Он вынимает его из плюшевой внутри коробочки и протягивает мне.

Я осторожно открываю его и вижу, что в нем есть место для двух фотографий. Фотографу этого никогда не будет достаточно, но это лучше, чем ничего.

— Что думаешь?

— Я думаю, ей понравится. — Я улыбаюсь ему.

Я собирался показать медальон Пэрри здесь, но теперь, когда я увидел его, мне это не нужно. Это все, что я думал, и даже больше.

— Думаю, я сделаю это сюрпризом, — шепчу я, оглядываясь по сторонам, чтобы убедиться, что Пэрри все ещё погружена в рассматривание антиквариата.

Он понимающе кивает, забирает у меня медальон, кладёт на место и закрывает крышку.

Я передаю ему деньги, о которых мы договорились, и он отдает мне коробку, которую я кладу в карман пиджака.

— У меня теплеет на душе, когда я вижу, что романтика жива и процветает. — Он сияет, его голос приглушён. — Моя жена выпадет в осадок, когда я расскажу ей о вас двоих.

Не знаю почему, но это заставляет меня краснеть.

Я никогда не считал себя романтичным парнем, но после того, через что мне пришлось пройти с Эйприл, я кое-что понял о жизни и о себе.

Главным образом, что жизнь коротка, слишком коротка, чтобы не дать людям понять, что ты чувствуешь, слишком коротка, чтобы не относиться к тем, кого ты любишь, так, как будто они значат для тебя целый мир.

Итак, я собираюсь показывать Пэрри, насколько она важна для меня, каждый божий день, пока она мне позволяет.

— О боже, Лиам, ты должен это увидеть.

Я ухмыляюсь, и Марвин жестом предлагает мне идти вперёд.

Я нахожу её в самом конце магазина, она смотрит на старый антикварный проигрыватель.

— У моей бабушки был точно такой же, когда я была маленькой, — воркует она, и её взгляд становится мягким и тёплым, когда она смотрит на проигрыватель. — Мы обычно ставили пластинку и танцевали под песни. Мама всегда говорила, что именно отсюда у меня любовь к прошлому, после смерти дедушки бабушка просто отказалась идти в ногу со временем… у неё было много старых вещей.

Это либо самая милая вещь, которую я когда-либо слышал, либо самая грустная. Возможно все вместе.

— Мы должны его купить.

Она усмехается.

— Не знаю, как у тебя, но это точно не входит в студенческий бюджет.

Она начинает двигаться дальше, разглядывая другие вещи, но я хватаю её за руку и прижимаю спиной к своей груди.

— Я куплю для тебя.

Она снова смеётся, но смех стихает, когда она замечает серьёзное выражение моего лица.

— Не глупи, это стоит бешеных денег.

Я пожимаю плечами.

— Ну и что?

Я смотрю на ценник, всё не так уж и плохо. Если бы она знала, сколько я только что заплатил за золото в своём кармане, у неё случился бы сердечный приступ.

— Лиам, ты не купишь это для меня.

— Хорошо, — отвечаю я, и она выдыхает с облегчением. — Я куплю это себе.

Я отпускаю её руку и возвращаюсь к кассе, чтобы сказать Марвину, что возьму проигрыватель вместе с коллекцией пластинок.

Она все время со мной спорит, более того, она все ещё спорит со мной, пока я загружаю проигрыватель в багажник машины. Она спорит, пока мы едим поздний завтрак и большую часть пути домой.

Наконец она смягчается, когда я устанавливаю проигрыватель у себя в гостиной и приглашаю её потанцевать. Это заставляет её признать поражение.

Я улыбаюсь ей, и с каждой секундой моё сердце влюбляется в неё все сильнее.

— Это был хороший выбор. — Я показываю на золотую заколку для волос, которую она в конце концов позволила мне купить для неё под предлогом того, что это будет ранним подарком на день рождения.

— Мне нравится, спасибо, это прекрасный подарок.

Это не единственный её подарок, но я позволю ей так считать. По крайней мере сейчас.

— Итак, я подумал… — говорю я, крутя её туда и обратно.

— Звучит опасно, — поддразнивает она.

— Я так и не ответил тебе насчёт встречи с Эйприл.

— Не ответил.

— Я подумал, что мог бы отвезти тебя к ней завтра, если ты все ещё хочешь, конечно.

Я нервно переминаюсь с одной ноги на другую, забыв о танцах.

— Правда? — шёпотом спрашивает она.

Я убираю её волосы и целую в лоб.

— Если это то, что ты хочешь?

— Я бы с удовольствием с ней познакомилась, Щелчок.

— Ну, тогда решено, я сообщу Люсии, что мы будем завтра.

Пэрри выглядит такой счастливой, но, честно говоря, я в ужасе. Знакомить свою девушку со своей женой — это не совсем обычное дело, но думаю, если с Пэрри так будет продолжаться дальше, то я должен позволить ей увидеть все: хорошее, плохое, уродливое… Всё, и надеюсь, что она любит меня настолько, что останется рядом, как только все это увидит.

Пэрри

Лиам так нервничает. Я могу это определить по тому, как его взгляд бросается ко мне, в поисках утешения, и по тому, как его колено подпрыгивает вверх и вниз, пока он везёт нас в дом родителей Эйприл.

Я понимаю, что для него это должно быть странно.

Для меня это тоже странно.

Я никогда не думала, что на последнем курсе университета буду встречаться с одним из моих преподавателей, безумно влюблюсь в него и соберусь встретиться с женщиной, которой он обещал свою жизнь.

Он подъезжает к опрятному на вид дому, расположенному всего в десяти минутах езды от кампуса, и глушит двигатель.

— Они знают, что я приду? — рассеянно спрашиваю я, глядя в окно.

— Я сказал Люсии, что приведу друга, но не стал вдаваться в подробности.

— Ты не думаешь, что она будет рада за тебя? — спрашиваю я, чувствуя, что это настоящая причина, по которой он ничего не сказал, а также причина, по которой эта встреча заняла так много времени.

Я знала, что он не готов, и не собиралась давить на него.

Я знала, что он сделает это в своё время, но теперь, когда мы здесь, а он все ещё кажется таким неуверенным, мне интересно, давила ли я на него.

— Честно говоря, я не уверен, она как бы бросается из крайности в крайность, когда дело касается меня, поэтому я никогда не знаю, чего ожидать, когда вхожу в эту дверь.

— Если ты не готов, мы можем вернуться в другой раз? — предлагаю я.

Он качает головой и улыбается искренней улыбкой впервые с тех пор, как мы покинули его дом.

— Я готов, Веснушка, я просто надеюсь, что ты не испугаешься.

— Вот что заставило тебя беспокоиться? — Я смотрю на него. — Ты боишься, что я сбегу?

— Любой здравомыслящий человек так бы и сделал, — бормочет он, проводя рукой по волосам. —В этом доме много дерьма, Пэрри, чертовски много дерьма.

— Мне все равно. Все, что меня волнует, это ты, и если это означает увидеть, с чем ты имеешь дело, то я приму это. Я справлюсь.

Он изучает меня несколько секунд, выискивая хоть малейшие признаки того, что я нечестна, но не находит их. Я имела в виду именно то, что сказала.

— Ты действительно слишком хороша для меня.

— Да, я знаю, — говорю я поддразнивающим тоном. — И ещё я слишком молода для тебя, но как ты думаешь, может нам стоит зайти внутрь прямо сейчас?

Я открываю дверь и выхожу на подъездную дорожку.

Он усмехается и следует моему примеру.

Мы идём к двери, и как раз в тот момент, когда я начинаю задаваться вопросом, что он собирается им сказать о статусе наших отношений, как Лиам наклоняется и берет меня за руку.

Думаю, это и есть ответ на этот вопрос.

Я крепко сжимаю его руку, когда он стучит в дверь.

Я слышу разговор и какое-то шарканье, а когда дверь открывается, появляется женщина средних лет.

— Привет, Люсия, извини, что мы опоздали.

Она натянуто улыбается Лиаму, а затем её взгляд скользит по его руке в моей, прежде чем перейти к моему лицу.

— И кто это?

— Это Перри… моя девушка.

Ее глаза слегка расширяются от удивления, но она никак это не комментирует.