Светлана очень старалась подобрать правильные слова, чтобы достучаться до нескольких Участников. Ей необходима поддержка. Пусть не всех, пары человек достаточно. Нужно, чтобы Иван и Олег услышали её. Услышали и согласились с аргументами. Нельзя упустить этот шанс, и парни могли помочь выиграть. Олег её ненавидит, но это неважно. Его можно перетянуть на свою сторону…
Её никто не перебивал.
— Олег, — она посмотрела прямо в зелёные глаза. — Я ошиблась. В результате ты — несчастен, а твой ребёнок уже не родится. Ты хорошо знаешь Веру — она никогда тебя не простит. И ты всегда будешь помнить, что сам подтолкнул её к аборту.
Лицо Олега стало страшным. Губы шевельнулись, но он не издал ни звука.
— Я могу всё исправить, — она наблюдала за малейшими переменами в его лице. — Проголосуй за меня, и я не буду ломать комедию, не буду никого подставлять. Просто оставлю вас в покое. Ты женишься на Вере, родится ребёнок. Я останусь со своим «папиком». Не стану врать, что делаю это ради тебя, всё равно не поверишь. Нет, я хочу сохранить обеспеченную жизнь, которой лишилась из-за этой авантюры. Скажу больше — у меня отобрали квартиру и машину, и я сделаю всё, чтобы их вернуть. Помоги мне — и сам будешь счастлив, я близко к вам с Верой не подойду.
По тому, как дрогнуло лицо Олега, она поняла: слова попали в цель. Он пойдёт на всё, чтобы остаться с Никой. Осталось перетянуть на свою сторону Ивана, и тогда у нее будет три голоса. Достаточно, чтобы побороться за главный приз. Для остальных она вряд ли подберет весомые аргументы.
— Ваня, — Светлана внимательно смотрела Ивану в глаза. — Мой «папик» — очень обеспеченный человек. Я полностью оплачу тебе начальный взнос по ипотеке. Новая квартира из несбыточной мечты превратится в реальность. Просто — проголосуй за меня. Это не трудно. Гораздо легче, чем твоя комбинация с Сергеем. Предлагаю начать голосование!
— Не так быстро, — опомнился Артём. — Конечно, каждый имеет своё право на счастье. Но, пока человек жив, всё можно исправить. Счастье — не в деньгах и квартирах. В моём случае ничего исправить уже нельзя. Я потерял жену, потерял ребёнка. И я прошу, — голос дрогнул, — я очень прошу, помогите спасти мою семью.
— Ребята, — по щекам Александры катились слёзы. — Я никогда не думала, что смогу отмотать время назад и спасти сестру. Позвольте мне вернуться и ответить на звонок. Я вечно молиться за вас буду, только помогите спасти Лильку! Прошло полгода, но я до сих пор не могу ни есть, ни спать. Родители совсем сдали, мама постоянно плачет, отец болеет. Не губите нашу семью. Пожалуйста, — она в умоляющем жесте прижала руки к груди.
Столкнувшись с ней взглядом, Олег поспешно отвёл глаза.
— Послушайте, — Сергей прочистил горло. — Я рассказывал вам про Машу. Понимаю, как это сейчас звучит, но… Я любил её, действительно любил. Всё это время… — он откашлялся, под обращёнными на него взглядами слова застревали в горле. — Я только сейчас понял, что не могу без неё. У меня внутри всё корчится от боли, будто нож проворачивается. Вы можете сказать — позднее зажигание, и будете правы. Я ошибся и признаю это. Без неё я — никто. Прошу, ради всех лет, что мы знакомы, помогите, — голос Сергея завибрировал от эмоций. — Я никогда не просил вас о помощи. Но сейчас, первый и последний раз в жизни — прошу.
— Я тоже скажу, — заговорил Олег. — Я всем сочувствую. Приношу соболезнования тем, кто потерял близких. Но в чём-то Светлана права — каждый имеет право на шанс. Я хочу быть вместе с Никой, хочу растить нашего ребёнка. И это — не преступление.
— Нет, Олег, это не преступление, и по-человечески — вполне объяснимо, — Иван говорил негромко, но в гнетущей тишине голос прозвучал неожиданно резко.
— Тогда я прошу, пожалуйста, проголосуйте за меня, — в глазах Олега светилось отчаяние.
— Олег, я же тебе предлагала… — начала Светлана.
— Я тебе не верю! — оборвал он с ненавистью. — Ты подлая двуличная тварь. С тебя станется вернуться назад, помириться со своим престарелым покровителем и провернуть аферу с Никой. Из мести. И на твоем месте, Ваня, — он глянул на Ивана, — я бы на деньги особо не рассчитывал. Даже если ты проголосуешь за неё, она не будет платить. Разве ты ещё не понял?
— Олег… — потрясённо начала Светлана. — Я не обману. Клянусь… — поняв, как неубедительно звучит сказанное, она всхлипнула. — Ваня, прошу тебя, — голубые глаза наполнились слезами.
Лена растерянно переводила взгляд с одного лица на другое.
— Ну что, будем голосовать? — внутри у Олега всё дрожало. — Итак, считаем голоса. Кто голосует за меня?
Его рука одиноко взметнулась вверх. Внимательно всмотревшись в каждого, он горько усмехнулся.
— Итак, один голос.
Взяв лист бумаги, дрожащей рукой, записал: «Олег — 1».
— Кто голосует за Светлану? — он посмотрел на вскинувшую руку девушку тяжёлым взглядом. — Итак, тоже один голос.
Внеся пометку на листок, кивнул:
— Дальше. Артём? Артём и Иван. Два голоса, — констатировал он.
Артём еле заметно кивнул:
— Спасибо, Ваня.
— Кто за Сергея? — Олег почти не удивился, когда подняли руки Сергей и Елена. — Что ж, вполне ожидаемо. Два голоса.
— Саша? — посмотрев на одиноко вытянутую вверх руку, подавил вздох, — один голос. Что ж, я, Саша и Светлана — по одному голосу, Артём и Сергей — по два.
— Тёма, Саша, Олег, — заговорила Елена. Губы у неё дрожали. — Простите, что не проголосовала за вас. Если бы смогла, помогла бы всем. Но Серёжа мне, как брат, я не могу видеть, как он мучается.
— Я тоже проголосовал бы за всех, — подал голос Иван. — Но мне показалось, у Тёмы самая тяжелая ситуация.
Саша, закрыв лицо руками, плакала навзрыд. Надежда спасти Лильку растаяла без следа. На какие-то четверть часа она поверила, что можно всё исправить. Но чуда не случилось. По крайней мере, для неё. Перед глазами, как наяву, появилось лицо сестры, и она изо всех сил прикусила губу, чтобы не закричать. Рот наполнился солоноватым привкусом крови. Господи, как же больно. И как жестоко: подать надежду и тут же её отнять.
Светлана сидела с перекошенным лицом. Внутри всё плавилось от ярости. План не сработал. А ведь она была уверена, что и Олег, и Ванька клюнут на её обещания. Не получилось. Опять всё пошло прахом. На неё волной накатила злость. Что ж ей так не везёт в последнее время…
Ощутив, как сдавило в груди, Олег тяжело выдохнул. Умом он понимал, что голосование справедливо. У него никто не умер, Ника жива и здорова. Вот только ребёнок… Малыш, который так и не родится по его глупости. И Ника, потерянная для него навсегда. Сердце болезненно сжалось. Светка права, Ника его не простит. Он хотя бы расскажет ей правду… Но тяжесть в груди не проходила.
— И что теперь? Повторное голосование?
— Что? — он перевел на Ивана непонимающий взгляд. Мысли разбегались.
— Я спрашиваю, теперь повторное голосование?
— Да, — Олег постарался сосредоточиться. — Голосование между двумя кандидатами, — он поморщился, настолько официозно прозвучала фраза, но язык словно одеревенел. — Итак, выбор между Артёмом и Сергеем. Мужики, будете что-то говорить?
— Да. — Артём встал из-за стола. — Сергей, — он повернулся лицом к невольному оппоненту. — Я всё понимаю и сочувствую тебе. Но, извини, — он на мгновение зажмурился. — Давай по-честному. Я потерял жену и ребёнка по вине твоей девушки. Никто из вас не хотел этого, но факт остаётся фактом, она спровоцировала ДТП. Я четыре года жил в аду, умирая каждый день. Ты четыре года пачками менял баб. Теперь ты заговорил про большую и светлую любовь. Так не бывает, Серёга. Если ты четыре года прекрасно жил без неё, то и дальше проживёшь. А я как любил Оксану, так и люблю до сих пор. Сейчас на кону две жизни: моей жены и моего ребёнка. Поэтому я прошу проголосовать за меня.
Дождавшись, когда Артём закончит, Сергей тоже поднялся в полный рост.
— Ты прав и не прав одновременно, Артём. Моей вины в том ДТП нет, и ты об этом знаешь. Не манипулируй чувством вины, это дешёвый приём. По поводу моих баб… Да, я постоянно менял женщин, пытаясь заглушить боль. Известно, что клин пытаются выбить клином. Я действовал также. Сегодня, когда узнал правду, понял, что просто умру без Маши. Вы знаете, — у губ образовалась жёсткая складка, — я не склонен к излишней откровенности. И то, что я выворачиваю перед вами душу, говорит только об одном — я действительно люблю. И я сделаю всё, чтобы спасти любимую женщину. Прости, Артём, но я буду биться до конца.
