Сука! Следопыты. Очень похоже на них.

— Ляль, послушай, — я постарался говорить спокойно. — У меня сейчас… сложный период. Дел навалилось. Дай мне неделю. Разгребу свои проблемы и снова выйду на работу. Обещаю.

— Что-то серьёзное? — она нахмурилась, в её глазах мелькнула тревога. — Макс, во что ты вляпался? Этот шикарный костюм, скорое выздоровление… Рассказывай.

— Не сейчас, — я покачал головой. — Просто доверься мне. Неделя.

Она почти минуту молча смотрела мне в глаза.

— Ладно, — девчонка снова взяла в руки машинку. — Решай свои дела. Но если через неделю не появишься, можешь не возвращаться вовсе.

Я кивнул, попрощался и быстро вышел из салона. Прикрыл дверь. Оглянулся. А потом шустро нырнул в соседнее помещение.

— Здорово, Медведь, — сходу промаршировал к барной стойке.

Гриша уже привычно натирал бокалы. Он поднял взгляд, его брови поползли вверх.

— Макс? Привет. Ты что, банк ограбил? Или наследство получил? Выглядишь шикарно.

— Неважно. — Я небрежно отмахнулся, — Слушай, мне нужна твоя помощь. Пригляди за Лялей. Сегодня утром у её салона крутились двое. Серые, неприметные. Видел таких?

Медведь нахмурился, отложил тряпку.

— Видел. Часа три стояли в проулке. Как приклеенные. Я-то ночую теперь здесь. Заметил их еще на рассвете. Ты прав, странные ребята. Не «просвященные», но такой душок шел… Неприятный. Не в смысле вонь, а чисто ощущения. Хотел подойти, так они растворились прямо в никуда. Сбежали, наверное. Быстрые, суки.

Я сжал зубы. Мои догадки подтверждались. Следопыты. Они пасут Лялю. А значит, Хозяин Теней знает о девчонке.

— Слушай… — оглянулся на столики, проверяя, нет ли свидетелей у нашего разговора. Там сидели несколько парней с пузатыми кружками пива. Они трепались о своем, — Надо сделать так, чтобы Ляля несколько дней не выходила на работу. В салоне ей сейчас находиться опасно.

Медведь удивленно хмыкнул.

— И как ты себе это представляешь? Мне что, сжечь «Чернильного кота»?

— Зачем так радикально? — я криво ухмыльнулся. — У вас же тут канализация общая. Устрой ей потоп. Чтобы работать было невозможно. Вызови аварийку, пусть копаются подольше. Главное, убрать Лялю отсюда.

Медведь долго смотрел на меня. Потом осторожно поинтересовался.

— Ты втянул Ляльку в какое-то дерьмо, парень?

Как же чертовски он был прав. Я втянул девчонку в дерьмо. Точнее не скажешь. Возразить нечего.

— Мне нужно пару дней, чтоб решить этот вопрос, — не смог ответить Медведю правду. Решил обойтись туманной фразой.

— Ладно.– Гриша кивнул, — Потоп — дело нехитрое, кран сорвем, колено забьем. Сделаю. Ты только разберись со всем этим. Ок? Ляля, она хорошая. Если пострадает по твоей вине, братан… Извини, но я собственноручно начищу тебе хлебало.

— Спасибо. Буду должен.

Мы пожали друг другу руки и я вышел из бара. На душе было погано. Очень погано.

— Если она пострадает по моей вине, я сам себе начищу хлебало…

Сказал это вслух, чтоб придать форму мысли. Для самого себя.

Я заскочил все-таки в «Домовой». Оставил вещи. Подниматься наверх, к Стасу, не стал. Распсихуется опять. Начнёт ныть и требовать свой глаз обратно. А я планирую сегодня много подсматривать и подслушивать. Жаль, узнаю это информацию только вернувшись домой. «Приемник» сидит на втором этаже магазина. Ну ничего. Подожду. Главное — результат.

Сунул пакет Ивану. Велел парню по первому воплю Косого сразу звонить на его же номер.

— Отлично выглядишь, Макс, только… — он смущенно моргнул, но потом все же высказался, — Куртка смотрится как-то нелепо.

— Так надо, Ваня. Иначе буду слишком неотразим.

Я подмигнул парню и вышел на улицу. Таксист ждал меня на парковке. Велел ему не уезжать.

Уселся в тачку. Машина тронулась.

Чертовы чары по-прежнему гудели где-то в районе желудка. Хотелось сунуть два пальца в рот и освободить свой организм от этого дерьма. Времена, когда я не чувствовал магию, нравились мне гораздо больше.

Тачка двигалась в сторону закрытого поселка, где живет Лика. Я уже привычно уперся лбом в холодное стекло. Наблюдал за суетливыми людьми и светящимися фонарями города.

Отчего-то, автомобили вызывают у меня состояние сонливости. Магические повозки едут гораздо жёстче. А те, что запряжены обычными лошадьми, — вообще труба. Поначалу никак не мог привыкнуть к тому, что тебя мотыляет и кидает по тёмной коробченке из стороны в сторону. Теперь не могу привыкнуть к комфортной езде в машинах.

Постепенно мерное укачивание погрузило меня в подобие неглубокого, поверхностного сна.

Я видел Арену. Снова.

Последний на сегодня противник — трехпалый Ползун — издыхал долго и шумно. Я стоял над ним, смотрел, как из дыры в его башке толчками выходит зеленая слизь.

Подбородок что-то защекотало. Утёрся ладонью. Глянул. Кровь. Не моя. Эта отдает тухлятиной. Все Твари Пустоши воняют как дерьмовое, гнилое мясо.

В плече стрельнуло болью. Ползун успел оцарапать его длинным, острым когтем, прежде чем я вогнал ему подобие носа прямо в череп. Рану щипало и жгло. Значит, когти Твари смазаны ядом. Надеюсь, регенерация справится, я не сдохну.

Будет очень обидно двинуть кони именно сейчас. Прошло три года со смерти Иллианы. Все это время я готовился к побегу. Долго? Ясен хрен! Но мне предстояло свалить из мира магических ублюдков домой. Я должен был просчитать все до мельчайших деталей.

Сплюнул вязкую слюну на каменный пол Арены и направился к выходу. К горлу подкатывала лёгкая тошнота. Аномалия переваривала остатки магического выброса, который Ползун выпустил перед смертью. Это было похоже на изжогу.

Вошел в туннель, ведущий к моей гладиаторской каморке. Но остановился. Дорогу перекрыл старший тренер Лакс. Он занял место Горста три года назад.

С Лаксом у нас не было проблем. Он игнорировал меня. Я — его. Какие уж тут проблемы? Абсолютная идиллия.

По тренировочному полю меня больше никто не гонял. Я занимался сам. Перед боями. Но под контролем стражи. Хозяин Теней решил, Выродок достаточно подрос, чтоб таскать камни, прыгать через ядовитые лианы и бегать по кругу без наставников.

— Хозяин ждет, — коротко бросил Лакс, — Живо.

Я вытер лицо краем рубахи. Лорд Шэдоу злится, когда пачкаю его белые диваны или оставляю следы на полу. И моя грязная рожа его тоже бесит.

Лакс пошел вперед, я двинулся за ним.

Хозяину Теней не нравится ждать, а мне не нравится, когда он раздражается. Тогда пропадают «заказы». Не то, чтоб я до уссачки любил носиться по ночному городу и мочить магов, но конкретно сейчас каждый выход из замка — возможность подготовиться к побегу.

Я несколько раз даже ухитрился пробраться в старые архивы ублюдков. Искал информацию о Ключе. Прежде, чем свалить отсюда, нужно убедиться, не разорвет ли меня к хренам собачьим, когда я этот артефакт притащу в свой мир. И не разорвет ли мир от присутствия магической дряни, которая считается самой мощной среди артефактов.

Благодаря архиву выяснил, как правильно активировать ключ. Все эти магические приблуды подчинялись кодовому слову на древнем языке магов.

Еще мне нужно было узнать, где находятся Врата. Оказалось, это — сверхсекретная информация. Реально. Нигде, никто не говорил о них. Ни в одной летописи или книге не значилось их место расположения.

За три года я так и не смог раскопать, куда именно надо бежать. Ключ от Всех Дверей мог создать Путь в любую точку. Но в пределах мира. Чтоб попасть домой, я должен открыть Врата. По-другому не получится.

Лакс поднялся по винтовой лестнице, спрятанной в толще стены Арены. Я молча топал следом. Стены светились сами по себе тусклым, мертвенным светом магических жил. Мы миновали несколько уровней и оказались перед массивной дверью из черного дерева.

Старший тренер толкнул створку, сделал шаг назад. Видимо, мне предлагали войти.

Хозяин Теней, как всегда, сидел на диване, с бокалом «Слезы Пустоши» в руке. Когда он уже ею подавится?