Я слушал молча. Тяжесть в моей груди пульсировала в такт его словам.

— Лорд Риус забрал артефакт из сокровищницы Большого Совета. Выкрал по сути. Но хранить его здесь, в замке не мог. Достаточно быстро остальные лорды вычислили бы местоположение Ключа. Думаю, Риус уже давно решил использовать тебя как сейф… Идеальное хранилище. Мало того, твое тело не просканирует ни один лорд, потому что ты впитаешь чары, так еще и упрям без меры. Не позволишь никому ковыряться в твоей башке, в твоей плоти. Хотя… Никто никогда не подумает, что Выродок может носить в себе пропавший Ключ от Всех Дверей. Ты живешь с ним уже почти год. И до сих пор это — великая тайна. О которой знаем только Лорд Риус и я. Думаю, он хотел выждать некоторое время, а потом забрать артефакт.

— То есть в моей груди находится какой-то гребаный магический предмет? — спросил я, когда Диксон замолчал.

Странно. Наверное мне нужно было паниковать. Впасть в истерику. Ужаснуться. Но не было ничего такого. Я получил ответ и он меня вообще не испугал.

— Не совсем так. Когда я вложил Ключ в твою грудную клетку, он… — Диксон покачал головой и усмехнулся, — Он словно растворился в плоти. Стал частью тебя. Или ты теперь являешься его частью. Живым компонентом. Твоя воля, твой инстинкт, твоё отчаяние… они командуют им. Вот такой «сюрприз» для Лорда Риуса. Он не ожидал подобного эффекта. Видел бы ты его лицо… Риус чуть не взорвался от ярости. Пытался собственными руками ковыряться в твоей грудине. Комната, которую ты создал… это карманное измерение Ключа. Временное укрытие. Самое простое из того, на что он способен.

— Почему? — мой голос звучал тихо, но спокойно, — Почему ты мне раньше не сказал?

Диксон развел руки в стороны.

— Сказать рабу, что он является сосудом для величайшей силы в мире? Чтобы он возомнил себя богом? Или сломался? Или попытался использовать артефакт против Изначального града? Это был бы смертный приговор. Для тебя. Ты хочешь избавиться от Ключа?

Я подумал несколько секунд, а потом отрицательно покачал головой. Мой ответ удивил Диксона.

— Серьезно? Ты не боишься, что артефакт навредит тебе?

— Слушай…Меня уже три года травят чем попало. Вливают всякую магическую бурду. Не думаю, что один маленький ключик способен что-то ухудшить?

Взгляд Диксона стал более внимательным. В нём появилось подозрение.

— Выродок…не вздумай пытаться бежать. Сейчас, когда в тебе спрятан могущественный артефакт, Лорд Риус не даст тебе ступить шага за пределы Изначального града. Просто имей в виду, на тебе стоят магические поводки. Как только ты окажешься вне пределов города, Лорд Риус моментально узнает об этом. К тому же, ты не знаешь, как управлять Ключом. Понятия не имею, что произошло… И знать не хочу. Но артефакт срабатывает только на определённую команду. Почему ты создал свое пространство — не понимаю. Это странно. Однако, уверяю тебя, произошло случайное совпадение обстоятельств, не более. Ключ мог среагировать на выплеск каких-то очень сильных эмоций. Это исключение из правил. Не забывай, ты — вещь Лорда Риуса.

Я молча посмотрел на Диксона. На единственного мага, который относительно неплохо себя вел, был на моей стороне. Он помог мне, изменив рисунок некоторых татуировок. Он не рассказал старому ублюдку о том, что мое тело аккумулирует магию. И пожалуй, он не желает мне зла. Если говорит прижать жопу, значит — прижму. Пока что. А дальше посмотрим.

— Я не вещь.

Диксон нахмурился. В его взгляде мелькнуло что-то похожее на сочувствие.

— Для них, Макс, ты всегда будешь только вещью. Просто теперь… ты стал самой ценной вещью во всех мирах.

Лика… Вот так сюрприз. Её я точно не ожидал увидеть.

Наверное, меня должно было взволновать появление этой дряни. Всё-таки первая любовь, первая эротическая фантазия. Как там в книжках пишут? Молния пронзила, небеса разверзлись, ударил гром.

Ни хрена подобного. Единственное, что я почувствовал, — жгучее желание выйти и свернуть сучке шею. Хотя, врать не буду, выглядела она шикарно. Где-то глубоко внутри завозился мужской интерес. Ну как внутри… Ниже пояса.

Я быстренько прихлопнул его, как назойливую муху. Это не женщина, это грёбаная самка богомола. Не успеешь пристроить свой член, она уже откусит тебе голову. На фиг, на фиг…

Наглый, хозяйский стук в витрину «Домового» повторился. Похоже, дамочка привыкла к тому, что мир вращается вокруг неё, исполняет желания по первому щелчку пальцев.

Конечно, я не собирался открывать. Не дебил. Светить физиономией перед той, кто восемь лет назад с ледяным спокойствием прижимала лезвие ритуального ножа к моему горлу, — поганая стратегия для начала большой игры. А вот изучить противника с близкого расстояния — идея вполне рабочая.

Прижал ладонь к груди, где под кожей, мышцами и рёбрами пульсировала сердцевина Ключа. Она чувствовала моё состояние и отвечала на него тягучим теплом, от которого кровь по венам бежала быстрее.

— Ну давай, поработай. Вар’а’ах…

В груди щёлкнуло. Не знаю, зачем артефакт по-прежнему ждёт команды. Мы с ним так сроднились, что он без слов понимает, какие действия требуются. Грёбаная магическая бюрократия.

Закрыл глаза. Представил узкий, заваленный битым кирпичом проулок между двумя обшарпанными офисными зданиями напротив «Домового». Там — неплохая точка обзора. Пространство на миг подёрнулось маслянистой плёнкой. Воздух беззвучно, почти интимно лопнул. Я шагнул в чёрный разлом. Короткий приступ головокружения — и вот уже стою снаружи, там, где и планировал. Когда Ключ создаёт новый Путь, в башке почему-то всегда начинаются «вертолёты».

В лицо ударил колючий декабрьский воздух. Здесь, в подворотне, он вонял старой мочой и перепревшим мусором. Я вжался в холодную кирпичную кладку, сливаясь с темнотой. «Пятак» перед входом в магазин теперь был как на ладони.

Лика замерла возле двери. Единственный работающий фонарь, казалось, специально светил только на неё — чтобы я наверняка рассмотрел, насколько хороша эта тварь.

Она выглядела вызывающе дорого и совершенно не подходила этому району. Впрочем, как и он ей. Будто шикарную брендовую вещь вывесили на свалке на радость бомжам. Даже на расстоянии я смог оценить запредельную стоимость её кашемирового пальто.

Лика стала ещё красивее. Факт. Думаю, в свой «товарный вид» она вложила сумму, раза в два превышающую стоимость магазина Стасика. Вместе с самим Стасиком. Тёмно-бордовая помада на её пухлых губах казалась почти чёрной в этом освещении, а глаза… они остались прежними. Холодными, оценивающими.

Она повернулась спиной к двери, снова ударила каблуком изящного кожаного сапога по пластиковому жалюзи. Звук вышел звонким и мерзким.

— Да что же такое… — донёсся до меня её высокомерный голос.

Водительская дверь приоткрылась, из салона выбрался мужчина. Высокий, широкоплечий, в строгом чёрном пальто. Похоже, не просто шофёр — охранник.

— Лика Игоревна, может, поедем? — спросил он. — Здесь не самое спокойное место.

Лика обернулась к нему, её лицо исказила гримаса раздражения.

— Заткнись, Артём. Без тебя решу, когда нам ехать. Этот кретин должен быть на месте. Он никуда не ходит, потому что на хрен никому не нужен.

Она вытащила из кармана телефон, нервно ткнула пальцем в экран и поднесла его к уху. Я напряг слух, пропуская крохотную искру энергии через ушные раковины.

— Это издевательство! — взорвалась Лика, как только на том конце ответили. — Стою у этой конуры. Косой не открывает! И телефон у него выключен. Ты уверен, что он вообще жив? Может, спился давно к хренам.

Она замолчала, слушая собеседника. Выражение её лица сменилось с раздражённого на «пошло всё на хрен!».

— Да что за бред⁈ — снова взорвалась дрянь через минуту. — Ты просто грёбаный параноик! Ну какой, к чёртовой матери, Круг? С ума сошёл⁈

Похоже, собеседник прикрикнул на неё. Лика резко заткнулась. Терпения ей хватило ровно на пять секунд.