Услышав в этой моей фразе недовольство Министерством он теоретически должен был почувствовать ко мне понимание и определённую долю расположения на основе нашей некоей схожести в положении – и он, и я имеем проблемы по вине Министерства, которое не способно оперативно разобраться с проблемой. Получилось очень искренне, потому что счёты к Министерству у меня, как вы понимаете, действительно тоже имелись. В конце концов, если бы оно само могло справиться с тем, с чем должно справляться, меня, слововяза-недоучку, на задании повышенного уровня опасности не было бы. Меня вообще ни на каком задании исключая учебную практику не было бы. Но вот она я, собираюсь помочь потенциально очень опасному призраку, находящемуся в не лучшем расположении духа.
Слегка светящийся полупрозрачный мужчина не слишком приветливой и приятной наружности соткался из воздуха в некотором отделении от нас по коридору.
– Так это, значит, вы тот самый единственный, судя по всему, человек во всём Министерстве, толком способный хоть на что-то? – его голос звучал тихо и довольно мрачно. Скепсис в нём угадывался на раз. – Я ожидал увидеть кого-то постарше.
На счёт "единственной на что-то способной" я была с ним не согласна, но возражать было нельзя.
– Ну... Не совсем "в Министерстве", меня скорее привлекли со стороны, но это нюансы, – приветливо улыбнулась я вместо этого, изображая лёгкое смущение и чувство неловкости. – Мирабель Солнцева, к вашим услугам. И да, я тоже ожидала, что они пошлют к вам кого-то... более опытного.
Распутин одобрительно усмехнулся в ответ на эту мою почти шутку. Когда кто-то из старшего поколения сомневается в твоих силах просто потому, что ты молодой – не стоит пытаться с ними возражать, спорить и уж тем более возмущаться. Они всё равно не поверят, ты с ними лишь поссоришься или же они станут относиться к тебе с ещё большим скептическим снисхождением. А вот если согласиться или изобразить согласие с тем, что ты слишком юн для поставленной задачи, но выказать готовность сделать всё, что в твоих силах, то есть шанс заполучить толику расположения.
Так что лучше просто мило улыбнись, пожми плечами, опусти шутку или намёк на неё – по ситуации – и постарайся на деле показать, на что ты способен. Это я и собиралась сделать. Изобразить из себя юную, неопытную, чуть наивную, но старательную девочку. Старикам такие не редко нравятся. На счёт конкретно Распутина я точно ничего сказать не могла, так как была "знакома" с ним лишь из досье с характеристиками, а потому выбрала для начала воспользоваться одной из "общих" стратегий, а потом уже при необходимости подстроиться.
– Тебе хоть за это платят, девочка? – неожиданно с понимающей и почти сочувственной усмешкой поинтересовался Распутин.
– Платят конечно, – кивнула я, накрутила одну из специального выпущенных из прически кудряшек на палец, мило хлопнула глазками и оскалилась в ответной усмешке. – А за работу с вами я ещё и доплаты попрошу не маленькой, потому что от меня потребовали почти невозможного на том лишь основании, что у меня, видите ли, уже один раз это получилось. Добровольным альтруизмом я, уж поверьте мне, не страдаю, он нынче не в цене.
Сказав это, я с облегчением увидела во взгляде Распутина то чуть насмешливое и слегка саркастичное, но понимающее выражение, которое может появиться тогда, когда человек встречает того, с кем, как считает, оказался "в одной лодке" и при этом у него с ним есть что-то общее. В нашем случае "общим" выступал не слишком приятный характер, который я только что в чётко выверенной дозировке продемонстрировала. Теперь, когда мне, кажется, удалось заполучить расположение покойного ведьмака, дело должно было пойти проще.
Выходя из чужой квартиры через три часа, я чувствовала себя вымотанной окончательно, но при этом удовлетворённой и гордой – всё-таки повторно провернуть то, что считалось до тебя чем-то почти невозможным, это определённо повод хоть немного собой погордиться. Жаловаться было не на что, на том кладбище я провозилась все десять часов. А тут мне ещё и сам неупокоенный как мог содействовал в своём упокоении. Прелесть, правда? Единственным минусом было то, что открывать проход в тот мир пришлось в этот раз искусственно несмотря на с не малым трудом разорванную связь Распутина с Городом, что его удерживала. Сие действо было весьма рискованным и энергозатратным, но общими усилиями мы с Эдгаром всё же справились. Зато Распутин оставил за мной право при острой необходимости обращаться к нему за помощью, а добровольная помощь духа такого уровня силы – это вам не шутка!
Глава 13. Просьба
Знаете, как-то так сложилось, что меня никогда не звали в рестораны. В меня многие влюблялись или путали своё восхищение с влюблённостью, но в силу того, что большую часть времени я нахожусь в окружении студентов, денег на то, чтобы объект своего воздыхания пригласить в ресторан, нет почти ни у кого из моих несчастных "поклонников". В прочем, мне оно и не нужно было никогда. Равно как и сами бедные воздыхатели, которым пылью в глаза затмил разум мой проработанный до мелочей образ. Я ведь прекрасно знала, что они влюблены не в меня, а в ту девушку, что я им показываю. Однако, как говорил дядя, однажды это должно было свершиться. Меня пригласили. И не абы кто, а Киров. Приняла ли я приглашение? Глупый вопрос.
Выбирая, что одеть и как накраситься, разумом я прекрасно понимала, что меня туда позвали не для романтических бредней, а чтобы обсудить что-то важное. Потому что иначе меня пригласили бы не через смс в воцапе и не со словами: "Мне нужна частная встреча с вами там, где нас не ожидают увидеть. Надеюсь на то, что вы придёте". Но сердце вопреки логике пело, туманя розовым дымом рассудок и этим весьма раздражая здравомыслящую часть меня, которая, к счастью, пока доминировала над той глупой и невесть на что рассчитывающей частью. Это было очень похоже на ссору безумца, страдающего раздвоением личности, с самим собой.
"Ну может он просто боялся, что иначе ты не придёшь. Тебе ведь только за последний месяц пришлось довольно решительно лишить надежды по меньшей мере двух несчастных юношей прямо у него на глазах," – мелькала в голове полная надежды непонятно на что мысль. "Мира, ты дура," – тут же ругала я себя. – "Мыслишь, как влюблённая дурочка, хотя даже не влюблена в него. Не будь как те несчастные юнцы, что путали восхищение твоим образом с влюблённостью в тебя. Ты можешь восхищаться героем и кумиром, но не влюбиться в Кирова, ведь его как личность ты даже и не знаешь почти. А если бы и влюбилась, то это было бы глупо вдвойне, потому что нелепо и безнадёжно. Успокойся уже, не мог он в тебя влюбиться! Ему такие как ты на жизненном пути штабелями встречались. Кого-кого, а уж его точно образом не обмануть! Гадкий утёнок не перестанет быть гадким утёнком, если обклеить его павлиньими перьями и научить распускать хвост, помни об этом. Сколько бы парней ни обманывались твоими "перьями", Киров явно не из таких болванов".
Теперь понимаете, о чём я? И вот такой спор между разумом и сердцем длится в моей голове с того момента, когда я прочла то сообщение, будь оно неладно! Я прекрасно осознавала, что разум прав, но подавить в сердце нелепую надежду пополам с глупой ликующей эйфорией никак не удавалось! С таким мне ещё не приходилось сталкиваться. В том, чтобы быть аутистом моего типа (а мы бываем разными), есть определённые плюсы. Многие из тех душевных терзаний, что свойственны обычным людям, нас обходят стороной. Зная это, я, честно говоря, наивно полагала, что состояние, подобное моему нынешнему, так же обойдёт меня стороной. У меня не получалось даже подобрать всему этому какое-то конкретное название.
– Дурдом какой-то, – раздражённо пробормотала я, не переставая при этом придирчиво перебирать свой гардероб.
Уже часа два не могу определиться. Проблема заключалась в том, что пусть у нас скорее всего и предполагалась исключительно деловая встреча, но я ведь зациклена на том, чтобы абсолютно всегда выглядеть безупречно и уместно, и... Да, меня не только никогда мужчины не звали в рестораны, я и сама там никогда не была. В детстве с дядей в "Токио Сити" – не считается, при всей моей любви к суши и роллам. Тогда я была ребёнком, а сейчас уже взрослая девушка и правила облика явно должны быть иными. И я не имела ни малейшего представления, как будет уместно одеться, накраситься и заплестись на деловую встречу в ресторане.
