единственной невезучей из группы, у кого не было возможности просто оказаться там, где я пожелаю, в мгновение ока. Это было адское постоянное наказание за то, что я решила больше не жить под папиной крышей «или облаком». Учитывая эту небольшую заминку, Рук вызвался отвезти нас всех туда на моей машине.

Когда Рук въехал на парковочное место вдоль тротуара, он ударил по тормозам, заставив нас всех качнуться вперед, прежде чем резко отбросить назад на наши сиденья.

Я захихикала и захлопала в ладоши, сидя на переднем пассажирском сиденье.

— О! Давай сделаем это снова!

Сай и Атлас одновременно заговорили с заднего сиденья.

— Нет.

Рук протянул руку и, схватив мою руку, поднес тыльную сторону к своим губам.

— В другой раз, любимая. — Он дерзко повел своей проколотой бровью и нежно прикусил тыльную сторону каждого из моих пальцев после нежного поцелуя, который он запечатлел на моей руке.