Литмир - Электронная Библиотека
Литмир - Электронная Библиотека > Хомяков Алексей СтепановичСуриков Иван Захарович
Плещеев Алексей Николаевич
Есенин Сергей Александрович
Ходасевич Владислав Фелицианович
Достоевский Федор Михайлович
Пушкин Александр Сергеевич
Цветаева Марина Ивановна
Тютчев Федор Иванович
Бальмонт Константин Дмитриевич "Гридинский"
Кузмин Михаил Алексеевич
Мандельштам Осип Эмильевич
Апухтин Алексей Николаевич
Бунин Иван Алексеевич
Случевский Константин Константинович
Белый Андрей
Вознесенский Андрей Андреевич
Северянин Игорь Васильевич
Соловьева Поликсена
Льдов Константин Николаевич
Блок Александр Александрович
Надсон Семен Яковлевич
Соловьев Владимир Сергеевич
Кедрин Дмитрий Борисович
Коринфский Аполлон Аполлонович
Герцык Аделаида Казимировна
Иванов Георгий Владимирович
Гиппиус Зинаида Николаевна
Поплавский Борис Юлианович
Фофанов Константин Михайлович
Сологуб Федор Кузьмич "Тетерников"
Рождественский Роберт Иванович
Державин Гавриил Романович
Жемчужников Алексей Михайлович
Брюсов Валерий Яковлевич
Мережковский Дмитрий Сергеевич "Д. М."
Евтушенко Евгений Александрович
Балтрушайтис Юргис Казимирович
Самойлов Давид Самойлович
Бенедиктов Владимир Григорьевич
Твардовский Александр Трифонович
Быков Петр Дмитриевич
Фет Афанасий Афанасьевич
>
Снежные стихи > Стр.6
Содержание  
A
A

1887

Константин Случевский

«Улыбнулась как будто природа…»

Улыбнулась как будто природа,
Миновал Спиридон-поворот,
И, на смену отжившего года,
Народилось дитя – Новый год!
Вьются кудри! Повязка над ними
Светит в ночь Вифлеемской звездой!
Спит земля под снегами немыми —
Но поют небеса над землей.
Скоро, скоро придет пробуждение
Вод подземных и царства корней,
Сгинет святочных дней наважденье
В блеске вешних, ликующих дней;
Глянут реки, озера и море,
Что зимою глядеть не могли;
И стократ зазвучит на просторе
Песнь небесная в песнях земли.

«Новый год! Мой путь – полями…»

Новый год! Мой путь – полями,
Лесом, степью снеговой;
Хлопья, крупными звездами,
Сыплет небо в мрак ночной.
Шапку, плечи опушает,
Смотришь крепче и сильней!
Все как будто вырастает
В белом саване полей…
В приснопамятные годы
Не такой еще зимой
Русь спускала недороды
С оснеженных плеч долой,
Отливала зеленями,
Шла громадой на покос!
Ну, ямщик, тряхни вожжами,
Знаешь: малость день подрос!

«Полдень декабрьский! Природа застыла…»

Полдень декабрьский! Природа застыла;
Грузного неба тяжелую высь
Будто надолго свинец и чернила
Всюду окрасить любовно взялись.
Смутные мысли бегут и вещают:
Там, с поднебесной, другой стороны
Светлые краски теперь проступают,
Тучи обласканы, жизни полны.
Грустно тебе! Тяжело непомерно,
Душу твою мраком дня нагнело…
Слушай, очнись! Несомненно, наверно,
Где-нибудь сыщешь и свет, и тепло.

«Славный снег! Какая роскошь!..»

Славный снег! Какая роскошь!..
Все, что осень обожгла,
Обломала, сокрушила,
Ткань густая облегла.
Эти светлые покровы
Шиты в мерку, в самый раз,
И чаруют белизною
К серой мгле привыкший глаз.
Неспокойный, резкий ветер,
Он – закройщик и портной —
Срезал все, что было лишним,
Свеял на землю долой…
Крепко, плотно сшил морозом,
Искр навеял без числа…
Платье было б без износа,
Если б не было тепла,
Если б оттепель порою,
Разрыхляя ткань снегов,
Как назло, водою талой
Не распарывала швов…

Алексей Апухтин

Зимой

Зима. Пахнул в лицо мне воздух чистый.
Уж сумерки повисли над землей,
Трещит мороз, и пылью серебристой
Ложится снег на гладкой мостовой.
Порой фонарь огнистой полосою
Мелькнет… Да звон на небе прогудит…
Неугомонною толпою
Народ по улицам спешит.
И грустно мне!
                                  И мысль моя далеко,
И вижу я отчизны край родной:
Угрюмый лес задумался глубоко,
И звезды мирно шепчутся с землей,
Лучи луны на инее трепещут,
И мерзлый пар летает от земли,
А в окнах светятся и блещут
Гостеприимные огни.

На Новый, 1881 год

Вся зала ожидания полна,
Партер притих, сейчас начнется пьеса.
Передо мной, безмолвна и грозна,
Волнуется грядущего завеса.
Как я, бывало, взор туда вперял,
Как смутный каждый звук ловил оттуда!
Каких-то новых слов я вечно ждал,
Какого-то неслыханного чуда.
О Новый год! Теперь мне все равно,
Несешь ли ты мне смерть и разрушенье,
Иль прежних лет мне видеть суждено
Бесцветное, тупое повторенье…
Немного грез – осколки светлых дней —
Как вихрем, он безжалостно развеет,
Еще немного отпадет друзей,
Еще немного сердце зачерствеет.

1880

Иван Суриков

Детство

Вот моя деревня:
Вот мой дом родной;
Вот качусь я в санках
По горе крутой;
Вот свернулись санки,
И я на бок – хлоп!
Кубарем качуся
Под гору, в сугроб.
И друзья-мальчишки,
Стоя надо мной,
Весело хохочут
Над моей бедой.
Все лицо и руки
Залепил мне снег…
Мне в сугробе горе,
А ребятам смех!
Но меж тем уж село
Солнышко давно;
Поднялася вьюга,
На небе темно.
Весь ты перезябнешь, —
Руки не согнешь, —
И домой тихонько,
Нехотя бредешь.
Ветхую шубенку
Скинешь с плеч долой;
Заберешься на печь
К бабушке седой.
И сидишь, ни слова…
Тихо все кругом;
Только слышишь: воет
Вьюга за окном.
В уголке, согнувшись,
Лапти дед плетет;
Матушка за прялкой
Молча лен прядет.
Избу освещает
Огонек светца;
Зимний вечер длится,
Длится без конца…
И начну у бабки
Сказки я просить;
И начнет мне бабка
Сказку говорить:
Как Иван-царевич
Птицу-жар поймал,
Как ему невесту
Серый волк достал.
Слушаю я сказку —
Сердце так и мрет;
А в трубе сердито
Ветер злой поет.
Я прижмусь к старушке…
Тихо речь журчит,
И глаза мне крепко
Сладкий сон смежит.
И во сне мне снятся
Чудные края.
И Иван-царевич —
Это будто я.
Вот передо мною
Чудный сад цветет;
В том саду большое
Дерево растет.
Золотая клетка
На сучке висит;
В этой клетке птица
Точно жар горит;
Прыгает в той клетке,
Весело поет,
Ярким, чудным светом
Сад весь обдает.
Вот я к ней подкрался
И за клетку – хвать!
И хотел из сада
С птицею бежать.
Но не тут-то было!
Поднялся шум-звон;
Набежала стража
В сад со всех сторон.
Руки мне скрутили
И ведут меня…
И, дрожа от страха,
Просыпаюсь я.
Уж в избу, в окошко,
Солнышко глядит;
Пред иконой бабка
Молится, стоит.
Весело текли вы,
Детские года!
Вас не омрачали
Горе и беда.
6
{"b":"952781","o":1}