— Сложно сказать. Вообще, в современной истории, как в науке, принята методика трех источников. Если в трех разных, не связанных между собой источниках фигурирует какая-то одна и та же информация, значит, она имеет под собой реальное, обратите внимание, реальное основание. Или, проще говоря, она правдива. А тут мы имеем огромную информационную базу. Тут и наш Змей Горыныч, и скандинавский эпос, и средневековые летописи. Именно в них...

— Все, я закончил. Сейчас включу свет. Дима, простите, что прервал. Было очень интересно, я вернусь, и вы продолжите, хорошо?

— Да-да, простите, я увлекся. Забылся. Тема двуликих меня занимает уже не первый год, и именно поэтому я выбрал ее для своей кандидатской диссертации.

Виктор

Готов спорить, что сковородка упала не сама, да и увернулся я от нее в последний момент, если честно. А так все со стороны тихо-мирно. Сосед в очечках подкручивает кронштейны у полки. Он же и скинул, подельник. Хорошее тут гнездышко у ребят, ничего не скажешь. Трое на одного — это сильно. Хотя, что там заказчик говорил, надо опасаться кавалеров этой офисной белки? Прав был чудак со своей химеристой псиной. И рыжая эта все суетится. Туда-сюда бегает со своими противнями и пирожками. Вкусно, конечно. Я даже рискнул поесть, чтобы не привлекать к себе ненужного внимания. Благо, все берут пироги с одного блюда, да и когда девушки доставали пирог из духовки, я уже следил тщательно. Не все яды переносят термическую обработку, так что если чем-то приправлять, так сейчас самое время, когда пироги подостыли.

— Ну как вам моя стряпня?

— Потрясающе вкусно! Сто лет так не ел. Значительно лучше, чем в ресторане! Милена была права, когда отговорила меня от этой затеи.

— Ой, вы меня хвалите, а я же совсем забыла присыпать яблочный пирог сахарной пудрой, сейчас исправлюсь. У меня тут как раз были остатки в нескольких пакетиках, должно хватить.

— Мне, кажется, что-то попало в глаз, Милена, не проводишь меня к зеркалу? Соринка, кажется.

— Да, конечно. Сейчас, только возьму фонарик, у меня в комнате со светом не очень.

— Какой у тебя интересный фонарь.

— Да, я специально покупала с электрошокером, чтобы ночью было не так страшно ходить одной.

— А ты часто ходишь по ночам?

— Ну конечно, когда возвращаюсь с работы.

— Так вроде бы ты работаешь до пяти.

— У меня есть еще подработка. Не каждый день, сейчас, вообще, можно сказать, отдыхаю. Изредка только беру какой-нибудь небольшой заказ, но осенью обязательно возьмусь серьезней.

— Я понял.

— А что, глаз уже прошел?

— А? Нет, еще чуточку что-то мешает.

— Держи тогда фонарик, посвети себе сам, как будет удобно.

— Спасибо.

Зеркало меня напугало. Воистину странная вещь, вот кем-кем, а мистиком я никогда не был. Но тут… Огромная черная рама, будто бы слившаяся со стеной старого дома, пустившая в него свои корни и две змеи выползающие наружу, словно лишь для того, чтобы покрасоваться своей тугой чешуей, своими витыми телами, сплетенными в причудливом танце, в вечных объятиях друг друга, перетекая одна в другую настолько плотно и нежно, что их и взглядом нельзя разделить. Не найдешь, не различишь где заканчивается одна и начинается другая. А эти раскрытые пасти, полные острых зубов. Так и кажется, что вот-вот с них сорвется капелька яда. Только глаза и отличают подделку от оригинала, дают понять, что змеи лишь искусная выдумка какого-то мастера. Синие-синие с голубыми прожилками, с вертикальным черным зрачком. У живых змей таких не бывает, только у деревянных. Подделка под змеиную жизнь. Милена замерла в отдалении и наблюдает, что я скажу об этой искусной раме. Надо поддержать интерес, если я рискну навестить эту квартиру еще раз. А я должен рискнуть.

— Потрясающая работа! Восемнадцатый век? Фамильное?

— Понятия не имею, мне его подарили. Но она восхищает, правда? И порой мне кажется, только Алисе не говорите, что змеи немного ползут по стеклу. Должно быть, игра света и тени. Еще вчера вроде бы хвостик змеи чуть касался обоев, а сегодня он уже сдвинулся много выше.

— Забавно. Красивое зеркало, спасибо, что дали воспользоваться.

— Как ваша соринка?

— Вроде бы проморгался, спасибо за заботу. Завтра я за вами заеду в семь? Или нужно раньше?

— В семь будет очень удобно. Идемте на кухню, я дам вам с собой пирогов на завтрак.

— Спасибо, буду очень признателен. Домашние пироги — это мое слабое место. Я с детства их очень люблю.

На кухне все так же своим ходом идет чаепитие. Яблочный пирог почти закончился вместе с сахарной пудрой из разных пакетов, которая пересыпается с куска на кусок. Определенно, я устал, вот и ищу скрытые угрозы и смыслы там, где их попросту не может быть. Заказчику нужно резное зеркало, теперь я почти в этом убедился. Что ж, выполню его странный план по пунктам, присмотрю за Миленой, получу деньги и в отпуск. Пока окончательно не рехнулся.

— Дамы, позвольте попрощаться, мне тоже пора, как ни жаль покзаать вашу уютную обитель.

— Вам дать с собой пирогов?

— Благодарю покорно, но вынужден отказаться. Здоровое питание и здоровый сон просто необходимы моему организму. Все было великолепно, я признателен вам до крайности. Еще раз благодарю.

Вышли мы с этим странным типом за порог квартиры одновременно.

— Силитус всегда будет стоять выше Гордона. Источнику магии двуипостасных суждено угаснуть. Совсем скоро он не сможет впитать ни капли жертвенной крови.

— Драконы рулят, чудак. Спокойной ночи.

— Тяжелого дня!

Фанатик или как?

Милена

Какой чудесный день! Ощущение, что я ограбила какую-то добрую фею и отсыпала себе немножко волшебной пыльцы. Туфельки, прекрасные ухажеры, целых два! Розетка больше не пытается нас уничтожить, дверь в подъезде потеряла весь свой охранный пыл, на работу меня подвезут на машине! Счастье! Точно, это зеркало волшебное, работает как амулет на удачу, не меньше. Вот только опять кто-то включил радио. И передача какая-то странная. Из мира животных, что ли? Или сказки и легенды Европы? Вот бы нашему соседу дать это послушать, как раз его тема про двуликих ящеров. А может, это он включает себе на ночь такую ахинею? Завтра у него самого спрошу.

Спать! Утром рано вставать, накраситься еще бы надо для Виктора. Какой он хороший и не зануда, но Дима больше смешных историй рассказывает. Ой, ладно, подумаю об этом на свежую голову, днем на работе.

Тревор

В казармах накрыт большой стол, полный кушаний и напитков. Пузатые кувшины из серебра, толстостенные миски из чеканной латуни ждут, когда их наполнят вкусной едой, хрустальные вазы на длинных ножках ломятся от обилия фруктов. Жаркое, каша, посыпанная всяческими лакомствами, тут и узор, выложенный из мелких цветов, и спелые надрезанные на небольшие кусочки абрикосы, и ягоды сверху горстями.

Воины занимают места на широких скамьях, я пока жду у двери. Не настолько я голоден, чтобы дать повод для стычки, выбрав по незнанию чье-то место.

— Чужак, занимай место рядом с нами. Тут свободно. Жегша убили еще месяц назад. Ваши. С тех пор его место пустует, — пригласил меня за стол молодой воин.

— Благодарю.

— Будешь вести себя, как подобает, претензий от нас не будет

— Я понял.

Осторожно, стараясь не зацепиться за чужие мечи, я протиснулся на свободное место с краю скамьи. Безоружный, в чужом вражеском доме, давший нелепую клятву, чужак. Ягненок перед закланием. Надо успеть поесть от души. На голодный желудок планировать вылазки вредно.

Латунные кружки обвиты искусными змеями, в них льется напиток, по цвету напоминающий расплавленный мед. Мою кружку тоже наполнили до самого верха.

— За доброго мужа! Да прославят ваш род, произведенные на свет вами дети, — горланят воины с разных сторон.

— Будьте правы! Так и случится. Тревор, пей смело, этот напиток готовят без хмеля.