— Как проходит сезон? — спросил он, открывая холодильник, чтобы достать две бутылки воды.

— Хорошо. — Я села на диван. — Дел по горло. У нас в лыжной школе не хватает мест, поэтому выходные выдаются напряженными.

Крю сел прямо рядом со мной, не оставляя между нами больше дюйма.

Запах пряного одеколона, цитрусовых и кедра, наполнил мой нос, и я чуть не застонала.

— Как продвигаются тренировки? Все еще думаешь о соревнованиях «Бёртона»?

— Я зарегистрировалась. — Я пожала плечами. — Посмотрим, что будет дальше. У меня нет никаких ожиданий. Но я старалась уделять хафпайпу как можно больше времени.

Сейчас он был открыт для публики, но я обнаружила, что если буду заниматься рано утром, то смогу выкроить час или два в одиночестве.

— Как твое плечо? — спросила я.

— С плечом все в порядке. Временами оно все еще болит, но я не показываю этого.

— Ты же не хочешь, чтобы люди делали из мухи слона.

— Именно. — Он слегка улыбнулся мне. — Я боялся, что это будет неловко.

Но это было не так. Не совсем. В некотором смысле, мы просто продолжили с того места, на котором остановились.

И в этом была проблема. Я не хотела продолжать.

Поэтому я медленно отодвинулась, заработав недовольный взгляд.

— Как проходят тренировки? Готов к «Экстремальным играм»?

— В значительной степени. У меня есть еще пара недель, чтобы привести себя в порядок. Но я не делаю ничего нового, поэтому уверен, что все получится. На самом деле я собираюсь какое-то время потренироваться здесь. Я надеялся, что ты пойдешь со мной завтра. Проведешь день, катаясь, пока не приедет мой тренер. Что скажешь?

— Конечно. — Это был самый простой вопрос, который он задавал до сих пор.

Обсудить наши отношения будет проще, когда мы будем на горе. Там будут только мы и снег.

Он наклонился ближе, пока наши носы почти не соприкоснулись. Затем он прижался своим лбом к моему, все его тело расслабилось, и он закрыл глаза.

Я затаила дыхание, мое сердце бешено колотилось. Мне следовало отстраниться, увеличить расстояние между нами. Но я не могла пошевелиться.

Крю открыл рот, потом закрыл его. Снова открыл, потом снова закрыл, как будто не мог подобрать слов. Или, может быть, он знал, что хотел сказать, но не был уверен, как.

— Рейвен, я…

Раздался стук в дверь.

Я подскочила от неожиданности и потеряла самообладание.

Крю что-то проворчал и встал с дивана.

— Это ужин.

Я выдохнула, стоя, и у меня закружилась голова. Что происходило? Что мы делаем? Что я делаю?

Все повторялось по старой схеме. Снова. Черт возьми.

Он притягивал меня как магнит. Когда он был в зале, я не могла сопротивляться притяжению. И каким-то образом он стал моим доверенным лицом. Я никому не говорила, что зарегистрировалась на «Бёртон». Никому, даже своим друзьям.

Когда он направился к двери, я нырнула в ванную, чтобы вымыть руки, мне нужно было хоть на мгновение отвлечься.

Когда я вышла, Крю уже поставил на стол две тарелки, накрытые серебряными крышками.

— Надеюсь, паста вкусная. Это было фирменное блюдо, и когда я позвонил в ресторан, парень сказал, что оно действительно вкусное.

— Паста великолепна, — сказала я, как раз когда раздался еще один стук в дверь.

— Он, наверное, что-то забыл.

Я попятилась, все еще не желая, чтобы меня видели. Сплетни в маленьком городке — это плохо. Но сплетни в горах — это как сплетни на стероидах. Если кто-нибудь увидит меня в этом номере, к рассвету об этом узнает весь курорт.

Крю открыл дверь, и его спина мгновенно напряглась.

— О, привет. Ривер.

Дерьмо. Дерьмо. Дерьмо.

Я на цыпочках отступала назад, шаг за шагом исчезая в спальне. Затем я развернулась и, стараясь не шуметь, проскользнула в ванную, прикрыв дверь лишь на щелочку. Я выключила свет и замерла в темноте, прислушиваясь к разговору Крю и моего брата.

— Привет, — сказал Ривер. — Я только что встретил твою сексапильную ассистентку, и она сказала, что ты сегодня не будешь ужинать. Решила составить тебе компанию.

Что? Нет.

— Уходи, — одними губами произнесла я.

— О, я как раз собирался перекусить.

Из соседней комнаты донеслись звуки шагов, затем послышался лязг металлической крышки, которую снимали с тарелки.

— Нормально ты так заказал? — поддразнил Ривер.

— Я голоден, — сказал Крю.

— Я тоже.

Заскрипел стул, затем кто-то расстегнул молнию на куртке.

О, черт. Моя куртка. Что, если Ривер заметит ее?

— Дай-ка я, э-э, разберусь с этим дерьмом. — Зашуршала одежда, затем раздался шлепок о диван, вероятно, мою куртку бросили вместе с его.

— Отличный сегодня был день, не так ли? — спросил Ривер с набитым ртом.

Моей едой.

— Ага, — пробормотал Крю.

— Что ты планируешь показывать на «Экстремальных играх»?

Я вздохнула, отходя от двери. Затем наклонилась и тихо сняла ботинки, оставив их на туалетном столике, прежде чем подойти к стене рядом с душем и ванной. Я сняла с крючка один из купальных халатов из толстой ткани и, сев на пол, скомкала его в виде квадрата, чтобы использовать в качестве подушки.

Блять.

Насколько это было нелепо? Мой брат был там и ел заказанный для меня ужин. Ривер рассказывал Крю о своих планах на Аспен, задавая вопросы, которые я хотела задать. Они говорили о Дне благодарения и Рождестве. Они говорили о планах на оставшуюся часть зимы и о том, куда Крю поедет в течение сезона.

Тем временем я пряталась, чувствуя, как урчит в животе.

Мне двадцать восемь лет, а я прячусь, как подросток. Почему? Почему я была такой дурой? Но я не хотела, чтобы Ривер вмешивался. А он вмешается, возможно, разозлится на Крю.

В чем будет смысл этой драмы, когда мы с Крю даже не встречаемся? Все прекратиться в тот день, когда он снова исчезнет из Пенни-Ридж.

Поэтому я молчала, я пряталась, ожидая, пока они проговорят час, потому что мой брат пришел в гостиничный номер своего друга, чтобы составить ему компанию.

— Думаю, я скоро отправлюсь спать. — Крю зевнул. — Я устал. А мой тренер завтра приедет из Парк и надерет мне задницу.

Конец. Мою задницу мне давно надрали.

Ривер усмехнулся.

— Спасибо за ужин.

— Да. Увидимся позже.

Я постояла, пока закрывалась дверь, затем повесил халат на крючок. Когда я наклонилась, чтобы надеть ботинки, ноги у меня подкашивались.

Крю открыл дверь ванной, когда я надевала первый.

— Черт, прости. Я пытался избавиться от него, но он просто продолжал болтать.

Их разговор был односторонним, Ривер нес основную нагрузку, и ему совершенно не хватало односложных ответов Крю, как намека на то, что он исчерпал свой радушный прием.

— Это не твоя вина. — Я натянула второй ботинок. — Я просила тебя держать это в секрете.

— Мы не обязаны. Мы могли бы просто рассказать Риверу — всем.

— Что рассказать? — Этот же вопрос вертелся у меня в голове, пока я пряталась в темноте. Что именно мы всем расскажем? — Это всего лишь секс, Крю. Если мы расскажем людям, то все запутается. Лучше сохранить это в тайне.

Крю опустил взгляд в пол, его челюсть подрагивала.

Скажи мне, что я неправа. Скажи мне, что ты останешься.

Он молчал.

— Я иду домой. — Я подошла к нему, привстав на цыпочки, чтобы поцеловать в щеку. — Пока, Крю.

Он позволил мне выйти из номера, не сказав больше ни слова.

Очевидно, я покидала этот номер и раньше. В основном, пока он спал в кровати. Но этот выход был другим. Дело было не в логистике — я шла домой, чтобы поспать несколько часов, прежде чем проснуться, принять душ и собраться на работу.

На этот раз это было словно… окончание.

Странно было быть человеком, который уходит, а не тем, кого оставляют.

Это было ужасно.

Крю

— Как ты себя чувствуешь? — ДжейЭр отстегнул шлем.

— Хорошо. — Измучено. В основном потому, что почти не спал после того, как Рейвен ушла из моего номера прошлой ночью. Но еще и потому, что тренер сегодня тренировал меня на износ, как в тренажерном зале отеля, так и на пайпе. И я позволил ему, чтобы отвлечься от повторения нашего разговора.