В большинстве европейских стран «Гладио» не имела официальной поддержки властей и действовала как бы подпольно. Но спецслужбы с ведома или без ведома своих правительств поддерживали эту операцию.

В различных странах Европы «Гладио» действовало по-разному, опираясь на разные политические силы. Но всегда действовали против коммунистов. Против СССР.

Да и разведка БНД по сути своей очень походила на то же «Гладио». Что уж говорить, если её создатель, оставшийся благодаря сдаче американцам, яростный и проактивный фашист Гелен приложил все усилия к новому разжиганию конфликта. Сразу после капитуляции Германии Гелен вошёл в контакт с американскими спецслужбами с предложением сформировать из бывших нацистов службу противодействия «агрессивным устремлениям СССР в Европе». Развивая тему советской угрозы, он получил финансирование из США и создал новую разведывательную службу — «Организацию Гелена». В апреле пятьдесят третьего года началась передача «Организации Гелена» под юрисдикцию правительства ФРГ. После этого созданная Геленом служба получила название БНД.

А уж если два агента смогли отыскать меня, то для других моё нахождение было только делом времени.

Поэтому я решил исчезнуть. Герр Мюллер должен героически погибнуть, чтобы своей эпической смертью разжечь молодые сердца лидеров «Фракции»! Густав Мюллер должен умереть, а вот Джейкоб Смит родиться и переправиться в Канаду.

Да, Ян-Карл показал мне новый паспорт с разлапистым гербом на обложке. По выдуманной легенде, я средней руки фермер из отдалённого региона Канады. Для поддержки этой легенды начальнику Штази пришлось в одно время раскошелиться, но ферма существовала на самом деле. При случае проверенные люди могли подтвердить, что я там проживал и трудился, не покладая рук ради процветания британской короны.

Конечно, сейчас в Канаде был «Октябрьский кризис», когда организация леворадикальных подпольщиков «Фронт освобождения Квебека» похитила двух людей, один из которых был аж самим министром труда Пьером Лапортом! Однако, именно в это время можно проникнуть незамеченным из-за возникшей неразберихи. Определённый риск существовал, но он того стоил.

После введённого Положения о военных мерах наступит Положение об общественном порядке, при котором станут более въедливо вглядываться в новые лица. Да, мне повезло отправить весточку в ФОК через представителей «Фракции», в связи с чем министр труда Лапорт не был найден задушенным в багажнике автомобиля возле аэропорта Сен-Юбер. Его освободили с рекомендациями прислушиваться к мнению народа, а не идти на поводу англо-саксонских империалистов.

Таким образом мне удалось исправить небольшую ошибку в действиях канадкой ФОК. А уж к моменту моего прибытия должны будут освободить и второго похищенного. Дальше к действиям руководства ФОК планировал приложить руку Джейкоб Смит.

Кто такой Джейкоб Смит? Недавно героически погибший Густав Мюллер!

Да, моя смерть должна выглядеть в самом деле эпически. Поэтому я загодя продумал операцию. Назвал её «Операция 'Ю». Мог бы назвать и «Операцией 'Ы», но этот фильм уже пять лет путешествовал по экранам и мог выдать мою русскость. В настоящий замысел я посвятил только одного Яна. Вовсе не потому, что беспредельно доверял ему, но потому, что он единственный мог внести какие-либо поправки, а также упреждения на случай несоответствия.

В один хмурый день конца октября я собрал лидеров «Фракции» в конспиративной квартире во Франкфурте. У всех лица были сосредоточенными. Похоже, почуяли, что я не буду рассказывать анекдоты, а начну вещать о серьёзных вещах.

На столе я расстелил карту здания. Надпись внизу карты специально прикрыл листом, чтобы не догадались раньше времени.

— Ну и что это за чертёж? Очередной банк? Вроде бы не похоже, — подал голос Баадер. — Скорее на какой-то детский лагерь похоже.

— Не совсем детский, да и с лагерем не вполне угадал, — ухмыльнулся я. — Ещё какие-то догадки будут?

— Чьё-то поместье? Замок? — спросил Хорст.

— Уже ближе к теме, но всё равно не то, — покачал я головой.

— Военная база? — моргнула Ульрика.

— Бинго! Как сказали бы её постояльцы! — я даже три раза хлопнул в ладоши.

— Янки? Неужели это американская база? И что нам с ней делать?

— Мы её обворуем, — пожал я плечами. — Ограбим так, чтобы янки обосрались.

— Но… там ведь военные. Там не просто охранник с пукалкой на ремне. Там реально обученные люди. Некоторые даже с боевым опытом, — захлопал глазами Хорст и посмотрел на других. — Нет, я не хочу сказать, что мы боимся, но… Глупо лезть в пасть крокодила. Ведь можно оружие добыть и так, гораздо лёгкими путями.

— Не бзди, Миллер, — подмигнул я ему. — Всё спланировано и пройдёт как по нотам. Янки слишком расслабились. Они думают, что раз их предки успели высадиться в Нормандии, то им тоже можно причислить себя к победителям. А мы докажем, что они ошибаются. И что настоящие немцы вертели на жареных колбасках их самомнение. Сделаем акцию! Покажем всему миру, что Фракция Красной Армии — реальная сила. И с этой силой стоит считаться!

— Но, не рано ли? — вздохнул Хорст.

— Рано? — перебил я, ударяя кулаком по карте. — Хорст, они уже двадцать лет ходят по нашей земле, как по своему заднему двору! Они судят наших политиков, растлевают нашу культуру, душат нашу экономику. Их базы — это гнойные нарывы на теле Германии. Пора прижечь один из них калёным железом!

Я видел, как Ульрика медленно кивнула, её глаза загорелись холодным огнём. Баадер уже ухмылялся, обдумывая детали. Он всегда был за любое безумие, если оно сулило громкий взрыв. Ян терпеливо ждал, находясь в сторонке.

— Послушай, Хорст, — голос Ульрики прозвучал тихо, но чётко. — Он прав. Мы слишком долго лишь писали на стенах и разбрасывали листовки. Слова заканчиваются там, где начинаются дела. Нам нужна эта операция. Чтобы показать слабость америкосов. Чтобы каждый, кто видит грёбаный полосатый флаг, знал — под ним сидят не боги, а уязвимые люди в форме.

— Именно! — подхватил я. — Мы не просто украдём несколько ящиков с автоматами. Мы вынесем их арсенал. Их взрывчатку. Их средства связи. Мы проведём операцию с хирургической точностью. Они даже не узнают, кто это сделал, пока мы не объявим об этом сами.

Я отодвинул лист бумаги, прикрывавший надпись на карте. Все наклонились ближе.

— Американская база. Франкфурт, — прочёл вслух Баадер и присвистнул. — Это же всего в часе езды отсюда.

— Именно, — подтвердил я. — Они так близко, что чувствуют себя в полной безопасности. Их охрана — это три патруля, которые обходят периметр раз в два часа. Никаких вышек, никаких датчиков движения. Абсолютная беспечность. Я изучил их расписание, маршруты, даже меню в столовой. Как раз через эту столовую мы и начнём операцию. У меня есть возможность подсыпать снотворное в их суп, так что к десяти вечера большинство будет храпеть на своих койках.

— Какая возможность? Что это за возможность? — снова заморгал Хорст.

Я ухмыльнулся и начал рассказывать. Выследить повара с американской базы было делом нехитрым. Ровно в десять утра открывались ворота и наружу выезжал грузовичок. В грузовике подпрыгивали трое солдат. В кабине обычно находился повар и водитель. Обычный маршрут до рынка.

На рынке повар отбирал нужные овощи и фрукты, мясо и прочее. Солдаты грузили в грузовик. Дальше они ехали обратно. Повар готовил еду, а после обеда уходил в гости к одной очаровательной вдовушке. Возвращался на базу ближе к вечеру. Проверял ужин и после этого снова покидал территорию базы. Приходил к утреннему приготовлению пищи. Дальше всё шло по накатанной.

Вычислить его маршрут помогли вездесущие мальчишки. Три дня пацан по имени Леон крутился возле базы и с немецким старанием записывал перемещения повара. На четвёртый день я оказался возле этого самого повара и… Слямзил его кошелёк.

Дело нехитрое — повар слишком сильно расслабился. Правда, мои действия заметил один мужичок из тех, кого на моей родине было принято называть бомжом. Он уставился на меня во все глаза и начал было открывать рот, чтобы помочь «доброму господину» в деле поимки вора. Я подмигнул этому самому бомжу и бросил кошелёк у ног повара.