Литмир - Электронная Библиотека
Литмир - Электронная Библиотека > Льдов Константин НиколаевичЕвтушенко Евгений Александрович
Вознесенский Андрей Андреевич
Северянин Игорь Васильевич
Белый Андрей
Бенедиктов Владимир Григорьевич
Мережковский Дмитрий Сергеевич "Д. М."
Хомяков Алексей Степанович
Блок Александр Александрович
Державин Гавриил Романович
Быков Петр Дмитриевич
Брюсов Валерий Яковлевич
Коринфский Аполлон Аполлонович
Тютчев Федор Иванович
Герцык Аделаида Казимировна
Иванов Георгий Владимирович
Есенин Сергей Александрович
Цветаева Марина Ивановна
Сологуб Федор Кузьмич "Тетерников"
Пушкин Александр Сергеевич
Жемчужников Алексей Михайлович
Надсон Семен Яковлевич
Мандельштам Осип Эмильевич
Ходасевич Владислав Фелицианович
Достоевский Федор Михайлович
Самойлов Давид Самойлович
Бунин Иван Алексеевич
Рождественский Роберт Иванович
Балтрушайтис Юргис Казимирович
Случевский Константин Константинович
Твардовский Александр Трифонович
Гиппиус Зинаида Николаевна
Соловьев Владимир Сергеевич
Поплавский Борис Юлианович
Кедрин Дмитрий Борисович
Плещеев Алексей Николаевич
Фет Афанасий Афанасьевич
Фофанов Константин Михайлович
Апухтин Алексей Николаевич
Кузмин Михаил Алексеевич
Суриков Иван Захарович
Соловьева Поликсена
Бальмонт Константин Дмитриевич "Гридинский"
 > Снежные стихи > Стр.24
Содержание  
Сохранить
Шрифт
Размер шрифта   


Цвет фона

Цвет шрифта
Очистить
Настройки  
A
A
1
2
3
...
23
24
25
...
27

Декабрь 1914

«Новый год. Ворох роз…»

Новый год. Ворох роз.
Старый лорд в богатой раме.
Ты мне ленточку принес?
Дэзи стала знатной дамой.
С длинных крыл – натечет.
Мне не надо красной ленты.
Здесь не больно почет
Серафимам и студентам.
Что? Один не уйдешь,
Увези меня на Мальту.
Та же наглость и то ж
Несравненное контральто!
Новый год! Новый год!
Чек на Смитсона в букете!
– Алчет у моих ворот
Зябкий серафим Россетти!

10 ноября 1918

Новогодняя

(вторая)

С. Э.

Тот – вздохом взлелеянный,
Те – жестоки и смуглы.
Залетного лебедя
Не обижают орлы.
К орлам – не по записи:
Кто залетел – тот и брат!
Вольна наша трапеза,
Дик новогодний обряд.
Гуляй, пока хочется,
В гостях у орла!
Мы – вольные летчики,
Наш знак – два крыла!
Под гулкими сводами
Бои: взгляд о взгляд, сталь об сталь.
То ночь новогодняя
Бьет хрусталем о хрусталь.
Попарное звяканье
Судеб: взгляд о взгляд, грань о грань.
Очами невнятными
Один – в новогоднюю рань…
Не пей, коль не хочется!
Гуляй вдоль стола!
Мы – вольные летчики,
Наш знак – два крыла!
Соборной лавиною
На лбы – новогодний обвал.
Тоска лебединая,
В очах твоих Дон ночевал.
Тоска лебединая,
Протяжная – к родине – цепь…
Мы знаем единую
Твою, – не донская ли степь?
Лети, куда хочется!
На то и стрела!
Мы – вольные летчики,
Наш век – два крыла!

18 января 1922

Борис Поплавский

«Il neige sur la ville»[2]

Страшно в бездне. Снег идет над миром.
От нездешней боли все молчит.
Быстро, тайно к мирозданью Лиры
Солнце зимнее спешит.
Тишина сошла на снежный город,
Фонари горят едва заметно.
Где-то долгий паровозный голос
Над пустыней мчится безответно.
Скрыться в снег. Спастись от грубых
                                                     взглядов.
Жизнь во мраке скоротать, в углу.
Отдохнуть от ледяного ада
Страшных глаз, прикованных ко злу.
Там за домом городской заставы,
Где сады на кладбище похожи,
Улицы полны больных, усталых,
Разодетых к празднику прохожих.
Снег идет. Закрыться одеялом,
Рано лампу тусклую зажечь,
Что-нибудь перечитать устало,
Что-нибудь во тьме поесть и лечь.
Спать. Уснуть. Как страшно одиноким.
Я не в силах. Отхожу во сны.
Оставляю этот мир жестоким,
Ярким, жадным, грубым, остальным.
Мы же здесь наплачемся, устанем,
Отойдем ко сну, а там во сне,
Может быть, иное солнце встанет,
Может быть, иного солнца нет.
Друг, снесемте лампы в подземелье,
Перед сном внизу поговорим.
Там над нами страшное веселье,
Мертвые огни, войска и Рим.
Мы ж, как хлеб под мерзлою землею,
В полусне печали подождем,
Ласточку, что черною стрелою
Пролетит под проливным дождем.

Дмитрий Кедрин

Станция зима

Говорят, что есть в глухой Сибири
Маленькая станция Зима.
Там сугробы метра в три-четыре
Заметают низкие дома.
В ту лесную глушь еще ни разу
Не летал немецкий самолет.
Там лишь сторож ночью у лабазов
Костылем в сухую доску бьет.
Там порой увидишь, как морошку
Из-под снега выкопал медведь.
У незатемненного окошка
Можно от чайку осоловеть.
Там судьба людская, точно нитка,
Не спеша бежит с веретена.
Ни одна тяжелая зенитка
В том краю далеком не слышна.
Там крепки бревенчатые срубы,
Тяжелы дубовые кряжи.
Сибирячек розовые губы
В том краю по-прежнему свежи.
В старых дуплах тьму лесных орехов
Белки запасают до весны…
Я б на эту станцию поехал
Отдохнуть от грохота войны.

1941

«Скинуло кафтан зеленый лето…»

Скинуло кафтан зеленый лето,
Отсвистели жаворонки всласть.
Осень, в шубу желтую одета,
По лесам с метелкою прошлась,
Чтоб вошла рачительной хозяйкой
В снежные лесные терема
Щеголиха в белой разлетайке —
Русская румяная зима!

1942

«Ночь поземкою частой…»

Кайсыну Кулиеву

вернуться

2

Il neige sur la ville – по городу идет снег (фр.).

24
Перейти к описанию Предыдущая страница Следующая страница
{"b":"952781","o":1}