Титан немедленно направил разведывательный отряд, ожидая очередной провокации со стороны военных. Но предварительный доклад удивил всех членов Совета.

"Не военные," — сообщил командир разведки. — "Гражданские. Вооружены примитивно — охотничьи ружья, самодельное оружие. Перемещаются организованно, но открыто. Не скрываются."

Антон лично просматривал изображения с дронов-наблюдателей, запущенных над группой. Люди двигались пешком, несколько повозок с припасами тянули лошади. Многие несли белые флаги — универсальный символ мирных намерений.

— Интересно, — задумчиво произнёс Антон. — Они идут прямо к нам. Намеренно.

— Самоубийцы? — хмыкнул Титан. — Или приманка для ловушки?

"Я не ощущаю враждебных намерений," — телепатически сообщил Нексус. — "Их эмоциональный фон... сложный. Страх, надежда, решимость. Но не агрессия."

— Возможно, они ищут убежища, — предположила Елена. — Беженцы из других районов.

Антон внимательно изучал лидера группы — высокого мужчину с окладистой седой бородой, одетого в нечто похожее на стилизованную древнерусскую рубаху, расшитую традиционными узорами.

— Реконструкторы, — неожиданно произнёс он. — Историческое общество, воссоздающее быт и культуру древней Руси. Я помню их с доапокалиптических времён. Они регулярно проводили фестивали в городском парке.

Эти воспоминания, всплывшие из глубин человеческого прошлого Антона, удивили остальных членов Совета. В последнее время он редко обращался к своей прежней жизни, предпочитая опираться на поглощённые знания и опыт.

— Что им нужно от нас? — нахмурился Титан.

— Узнаем, — решил Антон. — Я встречу их лично.

Елена внимательно посмотрела на него:

— Ты уверен? После последних... инцидентов твой облик может быть слишком шокирующим для обычных людей.

Действительно, внешность Антона продолжала эволюционировать в пугающем направлении. Костяная броня, металлические вкрапления, частично трансформируемые конечности — всё это делало его похожим скорее на биомеханического демона, чем на гуманоидное существо.

— Именно поэтому я должен встретить их лично, — холодно улыбнулся он. — Пусть сразу поймут, с кем имеют дело. Никаких иллюзий, никаких недоразумений.

Титан издал одобрительный рык:

"Демонстрация силы. Психологическое доминирование. Правильно."

***

Встреча произошла у восточных ворот колонии — массивной конструкции из стали и бетона, украшенной символическими изображениями грибницы — переплетёнными волокнами, формирующими подобие нервной системы.

Антон восседал на возвышении, созданном специально для таких случаев — троне, вырезанном из цельного куска ископаемого дерева, инкрустированном металлом и живыми волокнами грибницы, пульсирующими в такт его сердцебиению.

По обе стороны от него стояли Елена и Нексус, за спиной — Титан с отрядом элитных воинов. Картина явно рассчитанная на психологический эффект: демонстрация не только силы, но и иерархии, порядка, организованности.

Ворота медленно раскрылись, и группа людей вошла на территорию колонии. Они двигались с опаской, но без паники, сохраняя порядок и дисциплину. Женщины и дети держались в центре группы, мужчины с оружием — по периметру.

Бородатый предводитель выступил вперёд и, к удивлению встречающих, низко поклонился, почти касаясь земли.

— Приветствуем Владыку Новой Жизни и его приближённых, — произнёс он звучным голосом опытного оратора. — Я Святогор, старейшина общины Возрождённой Руси, пришёл просить защиты и покровительства для моего народа.

Антон слегка наклонил голову, изучая человека перед собой. Реконструкторы всегда казались ему чудаками, романтиками, оторванными от реальности. Но после апокалипсиса их навыки выживания в условиях, приближенных к средневековым, оказались неожиданно актуальными.

— Зачем вам моя защита? — спросил он, намеренно игнорируя странное обращение "Владыка Новой Жизни". — У людей есть военные зоны, гораздо более подходящие для ваших нужд.

Святогор выпрямился, его глаза смотрели прямо и твёрдо:

— Военные зоны — это клетки, не дома. Там нет свободы. Нет будущего. Только выживание под постоянным контролем, в страхе и подчинении.

Он сделал широкий жест, обводя рукой свою общину:

— Мы искатели нового пути. Старый мир пал, и мы не цепляемся за его останки. Мы строим новый — с новыми законами, новыми отношениями, новой духовностью.

Антон подался вперёд, заинтригованный этой речью:

— И вы считаете, что постчеловеческая колония — подходящее место для такого строительства?

— Мы считаем, что будущее — за сотрудничеством, не конфронтацией, — твёрдо ответил Святогор. — Старое человечество обречено. Новые формы жизни неизбежно займут его место. Мудрость в том, чтобы принять этот факт и найти своё место в изменившемся мире.

Он снова поклонился:

— Мы предлагаем вам верную службу. Наши умения, наш труд, наши знания. Взамен просим лишь защиты и права жить по своим обычаям, не противоречащим законам вашей... державы.

Елена с явным интересом наблюдала за этой беседой. В последнее время Антон относился к любым контактам с людьми с холодным прагматизмом, видя в них либо потенциальную угрозу, либо источник ресурсов. Этот случай был необычным, вызвавшим в нём нечто, похожее на любопытство.

— Какие умения вы можете предложить колонии? — спросил Антон, подбирая более нейтральный термин вместо слова "держава".

— Мы сохранили и развили древние ремёсла, — с гордостью ответил Святогор. — Кузнечное дело, деревообработка, ткачество, гончарное мастерство. Мы выращиваем пищу по органическим технологиям, без химии и генной модификации. Наши целители знают свойства трав и природных лекарств.

Он на мгновение замялся, затем добавил тише:

— А ещё... мы развили собственную духовную практику. Соединение древнеславянских традиций с новым пониманием мира после падения. Мы видим в вашем появлении не проклятие, а новый эволюционный этап. Неизбежный, предначертанный.

Антон обменялся быстрыми взглядами с другими членами Совета. Эти люди предлагали нечто необычное — не просто рабскую службу из страха, но осознанное сотрудничество, основанное на своеобразной философии эволюционного детерминизма.

"Они искренни," — подтвердил Нексус. — "Их лидер действительно верит в то, что говорит. Как и большинство последователей."

Титан выглядел скептически:

"Не вижу практической пользы. Защищать слабых, тратить ресурсы..."