— К сожалению, насильно в этом случае мил не будешь. Но ты сам должен понимать, она реальный козырь влияния на президента. Как со стороны боевиков, так и с нашей стороны. Лучше пускай с нашей.

— И ты предлагаешь, чтобы я ей обрисовал лучшие перспективы в Советском Союзе?

— Саня, ты умеешь уговаривать людей. А уж женщин тем более, — улыбнулся Казанов.

Я покачал головой, понимая всю глупость ситуации.

— Ты меня сюда притащил, чтобы завершить дело. Вот и давай его завершим. А потом уже будете заниматься вывозом детей президентов.

Только я отошёл от Виталия, как он меня вновь позвал.

— Есть одна мысль, как нам ускорить процесс. Готов обсудить? — предложил Казанов.

Вот что, а Виталий Иванович поговорить всегда готов! Обсудить, рассказать, продумать — это всё он умеет.

Я посмотрел на стоянку вертолётов, где уже техники латали пробоины в фюзеляжах. А ещё шла кропотливая работа по реанимации Ми-8 с отказом двигателя.

Главную роль во всём этом «танго с инструментами» играл Кузьмич. Его указания двум молодым техникам по починке двигателя нужно было записывать в блокнот.

— Слепцов, ты мне глиссаду на винт не мотай. Я летел в вертолёте, и седина у меня теперь не только на яйцах! Чини двигатель.

— Дядя Кузьмич, ну я посмотрел. Да, тут потекло, здесь потекло. Можно подкрутить, но это долго. Я бы двигатель поменял лучше… — развёл руками техник.

— У нас тут что, ГУМ с двигателями ТВ3–117⁈ Чинить давай.

На помощь подошли ещё двое освободившихся техников со своим взглядом на проблему. Я же вновь повернулся к Казанову и подошёл ближе.

— Иваныч, если честно, у меня лейтенант лежит с дырками в теле на операционном столе. Техники все в масле и керосине. Лётчики авиагруппы ждут разбора. Да и вообще, командирских дел много. У тебя конкретный план или опять нам что-то нужно придумать? — спросил я.

— У меня абсолютно конкретный план решения вопроса с Блэк Рок.

— Ладно, я слушаю.

Виталий смахнул пот со лба и выдал «гениальную» идею.

— Нам нужно нанести удар по базам наёмников.

— Ага. И каким образом?

— Вертолётами, — улыбнулся Виталий.

— Ого! У тебя всё так просто?

— Тебе нужно разработать план нанесения удара, — выдал мне Казанов.

Будь у меня сейчас две руки свободны, я ему бы поаплодировал.

— А ты стратег, Иваныч! Может ты мне ещё и карту дашь, да я тебе прям здесь на коленке и нарисую. Назовём операцию «Трусы на голове». Или такое уже где-то было⁈ — с сарказмом ответил я.

— Ладно, не кипятись. Разведданные у нас есть, да наёмники и не особо скрывают своё местоположение. Все их лагеря находятся в районе крупных алмазных месторождений. Проблема вся в том, что не так много нормальных дорог в их направлении. Сезон дождей, сам понимаешь.

— Ну да. Ближе к делу.

Казанов достал-таки карту и показал мне, где лагеря Блэк Рок.

— Вот два города, рядом с которыми и находятся крупные месторождения. Естественная преграда — река Сева. Основные базы на окраине городов Кенема и Нджалма.

Виталий показал, что от Макени расходятся две дороги в стороны. Одна ведёт на крупный город Бо, через который и можно выйти к Кенема. Другая — в Нджалму.

— Это слишком большой фронт. Тем более что расстояние до Кенема солидное. Нам придётся либо организовать площадку с дозаправкой, либо брать ПТБ. Второй вариант ограничивает нас в вооружении. Хотя… нас и так в нём ограничивают, — махнул я рукой.

— Я тебя понял. А где предлагаешь организовать площадку?

— Навскидку и не сказать так. Чем ближе к Кенема, тем рельеф становится выше. Начинаются предгорья, что затруднит подбор площадки для размещения всех вертолётов.

Казанов продолжал меня сверлить взглядом. Понятно, что не собирается он ждать, пока мы слетаем на разведку местности.

Однако, была одна идея. Из прошлой жизни я помнил, что Бо — второй по величине город в Сьерра-Леоне. Ранее он был центром алмазной промышленности, но по мере «выкачивания» ресурсов фокус добычи сместился в Кенема.

А уж если есть промышленность, должен быть и транспорт.

— В Бо есть аэропорт, бетонная полоса, какие-то запасы топлива. Как обстановка в том районе? — указал я на крупный город на юге страны.

Казанов почесал затылок, но видно было, что ему не нравится идея.

— Боевики из ОРФ не покинули Бо, хотя сильно их пощипали в районе Конте. Видимо опыт боёв в Макени им показал, что нужно уходить в джунгли. Так что сейчас они все смещаются за реку Сева. Но Бо они оставлять не намерены.

— Это ты так думаешь или есть достоверные сведения? — спросил я.

— Я так достоверно думаю, — ответил Казанов.

Аэропорт Бо выглядит в данном случае весьма заманчиво. До Кенема отсюда 60 километров. Плюс очень удобно обслуживать технику. Однако, и в районе Кенема есть аэродром.

— А что насчёт вертолётов Блэк Рок? Где они находятся?

— В соседней Либерии.

— Тоже неблизко. Нам нужно что-то решить с Бо. Но… не брать же ещё один город штурмом, верно?

Виталий расстегнул куртку камуфляжа и стал «проветривать» футболку.

— Есть мысли на этот счёт. Мне нужно пару-тройку дней. Пока что восстанавливайтесь. И не забудь про Арию. Самолёт прилетит завтра, а пока она побудет у вас. Здесь безопаснее, чем в столице.

Я кивнул и пожал руку Виталию.

— Саша, удар по Кенема и Нджалме заставит Кроу приехать. Его заказчики будут разрывать на части, чтобы он решил вопрос кардинально.

— Угу. А у нас будет чем крыть это его «кардинально»? 200 советских солдат с авиагруппой и несколько тысяч правительственной армии могут не сдержать вторжение из условной Либерии.

— Тут мы уже подстраховались, — подмигнул мне Виталий.

Казанов широко улыбнулся и ушёл к бойцам Грифа. Несколько десятков человек, разложившись на мешках и ящиках, ждали его у колонны грузовиков и внедорожников. Я махнул парням. Попрощавшись с ними, пошёл к модулям.

Первым делом зашёл к врачам, которые были весьма и весьма заняты.

Переступив порог, я оставил шлем уже в коридоре модуля на посту медсестры. Воздух в медицинском модуле был тяжёлым. Пахло медикаментами, а также брезентом и керосином. Откуда он здесь, мне было непонятно.

Несколько кондиционеров нагоняли прохладу. От ламп на потолке много света и не было. Зато через окна пробивались палящие лучи солнца.

Из‑за дверей операционной слышались голоса врачей, короткие приказы, лязг инструментов.

— Вы кто⁈ Ой, простите, — услышал я громкий голос за спиной.

Это вышла одна из медсестёр, чтобы посмотреть, кто ходит в коридоре. Пухленькая девушка с выразительными глазами была в поту и с большой коробкой.

— Как обстановка? — тихо спросил я, подойдя к ней, и помог с коробкой.

— Товарищ командир, мы справляемся. Больные дети в палате. Кому-то делают перевязку. Наших раненных тоже обслуж… обработали, — доложила девушка.

— Куда отнести? — кивнул я на коробку.

— Эм… да я сама…

— Я всё же настаиваю.

Медсестра выдохнула и показала, куда нам идти. Мы прошли дальше по узкому коридору, где стояли носилки, перевязочные столики и какие‑то ящики с маркировкой Красного креста.

Мимо нас пробежала другая медсестра в сторону операционной. Проходя мимо палаты, я видел, как раненные тихо лежат на кроватях.

А вот дети уже активизировались, и некоторые стали чуточку веселее. Ещё бы! Им кто-то поставил телевизор с видеомагнитофоном, и они смотрели мультфильм на видеокассете. Думаю, что они сейчас испытывают невероятный восторг от подобного зрелища.

— У нас на базе ведь два таких магнитофона. Вот один сюда мужики принесли, — объяснила медсестра.

Я молча шёл за ней. Чем дальше мы уходили, тем становилось тише. Настолько, что я слышал дыхание девушки, идущей впереди меня.

— Нам… сюда, — тихо сказала медсестра и приоткрыла дверь.

На ней не было вывески, но и по запаху я уже понял, что это морг. Внутри лежали тела троих погибших, накрытые простынями. Этих ребят заботливо прикрыли куртками от комбинезонов.