Новые члены нашей компании об этом уже знали, поэтому вопросов изречение Вика ни к кого не вызвало. Наоборот, всем уже давно хотелось познакомиться с почившей бабулей, которой мы с Таней и Виком пели такие "дифирамбы". Честно говоря, я вовсе не была уверена, что с учётом расшатанного энергетического поля города наша задумка благоразумна, но разве мне было бы под силу их остановить? Всё равно ведь пойдут, так лучше уж пойти с ними и подстраховать.
– О, я смотрю, компания-то разрослась, – усмехнулась Кира, как только увидела, в каком боекомплекте мы заявились в "наше" кафе.
– А как же, – весело фыркнул Вик и подмигнул ей как какой-то "мачо" из сериала. Я мысленно закатила глаза. Позёр. В прочем, эти двое друг друга стоят. Года два уже как очевидно влюблены друг в друга, подкатывают, флиртуют, подкатывают друг друга, язвят – причём только при мне, когда я могу нейтрализовать слова Вика своим присутствием – делают вид, что им друг до друга дела нет, как два подростка в пубертате, но дальше двигаться никак не желают. – Я всегда говорил, что быстро притягиваю к себе всех самых интересных пробуждённых, оказывающихся поблизости.
Кира лишь с нарочитым скепсисом хмыкнула, окинула его насмешливо-снисходительным взглядом и, не удостоив его реакцией сверх данной демонстрации и уж тем более хотя бы парой слов, принялась знакомиться с новыми участниками нашей группы "ПИБиПНСШВПИ" ("придумай идею безумнее и постарайся не свернуть шею в процессе исполнения" и это не моя идея превратить данный негласный "девиз" в корявую аббревиатуру). Я почти почувствовала, как скрипят зубы Вика. Ну конечно, он же так старательно принимал позу поэффектнее. Что ж, ему пора бы привыкнуть, что в этом их "противостоянии" всегда выигрывает Кира. Хотя бы потому, что она знает, на что давить, и искусно это делает.
– Ба определённо будет рада пополнению, – хмыкнула Кира.
– Ну конечно, – закатил глаза Вик. – "Новые жертвы для тренировок язвительности старой карги, прямая поставка, уже скоро во всех заброшках Питера". Мы-то уже привычные, а тут новички, "тёпленькие" ещё.
– Если бы ты не проявлял свой скверный характер при любой возможности, то не получал бы от неё в ответ того же, – скорчила рожицу Кира в его сторону, явив нашим взглядам небольшие, но острые клыки – это в её роду вампиры были, и с каждым годом это всё сильнее отражается на её внешности. Дождавшись от Вика скептического фырканья – он всегда ведётся на эти провокации, а потом бесится с этого – Кира мило улыбнулась и обратилась к нашему "пополнению". – Не слушайте этого болвана, моя ба милейшая женщина. Вон, Бель это легко подтвердит.
С этими словами она приобняла меня за плечи. Она знала, что я терпеть не могу излишнюю тактильность, но регулярно об этом забывала – ветер в голове, зато мысли свежие – и злиться на неё за это было бесполезно.
Аделаида Валентиновна действительно всегда выделяла меня среди нашей компании, как бы странно это ни было. Даже по сравнению со своей внучкой: если ту она могла долго распекать за что-то, когда считала это заслуженным, то в случае со мной что бы я ни вытворила, бабуля всегда оказывалась на моей стороне. С остальными же вообще никогда характер не сдерживала, особенно с Виком. В прочем, думается мне, что эти двое даже нравятся друг другу, просто выражают это... альтернативным образом. Но Кира меня не ревновала, потому что отвечать на "нападки" бабушки ей было даже весело. А для нас каждая их "баталия" становилась великолепным зрелищем.
– Ага, – хмыкнул Вик с сарказмом. – Была. При жизни. Когда спала зубами к стенке с палкой рядом можно было пройти.
Кира лишь снова демонстративно закатила глаза, будто он ей смертельно надоел, соблазнительно провела кончиком языка по пухлой нижней губе, тут же языком прищелкнула с выражением "ну ты и придурок", и уже вознамерилась что-то сказать, но я пресекла дальнейшую баталию:
– Так, народ, давайте-ка мы с вами сначала поедим. Я голодная до ужаса и от плотного обеда, как и от ещё одной кружки кофе, точно не откажусь
– Ты же за сегодня уже литра два выпила, – удивился Вик.
– И ещё столько же выпью, если потребуется, я пол ночи нормально не спала, за этим памятником гоняясь, – отмахнулась я и, нацепив самую очаровательную из своих улыбок окликнула. – Официант! Будьте так добры, нам четверым то, что и всегда в двойном размере, только порция Киры единичная. Плюс одна порция как у Татьяны и кружка самого крепкого кофе, что у вас имеется.
В этом заведении нас знали все, так что парнишка, чьего имени я не запомнила как ни старалась – больно уж непримечательным был этот тип, сколько ни встречай на улице мимо пройдёшь и не узнаешь – должен был меня понять. Заказ мы обговорили ещё по дороге. Наши двойники и Дима, не знакомые с этим заведением, решили просто довериться нашему вкусу.
– А что за история с памятником? – поинтересовалась Кира, в курс дела ещё не введённая.
Пришлось кратко обрисовывать ей ситуацию в городе, замысел Министра касательно меня и то, как прошла моя ночь.
– Министр совсем сбрендил что ли, на такие задания недоучек отправлять? – хмыкнула Кира неодобрительно, дослушав мой рассказ с постоянными дополнениями и комментариями ребят.
– Ну ты же знаешь его, – вздохнула я, выразительно посмотрев на неё.
Этой фразой было сказано всё, что нужно было. Дедушка Киры – живой – был членом Совета от ведьм и ведьмаков, и Кира планировалась как его преемница, а потому с Министром контактировала часто. И будучи яркой эксцентричной оригинальной неординарной личностью, коих тот не переваривает, относилась к нему не лучше, чем я.
Забегая вперёд, могу сказать, что выбор заброшенного здания вышел неудачный и в этом целиком и полностью моя вина – я должна была проверить его, прежде чем мы начали ритуал.
Сначала всё шло хорошо. Мы с Вирой держали поле, Таня и Вик с Сарой и Артёмом (двойниками друзей) читали заговор, Дима высчитал наилучшее место для проведения, а Кира делала всё остальное. Всё как всегда, только участников больше и раньше с нами не было цифровика. Пока мы не услышали странный звук. Словно бы крик. Сначала тихий, потом нарастающий всё громче и громче.
– Баньши, – сплюнула я, сдерживая ругательства. – Приближающаяся!
Обстановку я оценила мгновенно. Проход в поле, который мы организовали, из-за приближения нежити стал колебаться, стремясь расшириться, уши закладывало, наша с Вирой концентрация сбивалась, удерживать потоки было уже почти невозможно, они натянулись настолько, что оставляли тонкие физические порезы на пальцах, и нужно было срочно что-то делать. Иначе в этот мир повалят бесконтрольно души с той стороны мира, а мы сойдём с ума, а потом умрём от этого крика.
– Вик, Таня, Сара и Артём, купол беззвучия, соображайте, быстро, это базовые стандартные формулировки! Вира, сшивай проход, Дима, Кира, стирайте пентаграмму! – отдала указания я, перекрикивая баньши, пока это ещё было возможно.
Мозг работал быстрее, чем я успевала сообразить, команды слетали с языка быстрее, чем мне удавалось их осмыслить, но главным было то, что я уже знала, что делать. Никто, слава Тьме, не стал задавать лишних вопросов. Сердце, бешено колотившееся в груди, постепенно успокаивались. Тьма дарила безразличие и собранность.
Убедившись, что купол, установленный четырьмя слововязам сразу, не пропускает адский крик, я кивнула и выскочила из-под него. Последнее, что я успела услышать, это испуганный вскрик Тани, окликнувшей меня. А потом был только нарастающий крик. Безумие? Возможно, но едва ли кому-то из нашей компании кроме меня хватило бы и сил, и знаний, чтобы иметь хоть какой-то шанс справиться с высшей нежитью.
Когда рядом со мной, забрасывающей баньши усмиряющими и упокаивающими формулировками и на ходу придумывающей новые, но не слышащей их, появился Эдгар, я не уловила. Однако стоило ему оказаться рядом, как всё закончилось достаточно быстро. Быстрее, чем я успела сойти с ума, а купол беззвучия над ребятами выдохся. Помню лишь пронзительный звук, белёсый полупрозрачный силуэт прекрасной женщины – это, собственно, баньши – и то, как сквозь пелену на слезившихся от боли в глазах, мерцали вспышки чистого света. Кажется, я даже успела тогда отстранённо восхититься. Я вот манипулировать чистой энергией Тьмы не умела, а Эдгар управлял светом так, словно в этом ничего такого не было. Что лишь ещё раз подтверждало его могущество и потрясающий контроль.
