Сегодня вечером я собиралась понаблюдать. Я хотела изучить его лицо, когда он распадется на части.

— Ты этого хочешь? — Он ухмыльнулся.

— Да. — Я прижалась к нему, моя киска уже была влажной и готовой.

— Хорошо. — Глубокий голос Крю заполнил комнату. — Тогда возьми.

Я сжала его член в кулаке, он был как сталь, затем провела им по своим складкам, располагая его у своего входа. Дюйм за дюймом я опускалась на него, мое тело растягивалось, чтобы соответствовать его размерам, а по венам струился поток удовольствия. Это был огонь. Это было волшебство. Это было так чертовски правильно.

— Рейвен. — Крю закрыл глаза, сжав челюсти. Его горло снова дернулось, и я наклонилась, проводя языком по его коже. Пробуя. Вдыхая этот пьянящий аромат секса и Крю.

Я покачала бедрами, подавшись вперед, чтобы немного потереться клитором.

— Да.

— Оседлай меня, детка. — Он придвинулся ближе, прикусывая мое ухо. — Трахни меня. Используй мой член и заставь себя кончить.

Моя киска сжалась.

Затем я сделала в точности, как он велел. Я скакала на нем, вверх-вниз, снова и снова, сближая нас, пока мы оба не начали задыхаться и не покрылись испариной. Мой оргазм был близок. Так близок.

Я закрыла глаза, желая отсрочить его еще на какое-то время. Чтобы еще раз насладиться этим чувством — этим сводящим с ума ощущением, от которого сводит ноги, и абсолютной силой этой связи.

У Крю были другие идеи. Он обхватил мою грудь ладонью, зажав сосок между пальцами.

Я зашипела, двигаясь быстрее.

Он приподнялся, завладевая моим ртом. Затем он приподнял бедра, вводя член глубже, и я взорвалась.

Моя спина выгнулась дугой, мои крики наполнили комнату, я начала извиваться. Его рука обвилась вокруг моей талии, прижимая меня к себе, когда я взорвалась, потерявшись для всего мира, и могла слышать только его стон и дрожь в его мышцах, когда он сам кончил.

Крю привалился к спинке кровати, его грудь тяжело вздымалась, когда он дышал.

Я прижалась к нему, уткнувшись лицом в его шею.

— Вау.

— Черт, Рейвен, — выдохнул он, положив руку мне на затылок. Затем его губы оказались у моего виска, запечатлев поцелуй на моих волосах.

Почему становилось только лучше? К этому времени мы уже должны были начать скучать друг с другом, верно? Но даже в миссионерской позе секс потрясал мой мир. Часть меня была благодарна. Другая часть страшилась того, что должно было произойти.

Было бы легче уходить каждую ночь, если бы секс шел на убыль. Если бы зависимость начинала ослабевать, а не усиливаться.

Я еще раз вдохнула этот пряный, свежий аромат, слушая, как бьется его сердце, затем села и слезла с кровати. Когда я натягивала трусики, у меня подкашивались ноги. Мой базовый слой был тесным, а кожа слишком влажной, но мне удалось натянуть его достаточно, чтобы надеть зимние штаны.

Засунув лифчик в карман, я натянула толстовку.

Взгляд Крю был выжидающим.

— Знаешь, ты могла бы остаться.

— Нет, я не могу. Мне нужно пойти покормить кота. — Ложь. У моего кота была автоматическая кормушка, и ему было все равно, была я дома или нет. Но я еще не позволяла себе засыпать в этой комнате. И я не собиралась начинать сегодня.

Большинство своих правил я нарушила, но этого придерживалась твердо.

Он вздохнул, не собираясь вставать с кровати.

— С тобой все будет в порядке? — спросила я.

— Да. Я сейчас отрублюсь. К утру буду как новенький.

— Тебе помочь снова надеть повязку?

Он покачал головой.

— Я справлюсь.

Это означало, что он вообще не собирался надевать ее. Но я не была его медсестрой, поэтому воздержалась от комментария, который прозвучал бы слишком похоже на слова моей матери.

— Ладно.

Я наклонилась, чтобы быстро поцеловать его, и направилась к двери.

Я не позволила себе оглянуться на кровать и соблазнительного мужчину, лежащего на простынях.

Еще неделя. Мы будем веселиться еще неделю.

А потом я попрощаюсь с Крю Мэдиганом.

Крю

Ночи, проведенные с Рейвен, были моими любимыми. Но ленивое утро с ней в моей постели — это то, что я никогда не забуду.

Если я не мог находиться на улице с доской на ногах, я бы предпочел оказаться в постели с красивой женщиной. Особенно с этой женщиной.

Рейвен лежала на животе, обхватив руками подушку, а я лежал рядом с ней, опираясь на здоровую руку, чтобы чертить линии вдоль ее обнаженной спины.

Прошло пять дней после инцидента с подъемником. Впервые с тех пор, как у нас завязался роман, Рейвен пришла в мою комнату при свете дня.

Она зашла сегодня утром перед завтраком, неся кофе и сэндвичи из кофейни «Блэк Даймонд» в центре города.

Еда и кофе ждали меня в соседней комнате, без сомнения, уже остывшие. Я открыл дверь, только что из душа, в одном полотенце. Взгляд Рейвен скользнул по моей обнаженной груди, и вместо того, чтобы есть, мы провели последний час, доставляя друг другу оргазмы.

— Ты могла бы просто остаться вчера вечером, — сказал я. — Это избавило бы тебя от поездки в город.

— Мой кот выцарапал бы тебе глаза за такие разговоры.

Я усмехнулся, проводя кончиками пальцев по ее гладкой коже.

— Чем ты обычно занимаешься в выходные?

— Катаюсь. Иногда работаю здесь. Но обычно я направляюсь в «Вудворд» в Коппере (прим. ред.: Вудворд — индорный тренировочный комплекс, расположенный в «Коппер Маунтин», штат Колорадо, США).

— Покурить трубку и припарковаться?

— Да. И смена обстановки. Другие трассы.

— А летом?

— Я работаю.

— Где?

— Здесь. Где же еще? Только потому, что здесь нет лыжной школы, это не значит, что нет работы, которую нужно выполнять. Я обслуживаю подъемники для трасс горных велосипедов. Я помогаю в лодже или отеле подготовиться к предстоящему сезону. Зимой большинство сотрудников увольняются, поэтому остальные присоединяются и делают все необходимое.

Я должен был догадаться, что она ответит именно так. Именно мои родители организовывали летние мероприятия. В детстве их было немного, но даже тогда по выходным у нас работал подъемник, чтобы люди могли подняться на вершину и спуститься вниз на своих горных велосипедах. К нам приезжали местные туристы, которые хотели исследовать окрестности. К тому же отель был открыт круглый год.

— Ава предлагала это место для проведения свадеб поздней весной и летом, — сказала Рейвен. — Последнее, что она мне сказала, что у нас все забронировано на предстоящее лето.

— Не скажу, что удивлен.

Чем больше времени я проводил рядом с Авой, тем больше понимал, о каких амбициях предупреждал меня Уэстон. Но это было нечто большее, чем просто решимость. Ава говорила «у нас», когда говорила о курорте.

Теперь это был ее дом. Ее «Маунтин».

Рейвен тоже так говорила. Каждая из них вложила в это место свою душу. Это была не просто работа, это была семья.

Именно это маме всегда нравилось в «Мэдиган Маунтин». Она вышла замуж за отца, но это место покорило ее сердце.

Ей бы понравилось, во что оно превратилось. Ей бы понравился потенциал, который витал в воздухе. Ей бы понравилось видеть, как ее сыновья работают бок о бок со своими женами, приумножая семейное наследие.

У меня сжалось сердце.

Я скучал по маме. Я скучал по ней много лет, но, оказавшись здесь, я стал скучать по ней еще больше.

— Ты в порядке? — Рейвен приподнялась с подушки. — Плечо?

— Да, — солгал я, проглатывая боль в груди. — Все будет хорошо. — Моему плечу становилось лучше. Первоначальная боль прошла, и скованность начала исчезать.

— Я забыла спросить вчера вечером. Что сказал врач на вчерашнем приеме?

Она забыла спросить, потому что мы были слишком заняты, лежа в этой самой кровати.

— Чтобы продолжал делать то, что делаю. Отдых. Лед. Ибупрофен. Но я думаю, что рана заживает быстрее, чем в прошлый раз.

На самом деле нет. Это было очень похоже на предыдущую травму, но я собирался притвориться, что мне лучше, потому что мне нужно было, чтобы мое плечо зажило. Так что да, я притворялся.