– Как..?

– Считай это подарком на помолвку.

– Я потрясена. Спасибо, Локвуд.

– Я решил, что тебе должно понравится. – Локвуд взял её за руку и поцеловал костяшки пальцев. – Он приедет сюда, как только закончится турнир в середине июля.

Мэдди чуть ли не трясло от волнения. Она сможет тренироваться с мистером Робом в течение всего августа. Правда, впереди её ждала подготовка к свадьбе. Но, возможно, мама возьмёт на себя большую часть дел.

– У меня ещё один сюрприз, – сказал герцог. – Я распорядился построить теннисный корт в моём загородном поместье.

Боже мой, Локвуд не терял времени.

– Какая потрясающая новость. Ещё раз спасибо. Я скажу маме, чтобы она не рассчитывала на меня в августе.

– Не нужно держать это в секрете, – сказал герцог. – Прошу, расскажи всем.

Ей послышалось, или он сделал ударение на слове "всем"? Было ли это связано с Харрисоном и сегодняшней игрой в крокет?

"Герцог всё время подначивал Харрисона..."

Неужели Локвуд распознал взаимное влечение между Мэдди и Харрисоном? Быть не может, ведь компрометирующие моменты случались только, когда они оставались наедине. И всё же Кэтрин и Нелли догадались. Вдруг Локвуд тоже что-то заподозрил.

Шею начало покалывать, краска смущения залила лицо. Возможно, сама того не желая, она бросала на Харрисона кокетливые взгляды в присутствии остальных? Неужели все чувства были написаны у неё на лице? Как унизительно.

Ей следует получше скрывать свои эмоции. Никто не должен узнать о её неподобающих мыслях. И само собой разумеется, им с Харрисоном больше нельзя оставаться наедине.

– Все готовы? – Мэдди стояла у входа в шатёр. На её губах блуждала лёгкая улыбка, а ветер играл с каштановыми прядями волос.

Харрисон исподтишка восхищался её тонкими чертами лица и загорелой от прогулок на свежем воздухе кожей. В Мэдди удачным образом сочеталось две противоположные натуры: настоящей леди и непокорной выскочки. Этакая светская красавица со склонностью к озорству.

Именно бунтарские черты её характера привлекли его много лет назад, как мотылька, летящего на свет. Влечение усиливалось до тех пор, пока не превратилось в настоящую пугающую жажду. Он всегда считал, что в конечном итоге они останутся вместе, ведь они идеально друг другу подходят. И по мере того, как Харрисон становился старше, его тянуло к ней всё сильнее, пока она не разбила ему сердце, и он понял, что его чувства безответны.

Но всё изменилось.

Он раздражённо забарабанил пальцами по столу. Мэдди избегала его с тех пор, как они расстались в беседке. Такая реакция означала, что он смог взволновать Мэдди, успокаивал себя Харрисон, но ему было тяжело видеть, как она улыбается кому угодно, но только не ему. Нелегко слышать её смех. Он ревниво жаждал её внимания, а она его обделяла, и это разрывало его изнутри.

Его взгляд переместился на Локвуда, который разговаривал с Китом в углу шатра. Харрисон считал герцога порядочным человеком, и если бы сам не был влюблён в Мэдди, то благословил бы их брак от всего сердца. Но своё сердце он отдал Мэдди много лет назад, когда они играли в волнах прибоя и бродили по угодьям шато. Любовались фейерверками и гонялись за бабочками, собирали моллюсков и лазали по деревьям.

Но чего хотела сама Мэдди, вот вопрос.

Помолвку нелегко расторгнуть, особенно такую громкую, её расторжение может вызвать настоящий скандал.

Однако такая возможность его не пугала. Ему даже нравились скандалы. Он постоянно попадал в них то в Нью-Йорке, то в Париже. Обществу давным-давно наскучило обсуждать Харрисона. Он усвоил одну вещь: деньги решают любые проблемы, особенно в Америке. Богатство имело значение даже тогда, когда приличия не имели, а богаче Вебстеров были разве что Джей Пи Морган и Вандербильт. Семья Мэдди могла пережить любые невзгоды... даже расторжение помолвки с герцогом.

– Готовы? – повторила Мэдди, привлекая его внимание. Все дамы одновременно встали.

Чёрт. Что происходит?

– Ты что, прослушал? – Кит уселся на свободный стул рядом с Харрисоном.

– Да. Что мы должны делать?

– Не мы, – усмехнулся Кит. – Ты.

– Вперёд! – сказала Мэдди, и все взгляды устремились на Харрисона.

Он подавил в себе прежнее желание поёрзать на месте.

– Что я должен делать? – тихо спросил Харрисон у Кита.

– Играем в "сардины". Прячься, а дамы будут тебя искать.

Харрисон помнил эту игру с детства. Первый и последующие игроки, которые находят «сардину», остаются прятаться в том же месте, дожидаясь, пока их не отыщет последний. У него возникла идея.

– Думаю, мисс Вебстер тоже должна играть, – предложил он.

Все присутствующие в шатре замерли, глядя на Мэдди. Она наморщила лоб.

– Зачем?

– Ты знаешь все укромные местечки на территории шато. Лучше ты прячься, а я буду искать вместе с гостями.

Она бросила взгляд на герцога, а затем снова посмотрела на Харрисона.

– Ты тоже знаешь все эти местечки.

– Ничего подобного. – Он махнул рукой. – Прошли годы с тех пор, как я в последний раз играл здесь в прятки. Я уже все их позабыл. – Кит прикрыл рот рукой, будто едва сдерживая смех, но Харрисон его проигнорировал.

– Согласна, – поддержала предложение миссис Вебстер. – Тебе всегда нравилась эта игра, Мэдди. Повеселись со всеми.

Локвуд задумчиво погладил подбородок, поджав губы, словно пытаясь раскусить замысел Харрисона. Но возражать не стал, вероятно, полагая, что Харрисон всё равно будет занят дамами.

Справедливое предположение... но неверное.

– Так и быть. – Она упёрла руки в бока, всё ещё колеблясь. – Я сыграю, но почему прятаться должна я? Это разрушит весь замысел.

Харрисон попытался скрыть отчаяние, напустив на себя скучающий вид.

– Если прятаться буду я, игра закончится через две минуты. Меня найдут вон за тем кустом. Ты единственная, кто может привнести в игру спортивный дух.

Харрисон знал, что Мэдди любила соревноваться. Именно поэтому она была такой страстной теннисисткой. Конечно, она могла отказаться от участия, но что-то подсказывало ему, что Мэдди этого не сделает.

– Полагаю, в этом есть смысл, – сказала она.

– Кроме того, компаньонкам вряд ли понравится, что я останусь наедине с кем-то из девушек, – продолжал гнуть свою линию Харрисон.

Мэдди бросила нервный взгляд в сторону компаньонок, которые сидели за одним столом.

– Действительно. Хорошее замечание, – она кивнула. – Значит, прятаться буду я. Согласно правилам я могу спрятаться либо в доме, либо где-нибудь на территории поместья. Тот, кто найдёт убежище последним, будет считаться проигравшим и пропустит завтрашнее плавание на яхте.

Игра была не командной, поэтому дамы стояли молча, скорее всего разрабатывая свою стратегию. Риск не попасть на борт яхты Вебстеров подстегнул бы любого на победу.

Любого, но не Харрисона. Он отыщет Мэдди первым совершенно по другой причине.

Указав на собравшихся в шатре, он сказал:

– Давайте отвернёмся, пока мисс Вебстер не спрячется.

– Ты определённо относишься к игре серьёзно. – Мэдди внимательно посмотрела на Харрисона, между её бровями залегла глубокая морщинка. – Отлично. Присядьте и закройте глаза. Мама, когда пройдёт некоторое время после моего ухода, подай участникам сигнал приступать к поискам.

Харрисон чуть ли не потирал руки от предвкушения. Он прекрасно помнил все закоулки шато и их совместные игры с Мэдди. Он точно знал, куда она пойдёт. Харрисон закрыл глаза.

– Куда ещё очевидней, друг мой. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, – тихо проговорил Кит.

– Конечно, знаю.

– С чего ты взял, что найдёшь её первым?

– Потому что знаю, где она собирается спрятаться.

– И где же?

– В помещении для переодевания у бассейна в доме.

Кит преувеличенно тяжело вздохнул.

– Полагаю, мне придётся развлекать её жениха, пока ты будешь соблазнять Мэдди в потёмках.