— Стой тут! — крикнул я и выскочил из машины.

Очередь из пулемёта приближалась к месту, где стояла девочка. В последний момент я успел прыгнуть, чтобы оттолкнуть её и накрыть собой.

В голове набатом стучала одна мысль: «Это не солдаты. Это звери». Внутри меня всё вскипело колючей яростью. Мои руки сами потянулись к кобуре со «Стечкиным», а пальцы нащупали холодную рукоять.

— Саша в машину! — рявкнул Казанов.

Тут же ко мне подбежала женщина и схватила девочку. Я только успел увидеть блеск в карих глазах ребёнка, которого уносили куда-то вдаль.

Пулемётчик в кузове развернул своё смертоносное оружие в нашу сторону. Я успел прыгнуть в машину, и Виталик вдавил педаль газа в пол.

Двигатель взревел и рванул с места. В ту же секунду лобовое стекло перед моим лицом взорвалось тысячей осколков, превратившись в паутину трещин. Что-то горячее обожгло щеку.

— Лежи пока! — кричал Казанов и сам пригибался вниз, чтобы в него не попали.

Казанов крутанул руль, пытаясь уйти в узкий переулок справа. Машина накренилась, шины заскрипели по асфальту. И тут снова удар!

Резкий и оглушительный удар прилетел в заднюю часть машины. Меня швырнуло вперёд. Подбородком, я ударился об панель машины и тут же почувствовал, как перехватило дыхание.

Наш джип, как игрушечный, отбросило в сторону, и он с оглушительным скрежетом врезался боком в стену соседнего здания. Двигатель заглох. Второй пикап, тот, что ударил нас, перекрыл выход из переулка. Мы были в ловушке.

Мир сузился до пространства нашей искорёженной кабины. В ушах звенело. Сквозь трещины в стекле я видел, как боевики, спрыгивая с машин, начинают расходиться по улице, хватая людей и утаскивая их с собой.

Не вставая из-за руля, Виталий выхватил свой ПМ и, разбив остатки бокового стекла рукояткой, дважды выстрелил. Водитель головного пикапа дёрнулся и обмяк на руле. Пулемётчик, начавший разворачивать ствол в нашу сторону, схватился за горло и рухнул на дно кузова.

Это дало нам секунды.

— Саня, ходу!

Я уже был готов вновь выпрыгнуть, как Один из боевиков, бежавший к нам, вскинул автомат. Я нажал на спуск раньше. Он споткнулся, выронил оружие и завалился набок, оставляя на пыльной дороге тёмный, расползающийся след.

Всё происходило как в замедленной съёмке, пропитанной адреналином. Вот ещё один стреляет из-за угла. Я вижу вспышку, и тут же рядом со мной со звоном рикошетит пуля, высекая из стены каменную крошку. Падаю на колено, ловлю его в прицел и стреляю.

И тут я заметил кое-что другое. На крыше двухэтажного дома справа. Мужской силуэт на фоне яркого неба. И на его плече лежала труба РПГ. Он целился прямо в нас.

Холодный пот прошиб спину. Это конец. Из гранатомёта в таком узком пространстве… от нас даже мокрого места не останется.

Я вскинул пистолет, но расстояние было слишком большим. Бесполезно.

И в этот момент, словно в дурном сне, боковым зрением я уловил движение на крыше дома слева. Там, опираясь на трубу дымохода, стоял ещё один человек. Точно такой же. И с точно таким же РПГ на плече.

Холодный пот прошиб спину. Звуки стрельбы и крики людей растворились в шуме. Дыхание замедлилось, виски запульсировали.

Два гранатомёта, один пистолет в руках и минимум пространства. Боковым зрением я увидел только один шанс — прыгнуть в пролом в стене разрушившегося частично здания.

Иванович сейчас рядом с машиной и в нескольких метрах от меня, отстреливается от подступающих мятежников. И между нами всё пространство вспахивают пули от автоматных очередей.

— Вправо! — крикнул я, рванув к машине и потянув за собой Виталика.

Один шаг, второй, третий. Пролом в здании совсем близко. Я уже начинаю падать, ожидая, что нас накроет волной и обломками стены от взрыва.

Я упал на камни, а со мной рядом приземлился Казанов. Но взрыва нет.

Вместо бестолково длинной стрельбы повстанцев послышались профессиональные, короткие очереди. Звуки были резкими и близкими. Ощущение, что теперь плотная стрельба пошла и с противоположной стороны улицы.

— Это уже не мятежники, — поднялся я и подполз к разбитому окну.

Казанов, пригибаясь, подобрался к пролому и тоже начал смотреть за происходящим.

Мятежники начали резко отступать.

Недалеко от нашего здания несколько боевиков пытались укрыться за одной из колонн здания.

— Сидим, Саша, — громко крикнул Казанов, продолжая наблюдать.

Из-за угла здания на другой стороне улицы, показался пикап. Пулемётчик в форме правительственных войск пустил очередь из крупнокалиберного пулемёта по зданию, куда пытались спрятаться несколько боевиков. Их тела прошило насквозь и накрыло обломками с пылью сверху.

Мятежники, ещё несколько секунд назад чувствовавшие себя хозяевами положения, в панике заметались, ища укрытие. Их беспорядочная стрельба потонула в слаженном огне.

Боевики ОРФ оказались в клещах. Их атака захлебнулась, превратившись в отчаянную оборону. Один из пикапов вспыхнул, подбитый точным выстрелом гранатомёта. Вверх поднялся огромный столп пламени, а из уцелевших окон соседних домов вылетели осколки.

Из-за дальнего поворота показались первые фигуры. Никакой разномастной гражданки. Чёткие силуэты в камуфляже и полной боевой экипировке, двигающиеся короткими перебежками от укрытия к укрытию. Они работали как единый механизм.

— Наши, — сказал я, наблюдая, как к нам всё ближе и ближе подступает группа бойцов.

Казанов, вглядываясь в наступающих, с мрачным облегчением выдохнул.

— Я в них и не сомневался. Успели, — тихо произнёс он, сбрасывая с головы мелкие обломки стены.

Ещё минута и автоматные очереди начали удаляться. Уже появились отряды правительственных войск, которые чуть по одаль на машинах промчались мимо нас.

Через секунду в проломе стены появилась мужская фигура в камуфляже.

— Иваныч, вы тут? — громко спросил Гиря, снимая кепку.

— Да. Чего так долго? Ещё бы немного и боевики подошли к КПП, — сказал Казанов, убирая в кобуру пистолет.

Я поднялся и подошёл к Кириллу. Он уже убрал за спину автомат и показывал на карте Казанову обстановку.

— Вопрос, в чём смысл атаки? Дорога, по которой они заехали, самая охраняемая, поскольку отсюда самый быстрый путь к центру Фритауна.

— А ещё возможность обойти нашу базу, так? — уточнил Виталий, водя пальцем по карте.

— Если целью было обойти базу, они могли это сделать и в непосредственной близости от Уотерлу. А они полезли в город, — настойчиво говорил Кирилл.

В здание вошли ещё несколько человек. Это были местные солдаты, во главе которых шёл ещё один подчинённый Казанова Гриф. Он быстро раздал команды солдатам на английском. Пара человек заняла позиции у окон, а остальные отправились на улицу и продолжили зачистку.

Я ещё раз подошёл к окну и выглянул. На дороге лежали трупы боевиков, изрешечённые пулями различных калибров. Запах гари продолжал бить в нос, а дым заполнил всю улицу. И даже в нём можно было рассмотреть землю, пропитавшейся кровью убитых.

В Сьерра-Леоне земля имеет красноватый оттенок. Будто бы она пропиталась кровью уже давно.

— Сан Саныч, не подойдёте? — позвал меня Казанов, когда я выглянул на улицу.

Я подошёл ближе, и мне протянули карту. Рядом с Фритауном были обозначены предполагаемые места, где могли скрываться боевики ОРФ. Хотя, если верить радио, то их тут не должно было быть.

— Что от меня нужно? — уточнил я.

— У нас с Гирей есть предположение, что мятежники собираются отрезать нам вот эту дорогу. Таким образом, автомобильное сообщение с большей частью Сьерра-Леоне будет нарушено. Как видите, здесь одна дорога.

Я ещё раз взглянул на карту. Агломерация Фритауна действительно находилась на полуострове. И отсюда была только одна дорога.

— А зачем её перекрывать? Можно поставить её под огневой контроль, — предположил я.

Казанов задумался и провёл пальцем по карте.