Штурмовой скафандр Mk. VII «Иерихон». «Архангел».

Рей, уже облачённый в слегка потрёпанный комплект брони со следами заваренных царапин на грудной панели, прислонился к соседней стойке. Парень смотрел не на скафандр, а на Арию, изучая девичью реакцию.

— Ну, новенькая, — сказал юноша, и голос в шлемовом ретрансляторе звучал приглушённо, с уставшей усмешкой, — Знакомься. Твоя вторая кожа. Или первая могила. Смотря, как повезёт.

Скафандр был хищником в спячке. V-образный торс, сужающийся к талии, напоминал не броню, а обнажённую мускулатуру мощного насекомого. Каждый «мускул» был отдельной пластиной из композитного карбида титана с матовым, поглощающим свет покрытием. Керамические вставки на суставах и груди были тускло-белыми, как обглоданные кости.

— Видишь эти изгибы? — Рей указал рукой в тяжёлой перчатке, — Это не для красоты. А чтобы осколки и пули соскальзывали. А ещё чтобы ты могла находиться, в полном приседе, почти лёжа, и не потерять устойчивость. Обратный изгиб в коленях.

Ария чувствовала.

Облик брони, вышедший из кошмара.

Ноги, готовые к мощному прыжку. Длинные, с дополнительными портами для микро-сопел на икрах.

Спина — не плоская, а с выступающим "горбом", где утоплено, сидели панели реактивного ранца. Казалось, стоит проснуться — и силовой костюм сорвётся с опор, исчезнет, оставив после себя лишь звуковую волну.

— А вот это, — Рей коснулся двух компактных, похожих на спящих жуков, выступов на плечах скафандра, — "Милосердие" и "Правосудие". Турели. Левая засыплет всё на пути свинца и раскалённой сталью. Правая выжжет лучом дыру в лёгком бронетранспортёре. Или в здании. Одним выстрелом.

Голос молодого человека был ровным, инструкторским, но сквозь тон пробивалась осторожная трепетность, с какой говорят о ядовитой, но красивой змее.

— Но главное не это, — Рей постучал пальцем по собственному шлему. — А здесь. "Венец Неистовства". Нейроинтерфейс. Ты подключаешься, и костюм перестаёт быть грудой железа. А становится… продолжением тела. Ты думаешь "бежать" — гидравлика в ногах сжимается, и летишь вперёд, как снаряд. Дашь команду "цель" — и турели уже наводятся. Чувствуешь повреждения скафандра, как свои раны. Слышишь, как "Херувимы" — вот эти шарики на поясе — сканируют пространство, и их данные проецируются прямо в голову. Не смотришь на экран. А чувствуешь всё телом.

Парень замолчал, дав девушке впитать.

— Он пугает, да? — спросил Рей тише. — Это нормально. Так и должен быть. Тех, кто внутри и снаружи. Первых — чтобы не забывали, на что подписались. Вторых — чтобы даже мысль о сопротивлении в голову не приходила.

Ария молча кивнула. Она боялась не мощи, а слияния. Полного растворения в этой машине для убийства. Потерять себя в "Венце Неистовства". Стать придатком к оружию.

— Ладно, — Рей вздохнул, и в шлеме раздалось лёгкое шипение, — Пора примерять. Первый раз всегда долго.

Процесс облачения был сложным ритуалом. Рей помогал, выверенными, привычными движениями.

Сначала — обтягивающий, словно вторая кожа, терморегулирующий комбинезон, холодный и скользкий. Потом — внешний каркас. Спинная пластина с жужжащим, едва тёплым реактивным ранцем. Ноги. Торс. Каждая защёлка, магнитный замок издавал удовлетворённый щелчок. Вес нарастал постепенно, но неотвратимо. Не давил — обволакивал, сковывая тело в бронированный кулак.

— Всем новичкам непривычно, — улыбался парень, закрепляя последние клипсы на предплечьях девушки, — Первый раз чувствуешь себя инвалидом в гипсе.

Молодой человек замер на секунду, проверяя соединения. Потом, так тихо, что микрофон едва уловил, добавил — Надеюсь, ты наденешь только один раз. На тренировку. И всё.

Наконец, последний элемент — шлем. Он был обтекаемым, с узкой тёмной полосой визора, похожей на хищный разрез глаза. Изнутри пахло стерильным пластиком и озоном.

— Включай, — сказал Рей отходя. — Кнопка на шее сзади. Прижми.

Ария нашла её вслепую, сквозь перчатку. Рука потянулась, и… тело сделало это за неё. Плавно, точно, без колебаний. Палец сам нашёл углубление и нажал. Это было не её движения, а эхо, отголосок вшитой в мышцы памяти.

Щёлк.

Мир зажёгся.

Внутри шлема, прямо на сетчатке, вспыхнули голографические интерфейсы. Статус систем. Уровень заряда. Схема подключения. В уши влился ровный, успокаивающий гул готовности. Девушка почувствовала, как гидравлика в ногах и руках мягко вздохнула, приняв на себя вес. Скафандр перестал быть грузом. Обернулся оболочкой. Чувствительной, отзывчивой. Ария сделала шаг. Звук был не топотом, а глухим, уверенным ударом металла о металл. Совершенно чужим.

— Вот чёрт, — голос Рея в комлинке прозвучал с неподдельным удивлением. — Обычно новички первые пять минут шатаются как телята. А ты… стоишь твёрдо. Как ощущения…?

Ария не ответила. Девушка была в шоке. Тело внутри скафандра двигалось с непривычной, пугающей ловкостью. Не она управляла им — оно предугадывало её намерения и помогало. Когда Ферденандес подумала поднять руку, конечность уже была в движении, плавном и мощном.

Когда Ария повернула голову, система стабилизации скорректировала баланс корпуса, прежде чем девушка успела ощутить крен. Будто её вели за руку. Той самой, холодной, металлической рукой призрака из чипа.

Страх поднялся комом в горле, а в разуме вспыхнуло: — "Это не я".

Но затем, за долю секунды, произошло переключение. Уличный инстинкт, тот самый, что заставлял Арию сливаться с тенью и чувствовать опасность кожей, сработал и здесь. Если это даёт преимущество — надо брать.

Страх не исчез. Стал приглушённым. Девушка просто… приняла это. Как когда-то голод, холод и необходимость красть.

Ферденандес сделала ещё шаг. Увереннее. Скафандр ответил лёгким, едва слышным гудением одобрения.

— Идём, — сказал её голос в комлинке, прозвучав чуть глубже, с металлическим отзвуком.

Девушка направилась к стойке с оружием. Походка в броне была не шагом, а серией сбалансированных, готовых к взрыву микросмещений.

На стойке стояло три монстра.

"Громовержец" — штурмовая винтовка, гибрид из двух стволов. Верхний — толстый, с радиаторными рёбрами. Нижний — более классический, с широким дульным тормозом. Выглядел как инструмент инженера-садиста.

"Дробовик Голиафа" — массивный блок с амортизаторами, явно предназначенный для крепления к предплечью скафандра. Ствол был широким, как горловина гранатомёта.

"Коситель" — странное, почти органичное устройство с гибким кронштейном и излучателем, похожим на глаз насекомого. От него веяло тихим, леденящим душу гулом.

Ария, почти не задумываясь, протянула руку. Перчатки с мягким магнитным щелчком обхватили "Громовержец". Вес был значительным, но гидравлика конечности тут же скомпенсировала. Она провернула винтовку, изучила предмет. Палец сам лёг на селектор огня.

Ферденандес вскинула винтовку к плечу, приняла стойку. Скафандр сам скорректировал баланс, подавшись чуть вперёд. Это была не поза солдата из устава, а была позиция хищника, замершего перед прыжком. Смертоносного, идеально сбалансированного. Инородного.

Рей, наблюдавший за ней, нервно улыбнулся.

— Ну что же, — сказал молодой человек в эфир, — Симуляция через двадцать. Попробуем не убить всех виртуальных пиратов слишком быстро. А то инструкторы обидятся.

Ария не ответила. Смотрела в прицел "Громовержца", где светилось перекрестье, проецируемые прямо в мозг. Внутри неё, рядом со страхом и чужими рефлексами, зародилось что-то новое. Холодное. Опасное.

Девушка опустила винтовку. Повернула голову к Рею. Тёмная полоса визора скользнула по нему, как взгляд прицела.

— Ведёшь, — сказала она, и голос в скафандре больше не дрожал.

Уверенность, найденная в арсенале, длилась ровно до того момента, пока на внутренний дисплей поступил пакет данных с грифом "БРИФИНГ — ОТРЯД „ЧАЙКА“".