Он звал меня с собой.

Но для меня это было нереально. Я не могла бросить учёбу, так как училась на бюджете, и академический отпуск могли дать только по уважительной причине. Не могла просто взять и оставить маму, уехав жить в чужую страну. Да и денег было в обрез — на один только перелёт мне пришлось бы долго копить. И, несмотря на то, что Гордей обещал взять все расходы на себя, я не собиралась быть нахлебницей.

Но я не сказала ему всего этого. Из гордости, наверное. Не хотела выглядеть жалкой. Не хотела, чтобы он думал, что я его удерживаю или прошу пожертвовать своими шансами.

Но больше всего на свете я не хотела держать его на крючке «отношений на расстоянии». Ведь я понимала, что вокруг такого красивого, интересного и перспективного парня как он — обязательно будут виться девушки. И наши отношения будут лишь мучением для нас обоих. Я знала, что если честно скажу ему это, он не согласится со мной, настоит на своём, а потом я обязательно буду страдать и мы всё равно расстанемся.

Я боялась боли, поэтому сделала больно ему. Сказала Гордею, стоя в том проклятом аэропорту, что мне нравится другой парень. Он сначала не поверил, усмехнулся, сказал, что я специально всё это сейчас говорю. Но когда понял, что я не шучу, а продолжаю виновато и грустно смотреть на него, нахмурился.

Я действительно чувствовала себя виноватой, мне правда было грустно. Мне было очень больно его отпускать. Но я понимала, что лучше сделать это сразу.

Гордей тогда ещё раз тихо спросил «правда ли это», и когда я кивнула, посмотрел на меня так, словно я ударила его. А потом коротко попрощался и пошёл к терминалу.

Я сделала вид, что ушла, а сама потом наблюдала за взлетающим самолётом и плакала.

— Эй, Даш, ты чего? — голос Лили вернул меня в реальность.

Я моргнула, смахнув выступившие слёзы. В руках подруга держала два фужера с игристым, один из которых протянула мне:

— На, глотни. А то совсем загрустила…

— Спасибо, не хочу. Всё нормально, Лиль.

— Нет, не нормально. — Лиля поставила фужеры на бетонную приступку и придвинулась ближе. — Случилось что-то ещё, чего я не знаю?

Я вздохнула, отводя взгляд.

— Бывшего встретила… в купе ко всему.

— Андрея?

— Нет. Ты его не знаешь. Мы ещё в студенчестве встречались, — я поморщилась. — Он стал таким… Мужчина мечты, понимаешь? А я…

— А ты просто проживаешь не самый лучший период в жизни, — перебила меня Лиля. — Слушай, Даш. Я сейчас расскажу тебе кое-что, после чего ты, вероятно, посчитаешь меня сумасшедшей… Но это работает. Реально работает. И я тому прямое доказательство.

Я настороженно посмотрела на неё:

— О чём ты?

— Однажды я услышала от одной женщины про то, — Лиля понизила голос, словно делилась государственной тайной, — что если хочешь изменить свою жизнь к лучшему, нужно встретить Новый год летом.

Лиля замолчала, и я уставилась на неё в недоумении:

— Новый год? Летом? Зачем?..

— Ну типа сломать систему, — Лиля пожала плечами. — Все встречают зимой, а надо — летом. Только всё должно быть по-чесноку. Настоящая ёлка, украшения, оливье. Ровно в полночь загадываешь желание. И оно реально сбывается, Даш. Я серьёзно.

Я попыталась переварить услышанное.

— Погоди-погоди… Ты что ли делала всё это?

— Да. Прошлым летом.

Я подумала о том, что год назад мы с подругой были ещё в одной лодке: простые менеджеры, снимающие дешёвые однушки на окраинах города. А теперь Лиля живёт в роскоши, меняет парней как перчатки и летает на Мальдивы просто потому что «захотелось».

Совпадение?

Я мотнула головой, отгоняя абсурдные мысли.

— Бред какой-то, Лиль.

— Бред не бред, а моя жизнь изменилась. — Она подмигнула. — У меня есть всё, о чём я всегда мечтала. Деньги, парни, путешествия. Я делаю что хочу и когда хочу. Разве это не круто?

— Лилечка, — донеслось мурлыканье Максима из глубины квартиры. — Вы там долго ещё? Может, вернётесь? Мне тут скучно одному…

Ну прямо один в один — мой надоедливый кот. Разве что лоток за ним убирать не надо.

— Уже идём! — ответила ему подруга медовым голосом и положила ладонь на мою руку, подбадривающе сжимая её: — Просто подумай над этим, оки? Ну украсишь квартиру, накроешь стол, загадаешь желание и на утро…

— … у меня выйдет черепаха? — Я рассмеялась.

— Вот ты язва! — Лиля шутливо ткнула меня в плечо. — Просто попробуй. Что ты теряешь?

— Остатки здравого рассудка, — пробормотала я и обняла её, подозревая, что та и всерьёз может обидеться.

— Так и знала, что засмеёшь меня. Лучше бы не рассказывала, — обиженно поджала губы подруга, но всё равно обняла меня в ответ.

— Спасибо, Лиль, что помогаешь. Так уж и быть, остановлюсь у тебя ненадолго. Завтра перевезу свои пожитки.

Утро субботы я встретила под настойчивое «мя», доносящееся откуда-то с пола.

— Мякиш, дай поспать ещё хоть пять минут, — простонала я, пытаясь натянуть подушку на голову.

— Мя! — категорично ответил мой пушистый рыжий кот и запрыгнул мне на живот, выбивая остатки воздуха из лёгких.

Я села на кровати, потирая глаза. Солнечный свет пробивался сквозь старые жалюзи, рисуя полосы на стене. Последнее утро в этой квартире. Странное чувство — вроде бы жила здесь всего ничего, но как-то привыкла. К скрипучему паркету, к низким потолкам и к шуму с улицы.

— Ладно, вредина, — почесала я кота за ухом. — Пойдём, покормлю.

Мякиш довольно потёрся мордой о мою руку.

Следующие несколько часов я методично упаковывала вещи в коробки, периодически отвлекаясь на недовольное мяуканье.

— Что я делаю? Собираю вещи, Мякиш.

— Мя?

— Да, мы переезжаем. Такие дела.

Ноутбук, обмотанный пузырчатой плёнкой. Фен и утюжок для волос в отдельную коробку. Микроволновка, которую я купила ещё на первую зарплату. Тостер, подаренный мамой. Свёрнутый ковёр, который когда-то казался таким уютным. Постельное бельё, одежда, книги, посуда. Пуфик, на котором раньше я любила сидеть с книгой и чашкой чая.

Всё моё имущество, нажитое за годы самостоятельной жизни, помещалось в десяток коробок и несколько дорожных сумок.

В десять утра приехали грузчики — двое крепких мужчин средних лет, которые молча и быстро начали таскать коробки вниз.

— Ой, Дашенька! — высунулась из своей двери пенсионерка тётя Галя. — Куда это ты собралась? Замуж, что ли, выходишь? Приданое везёшь?

Я невольно рассмеялась:

— Нет, тёть Галь, просто переезжаю. Хозяева квартиру продают.

— Эх, жаль, жаль, — покачала головой соседка. — А я-то думала, наконец-то у кого-то из молодёжи в нашем доме свадьба будет. Всё надеялась на тебя.

— Не вышло, — я пожала плечами, стараясь сохранить улыбку.

— Так выйдет ещё! Чего нос-то опустила? Ты ж девка хорошая, работящая. Найдётся и на тебя управа, — подбодрила меня тётя Галя и скрылась в своей квартире.

«Управа, — усмехнулась я про себя. — Для работящей лошади, вроде меня, кажется, только это и поможет».

Когда последнюю коробку погрузили в машину, я ещё раз обошла квартиру. Проверила все углы, заглянула в шкафы, убедилась, что ничего не забыла. Полупустые комнаты выглядели такими чужими, будто я здесь и не жила никогда.

Мякиш жалобно мяукал в переноске.

— Потерпи немного, — сказала я ему. — Скоро будем на месте.

Подъезжая к жилому комплексу подруги, я почувствовала, как сердце забилось быстрее. А что если я снова встречу Гордея? Вдруг он увидит грузовую машину, грузчиков и коробки и поймёт, что я соврала вчера, и на самом деле не живу здесь, а только переезжаю?

«Да какая разница, что он подумает? — одёрнула я себя. — Десять лет прошло. Мы чужие люди…»

Но от мысли о встрече всё равно становилось не по себе.

Мужчины начали разгружать вещи. Я схватила переноску с Мякишем и, не оглядываясь по сторонам, быстро пошла в холл. Консьерж поздоровался и удивлённо посмотрел на грузчиков позади меня, но ничего не сказал — видимо, подруга предупредила.