— Черт бы побрал этих первородных. Сколько с ним человек?

— Не могу сказать, господин, он набрал штат прислуги и рабочих для ремонта, в замке полно народу.

— Ни на кого нельзя положиться. Как ему удалось выжить? — рассуждал первый голос, — могу предположить, что кто-то им помог. Плетение было завязано на саркофаг графа. Если кто-то открыл крышку снаружи, то все заклинание разрушилось. Оставайся в замке, ты должен его найти. У меня слишком мало времени осталось.

— Скажите господин, а что мешало вам организовать поиски, пока первородные были в спячке?

— Их чертовы законы. Пока не истек срок в сто пятьдесят лет, нельзя признать хозяина земель утратившим право на них. Это максимальный срок сна после которого первородный считается умершим.

— А сколько осталось времени до истечения срока?

— Еще три месяца. На праздник сбора урожая минет ровно сто пятьдесят лет с того дня.

— Да, но ведь можно было послать авантюристов и все сделать в тайне.

— Я пытался, но, видимо, этот замок и в правду проклят, ни одна команда не добилась успеха, кто-то вовсе не вернулся, а кто-то болтал, что в замке живет призрак,…

«Знаем мы этого призрака, — усмехнулась в мыслях Софи, — вчера только поймали и в клан приняли. Кто же ты и что тебе здесь надо?» Рассмотреть беседующих мужчин без риска себя выдать она не могла. Оставалось лежать на земле и слушать, о чем они говорят.

…пришлось дожидаться положенного срока, чтобы заявить свои права на землю. Я так долго ждал, был так близок, и вот пожалуйста, чертов граф и его клан решили ожить. Повезло еще, что ты пришелся ко двору, Френка просто выкинули вон, так ему еще и память отшибло.

— Ваш Френк слишком много о себе думает. Как я заметил, граф таких не любит, к тому же он не местный. Помощница графа сразу его раскусила.

— Что за помощница?

— Не знаю, живет в замке, с графом постоянно ходит, может любовница, может магичка какая на службе. По лицу вылитая графиня де Моро.

— Это не может быть Каролина. Эту я лично зарезал в тот вечер и щенка его. А тебя почему не определила?

— Так я-то местный, из северной деревни.

Софи вспомнила, где слышала этот голос, мужчина в таверне, который расспрашивал бармена о замке и графе. Как она могла его не узнать при приеме на работу? Хотя она была больше сосредоточена на магической составляющей, нежели на лицах. Внезапно Софи в голову пришла идея посмотреть на говорящих с помощью дара. Внешность она, конечно, не увидит, но хотя бы магическую составляющую запомнит. Людей и первородных с одинаковым фоном не бывает, в этом она убедилась во время отбора прислуги. Каждый был индивидуален. Софи сосредоточилась на даре.

— Отлично. Веди себя тихо, как мышь. Но разузнай мне про источник. Если сделаешь дело, озолочу.

Структура маг-потоков обладателя первого голоса была похожа на человеческую, но в ней ярко светился резерв, заполненный магией, и ядро дара, а потоки были мощными и прямыми. Софи поразил странный цвет магии — кроваво-красный. «Это точно маг», — подумала Софи.

— Я все понял, господин маг, (второй голос подтвердил ее догадку), все сделаю. Как выясню что-то, сразу дам знать.

Узор потоков шпиона был как у необратившихся людей. Однако, на тусклом фоне ярко светилось золотое плетение, окутывавшее человека с ног до головы. Софи узнала рисунок, такой наносили на артефакты личины, позволяющие менять внешность. Она дружила с одним молодым артефактором в гильдии, и он ее многому научил.

— Ступай, как бы искать не начали.

— Не беспокойтесь, господин маг. Я же садовником устроился, где мне еще быть, как не в саду. Сейчас провожу вас и пойду дворецкому докладывать положение дел, — шаги начали удаляться куда-то вглубь сада. Софи полежала еще немного, а затем приподнялась, чтоб убедиться, что осталась одна. Выбравшись из тростниковых зарослей, она быстро пошла в замок.

«Что мы имеем в итоге? — размышляла она, прокручивая в голове разговор, — убийца жены графа и его сына до сих пор жив, и даже замыслил новые козни против Адриана. Садовник — крыса, шпион, в чьи задачи входит слежка за графом и поиск магического источника, который зачем-то очень нужен неизвестному господину магу. Нужно как можно быстрее рассказать об этом Адриану.»

Софи почти выбралась из сада, всего несколько метров отделяло ее от дорожки, когда она, наступив на промокший подол платья рухнула почти плашмя, ободрав ладони о мелкие острые камни. Это спасло ей жизнь. Огненное заклинание пролетело у нее над головой и разнесло в мелкую крошку один из фонтанов. Софи быстро перекатилась в сторону и, вскочив на ноги, бросилась под защиту розовых кустов. Очередной огненный шар накрыл то место, где она только что лежала.

Сердце Софи колотилось как бешеное. Тело действовало на рефлексах, выработанных за годы авантюризма. Она продиралась через кусты, не обращая внимание на царапины. В голове билась единственная мысль: «скорее, скорее! Нужно убраться отсюда! Нападавший может быть где-то рядом». Раздвинув ветки, Софи увидела замковую стену, а подняв голову вверх — окна своей комнаты.

Сориентировавшись таким образом, в какую сторону ей надо двигаться, девушка прижалась спиной к стене и замерла. Все было тихо. Софи оборвала часть подола платья, чтоб не мешала идти, и начала медленно пробираться вдоль стены к парадной лестнице.

Рука оперлась на какой-то выступ, раздался щелчок, и часть стены, которая оказалась искусно замаскированной дверью, открылась вовнутрь. Софи не стала раздумывать над последствиями своих действий, а просто нырнула в открывшийся ход, закрыв за собой потайную дверь. Почувствовав себя в безопасности, она сползла по двери и села прямо на пол. Кровь пульсировала в висках, в ушах шумело. Софи сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, чтобы успокоится. Она посидела еще немного, пока ноги не перестали дрожать.

Ее окружала темнота. Софи раздумывала, что ей делать дальше. О том, чтобы выйти наружу, не могло быть и речи. Нападавший видел ее в саду и мог идти за ней. На кустах вполне могли остаться обрывки платья, по которым он легко мог дойти до потайной двери и сейчас поджидать ее там. Софи прислушалась, но не услышала ничего кроме звука биения своего сердца. К тому же Софи не знала, как открыть дверь изнутри. Оставалось только идти вперед.

Софи поднялась на ноги и наощупь сделала шаг. Тусклый свет озарил пространство, включились артефакты освещения. Ход оказался совсем коротким и привел ее к лестнице, ведущей куда-то вниз. Софи начала спускаться. Лестница была длинная и темная, поскольку большинство артефактов разрядились, и лишь некоторые иногда вспыхивали, давая ей несколько секунд на то, чтобы увидеть, что впереди. Этот спуск напомнил Софи спуск в склеп, и она очень надеялась, что это тот самый запасной ход, о котором говорил Адриан.

Минут через десять она добралась до ровной площадки, где в мерцающем свете разряжающегося артефакта увидела дверь. Софи толкнула ее, она оказалась не заперта. Перед Софи был знакомый склеп. Девушка облегченно вздохнула. Дверь располагалась у дальней стены и была совершенно незаметна. Софи вышла из тайного хода и дошла до первого ряда саркофагов, когда услышала голоса, это были Адриан и Дерек, которые выходили из библиотеки.

— Адриан, — позвала она и оперлась спиной на один из саркофагов. Граф оглянулся и, увидев ее, через мгновение оказался рядом.

— Софи? Как ты здесь очутилась? — увидев, в каком она виде, изумление на лице Адриана сменилось на гнев, — что произошло⁈ Кто это сделал⁈

— Успокойся, — Софи выпрямилась и коснулась руки первородного, — все в порядке.

— В порядке? — Дерек подошел к ним, — госпожа Софи, вы бы себя видели.

Вид действительно был ужасный, порванное о кусты платье было перемазано в грязи и в крови, подол был оборван и промок. Прическа растрепана, несколько сухих веточек застряли в волосах, руки и лицо исцарапаны о шипы роз.

— Я знаю, что вид плачевный, Дерек, спасибо, что заметил. В замке завелась крыса, — от беспокойства и раздражения Софи перешла на воровской жаргон.