Литмир - Электронная Библиотека
Литмир - Электронная Библиотека > Герцык Аделаида КазимировнаФофанов Константин Михайлович
Брюсов Валерий Яковлевич
Коринфский Аполлон Аполлонович
Соловьева Поликсена
Надсон Семен Яковлевич
Державин Гавриил Романович
Бенедиктов Владимир Григорьевич
Льдов Константин Николаевич
Северянин Игорь Васильевич
Иванов Георгий Владимирович
Гиппиус Зинаида Николаевна
Хомяков Алексей Степанович
Есенин Сергей Александрович
Пушкин Александр Сергеевич
Цветаева Марина Ивановна
Блок Александр Александрович
Твардовский Александр Трифонович
Бунин Иван Алексеевич
Белый Андрей
Достоевский Федор Михайлович
Самойлов Давид Самойлович
Бальмонт Константин Дмитриевич "Гридинский"
Балтрушайтис Юргис Казимирович
Мандельштам Осип Эмильевич
Ходасевич Владислав Фелицианович
Соловьев Владимир Сергеевич
Кузмин Михаил Алексеевич
Поплавский Борис Юлианович
Кедрин Дмитрий Борисович
Мережковский Дмитрий Сергеевич "Д. М."
Плещеев Алексей Николаевич
Тютчев Федор Иванович
Апухтин Алексей Николаевич
Вознесенский Андрей Андреевич
Рождественский Роберт Иванович
Евтушенко Евгений Александрович
Случевский Константин Константинович
Суриков Иван Захарович
Фет Афанасий Афанасьевич
Жемчужников Алексей Михайлович
Быков Петр Дмитриевич
Сологуб Федор Кузьмич "Тетерников"
 > Снежные стихи > Стр.11
Содержание  
Сохранить
Шрифт
Размер шрифта   


Цвет фона

Цвет шрифта
Очистить
Настройки  
A
A
1
2
3
...
10
11
12
...
27

1901

Мороз

Так ярко звезд горит узор,
Так ясно Млечный Путь струится,
Что занесенный снегом двор
Весь и блестит и фосфорится.
Свет серебристо-голубой,
Свет от созвездий Ориона,
Как в сказке, льется над тобой
На снег морозный с небосклона.
И фосфором дымится снег,
И видно, как мерцает нежно
Твой ледяной душистый мех,
На плечи кинутый небрежно,
Как серьги длинные блестят,
И потемневшие зеницы
С восторгом жадности глядят
Сквозь серебристые ресницы.

1903

«Густой зеленый ельник у дороги…»

Густой зеленый ельник у дороги,
Глубокие пушистые снега.
В них шел олень, могучий, тонконогий,
К спине откинув тяжкие рога.
Вот след его. Здесь натоптал тропинок,
Здесь елку гнул и белым зубом скреб —
И много хвойных крестиков, остинок
Осыпалось с макушки на сугроб.
Вот снова след размеренный и редкий,
И вдруг – прыжок! И далеко в лугу
Теряется собачий гон – и ветки,
Обитые рогами на бегу…
О, как легко он уходил долиной!
Как бешено, в избытке свежих сил,
В стремительности радостно-звериной,
Он красоту от смерти уносил!

1905

Новый год

Ночь прошла за шумной встречей года…
Сколько сладкой муки! Сколько раз
Я ловил, сквозь блеск огней и говор,
Быстрый взгляд твоих влюбленных глаз!
Вышли мы, когда уже светало
И в церквах затеплились огни…
О, как мы любили! Как томились!
Но и здесь мы были не одни.
Молча шла ты об руку со мною
Посредине улиц. Городок
Точно вымер. Мягко веял влажный
Тающего снега холодок…
Но подъезд уж близок. Вот и двери…
О, прощальный милый взгляд! «Хоть раз,
Только раз прильнуть к тебе всем сердцем
В этот ранний, в этот сладкий час!»
Но сестра стоит, глядит бесстрастно.
«Доброй ночи!» Сдержанный поклон,
Стук дверей – и я один. Молчанье,
Бледный сумрак, предрассветный звон…

<1906>

Михаил Кузмин

«Снега покрыли гладкие равнины…»

Снега покрыли гладкие равнины,
Едва заметен санок первый след,
Румянец нежный льет закатный свет,
Окрася розою холмов вершины.
Ездок плетется в дальние путины,
И песня льется, песня прошлых бед, —
Простой и древний скуки амулет, —
Она развеет ждущие кручины!
Зимы студеной сладко мне начало,
Нас сочетала строгая пора.
Яснеет небо, блекнет покрывало.
Каким весельем рог трубит: «Пора!»
О, друг мой милый, как спокойны мысли!
В окне узоры райские повисли.

<1912>

Новый год

Мы ждем, и радостны, и робки,
Какой сюрприз нам упадет
Из той таинственной коробки,
Что носит имя: Новый год.
Какая рампа, что за рама
Нам расцветет на этот раз:
Испанская ли мелодрама
Иль воровской роман Жиль Блаз?
Заплачем ли, ломая руки,
Порхнем ли, милы и просты?
Но пусть не будет только скуки,
Тупой и хмурой суеты.
Тоскливых мин, морщин не надо,
Уж свежий ветер пробежал,
Пусть будет лучше серенада,
Притон игорный и кинжал!
Кому же в смене жизни зыбкой
Святой покой в душе залег,
Тот знает с мудрою улыбкой,
Что это все напел Лекок.

<1913>

Волхвы

Тайноведением веры
Те, что были на часах,
Тихий свет святой пещеры
Прочитали в небесах.
Тот же луч блеснул, ликуя,
Простодушным пастухам.
Ангел с неба: «Аллилуйя!
Возвещаю милость вам».
Вот с таинственнейшим даром,
На звезду направя взор,
Валтассар идет с Каспаром,
Следом смутный Мельхиор.
Тщетно бредит царь угрозой,
Туча тьмою напряглась:
Над вертепом верной розой
Стая ангелов взвилась.
И, забыв о дальнем доме,
Преклонились и глядят,
Как сияет на соломе
Божий Сын среди телят.
Не забудем, не забыли
Мы ночной канунный путь,
Пастухи ли мы, волхвы ли —
К яслям мы должны прильнуть!
За звездою изумрудной
Тайной все идем тропой,
Простецы с душою мудрой,
Мудрецы с душой простой.

1913

«Великое приходит просто…»

Великое приходит просто
И радостно, почти шутя,
Но вдруг спадает с глаз короста,
И видишь новыми зрачками,
Как новозданное дитя.
Не шлет вестей нам барабаном,
Трубач пред ним не трубит вскачь.
Подобно утренним туманам,
Спадает с солнца пеленами!
Прими, молись и сладко плачь,
Чтоб небо снизошло на землю
И духу плоть дала приют, —
Земля дохнула тихо: «Внемлю»,
Звезда цветет, и с пастухами
Свирельно ангелы поют.
11
Перейти к описанию Предыдущая страница Следующая страница
{"b":"952781","o":1}