Прошло секунд десять, и только теперь до Васина дошёл смысл услышанного, но когда он повернулся в поисках того, кто мог это сказать, то увидел рядом лишь знакомые лица. Радостные, восторженные, азартные и счастливые, как никогда.

А когда повернул голову в сторону этого невероятного побоища, то увидел ту самую Людмилу Прокофьевну, о которой ему говорили. И действительно, она определённо могла выиграть. Орудуя какой‑то длинной линейкой и довольно громоздкой сумкой, эта женщина не оставляла другим никаких шансов.

Но в любом случае до конца битвы ещё очень далеко. Слишком уж много сегодня было желающих поговорить с Петром Дмитриевичем Романовым. И это даже хорошо, подобное зрелище должно длиться как можно дольше. Чтобы все успели им насладиться.

Почему именно сексуальные девушки и эпичное побоище перед главным офисом тайной канцелярии?

Да просто захотелось сделать чего‑то нового. Чего‑то, что будет интересно всем. И не просто интересно, а заставит их испытывать яркие эмоции. А так как в тайной канцелярии представительниц прекрасной половины человечества практически невозможно встретить за крайне редкими исключениями, то я решил вот таким образом порадовать мужиков.

Мужики рады, единицы женского пола возмущены, а я спокойно и без лишней огласки встречаюсь с Петром Дмитриевичем.

Вот как раз и его кабинет. Только собрался постучать, как дверь распахнулась, и на пороге появился удивлённый Романов.

— Максим? Ты как сюда… Не важно, потом. Всё потом. Сейчас нужно разобраться с тем…

— Пётр Дмитриевич, я к вам. Нужно поговорить, и от этого разговора у вас не получится уклониться. То, что происходит перед офисом, так, ерунда. Дал возможность немного развеяться вашим сотрудникам. Минут через двадцать там всё закончится.

— Максим, это не шутки, люди там реально…

— Да ничего не случится. Я всё предусмотрел, когда моя иллюзия исчезнет, о ней все забудут.

— Но зачем?

— Чтобы поговорить с вами, — повторился я. — И, судя по тому, что происходит, поступил совершенно правильно. Или хотите сказать, что сейчас вы не пытаетесь избежать разговора со мной?

Романов нахмурился, но отрицать услышанное или как‑то оправдываться не торопился. А затем и вовсе тяжело вздохнул и пригласил меня в кабинет, при этом для чего‑то осмотрев коридор, словно боялся, что нас кто‑то увидит.

— Присаживайся, и давай сразу перейдём к тому, о чём ты хотел поговорить. Сам понимаешь, времени катастрофически мало и не хватает даже на половину всего, что нужно сделать.

— Об этом я и хотел поговорить. Пока идут работы по строительству нашего НИИ, нужно отомстить мировому совету за то нападение. Нельзя подобное оставлять безнаказанным. Предлагаю наведаться в их штаб‑квартиру и показать, что не стоит вести себя столь опрометчиво.

Пётр Дмитриевич закрыл глаза и откинулся на спинку кресла, при этом желая крепко так выругаться, но всё же смог сдержаться. Немного посидели в тишине, и он заговорил, всё ещё не открывая глаз:

— Что‑то подобное я и предполагал. Поэтому подобные встречи были крайне нежелательны, а вашу четвёрку вообще не должны были пускать ко мне. И я не могу тебе здесь ничем помочь. Подобное не в моей юрисдикции. Ко мне вы можете обратиться, если требуется сделать что‑то внутри империи, за её пределами работают другие люди.

Что‑то подобное я и предполагал. Да и Романов уже говорил об этом в тот раз, когда мы наведались в гости к всадникам инков. Но он тогда много чего говорил, особенно о наших умственных способностях, поэтому просто не придали значения. Да и не собирались мы тогда больше куролесить за пределами империи.

В общем‑то и в империи не собирались, но оно само как‑то получается.

— И кто это? К кому нам нужно идти, чтобы получить разрешение? Заметьте, что в этот раз я пришёл просить это самое разрешение, хотя мог бы…

Что именно, не стал договаривать, тут и без этого всё понятно.

— Сперва к императору. Если он даст добро, то и сведёт вас с нужными людьми. Только я сразу предупреждаю, что против этого. Император и все заинтересованные лица в курсе. А теперь можешь уже убрать свои иллюзии? У нас работы полно, а все сейчас находятся на улице и наблюдают.

— Так уже всё должно закончиться, — посмотрел я на руку, на несуществующие часы. — Людмила Прокофьевна должна одержать победу и принести кому‑то очень солидный выигрыш. Надо было и мне на неё поставить. Хотя нет. Так было бы нечестно. Никто же не знает, что я сделал её круче любого бойца из Mortal Kombat. Чуть не забыл, а вы можете мне выделить машину, чтобы добраться до императорского дворца? Итак, к вам пешком топал от госпиталя Павловых.

Попасть к императору оказалось куда проще, чем к Романову. Во‑первых, меня здесь уже ждали. Спасибо Петру Дмитриевичу, который предупредил о моём визите. Во‑вторых, вместе со мной отправили Лизу в качестве сопровождающей. Оказывается, она находилась в здании канцелярии. А в‑третьих, император явно ждал моего визита. Хотя я сам о нём ничего не знал ещё час назад.

Почему я так решил?

Он сам и сказал, когда мы встретились. Даже рассчитывал, что я приеду раньше.

— Разрешаю, — выслушав меня, сказал император, поставив меня в весьма неудобное положение.

Просто я изначально не рассчитывал, что он даст добро. Уже придумал кучу доводов, чтобы переубедить Алексея Борисовича, и ни один не понадобился. Да, собственно говоря, своим разрешением император просто вогнал меня в ступор. Мозг словно заклинило. Шестерёнки за что‑то зацепились и отказывались проворачиваться.

Глядя на меня, император начал смеяться, чем привёл в чувства.

— Видел бы ты себя, Максим. Не ожидал, что всё будет так просто? — Я кивнул. — Так правильно, не ожидал. Просто ничего и не будет. Одних я вас точно не отпущу, а ещё потребую гарантий, что будете вести себя крайне осторожно и не подставитесь по глупости.

— Что это за гарантии такие?

Даже не могу представить. Как вообще можно что‑то гарантировать, когда собираешься заглянуть в самое сердце вражеских войск и устроить там всем показательную порку?

Грохнуть пару командиров, а возможно, и вообще всю верхушку противника, если он окажется настолько глупым, что держит всех в одном месте. В чём я сильно сомневаюсь.

— Простого обещания для меня будет вполне достаточно, — улыбнулся император, вновь вгоняя меня в ступор.

Да быть такого не может. Как‑то всё слишком просто, и здесь явно есть подвох. Причём такой, что нам и самим не захочется соглашаться на условия императора.

— А ещё с вами отправятся сопровождающие. Четыре человека, работающие исключительно на меня и больше никому не подчиняющиеся. Они будут в праве применять любые методы в случае, если посчитают, что вы перешли границы дозволенного и подвергаете себя неоправданному риску.

— Разве в нашем случае может быть неоправданный риск? Да там и риска‑то как такового не будет. Мы же не одни нагрянем в гости к демонам, а со своими скакунами. Или вы думаете, кто‑то сможет навредить Сёме или Дане? Да и Маха с Гиросом далеко не обычные порождения магии.

— Ни капли не сомневаюсь в силе ваших скакунов. Да и в вашей, собственно говоря. Но ситуации бывают разными. История множество раз доказывала, что даже самые сильные имеют слабости, которые находят и используют. Да и не могу я так сильно рисковать, отпуская вас одних.

— Я так понимаю, это будут Чистильщики? Один — это дядя Ленки, а ещё трое кто такие?

А вот теперь настала моя очередь удивлять императора. Он явно не ожидал, что я знаю о Чистильщиках и о том, что Константин Шуйский один из них. И Ленка здесь совершенно не при чём, она вообще узнала об этом последней из нас.

Это Мира со своим прогнозированием смогла вычислить, а потом думала, стоит рассказывать рыжей или нет. Всё же её дядя оказался элитным убийцей на службе императора. И порой выполнял весьма противоречивые приказы.