По воспоминаниям самых старых и матёрых волков, лишь Лорд Волдеморт обладал искусством управления Адским огнём так же как глава Отдела тайн.

Держать пламя, готовое пожрать даже своего творца. Не только грубая сила. Но и подлинное искусство и мастерство. Метко направлять удары, безупречно контролируя его в этом опасном обличье.

Впервые мракоборцы и невыразимцы стали свидетелями истинного величия своих предводителей, узрев безмерную мощь.

Ободрённые, они рвались в бой. В ряды неупокоенных, попираемых адским огнём и взрывными заклинаниями. Они следовали за своими лидерами, готовые ступить даже в недра ада. Единое, живое целое из двухсот боевых магов — это мощь, с которой должен считаться противник. Иначе — горе этому глупцу.

До некроманта оставалось не более полусотни метров и лишь горстка из двадцати Вожаков гончих преградила им путь.

Когда Добби принёс мел, свечи и меч, я, охваченный сомнениями, начал рисовать пентакль. Эта работа требовала предельной точности и внимательности; любая ошибка могла стать роковой. Медленно, с частыми перерывами на отдых, я продолжал свой труд. Отправил Добби обратно в поместье, приказав ему быть готовым ко всему. Меня грело осознание того, что рядом есть существо, готовое следовать за мной, несмотря ни на что.

Сейчас я занимаюсь созданием этого ритуала. Правильно ли это? На этот вопрос вряд ли кто-то может дать ответ. Был ли другой путь? Возможно. Я мог бы поделиться своими планами с Тэдом, Роном и Малфоем. Однако, даже если бы они попытались закрыть границы, это не решило бы проблему полностью.

Преступники, как крысы, нашли бы убежище, а паутина их связей осталась бы невредимой. Закрытие границ лишь на время остановило бы поставки «товара».

Но через несколько лет, а возможно, и десятилетий, криминальная сеть восстановилась бы в Англии. Снова угрожая Министерству магии. Это могло бы привести к катастрофическим последствиям. Сейчас единственное, что удерживает Великобританию от краха, — это четыре ключевые фигуры: министр, глава Визенгамота, главы ДМП и Отдела Тайн. Их предшественники могли оказаться менее честными и отменить регулярные проверки двух важнейших структур страны — силовой и логистической.

Нет. Необходимо действовать на грани безумия. Жёстко выжечь с корнями весь гнойник, покрывающий нашу страну. Затем, затем последует мой второй удар, от которого враги не оправятся. Наш план не блещет гениальностью или хитроумными манёврами, нет запасного варианта.

Лишь два шага:

Мой первый удар, и демон позаботится о том, чтобы никто из "товара" не пострадал. Почему же демон сам не вмешается? Все просто: если он откровенно и явно вторгнется в судьбы множества людей, мы окажемся стёрты в пыль руками не-падших. Через несколько дней последует шаг, после которого конец этой преступной сети будет неизбежен. Этот шаг я обдумывал ещё во времена жизни у Мастера; теперь он станет глобальнее и разрушительнее. Мои мысли вернулись к тому как он смог меня убедить.

— Отдай, отдай мне души этих грешников. Ты можешь это сделать, они умрут по твоему приказу. Не я же Глас и Воля самой Смерти. В этом случае, я имею право на скромное вмешательство, — демон улыбнулся, но в его глазах горел очень алчный и страшный огонь. Я едва удержался от того, чтобы отвести взгляд. — В момент твоего удара, весь «товар» окажется в подвале, а грешники наверху не уйдут от кары. Небеса не вмешаются, ведь это ты действуешь. Я лишь соберу души, которых ты отдашь. Прекрасный план!

План демона, несмотря на свою простоту, вполне логичен; в этой элементарной прямолинейности кроется шанс на успех. Главное — не допускать ошибок. Работай, некромант, работай. Не отвлекайся на посёлок, не погружайся в его красочное цветение. Не прислушивайся к радостным крикам и смеху детей, который доносится даже до кладбища. Не обращай внимания на весёлое щебетание птиц, верный лай собак и неясную симфонию насекомых. Работай, некромант, работай. Годрикова лощина.

— По твоим глазам вижу, ты готов. Используй ритуальные убийства. Позволь подсказать, где черпать силу. Годрикова лощина. Подожди! — подняв руку в останавливающем месте и вовремя. Вокруг нас закружился невидимый океан магии. Разумеется, я не намерен погубить целый город ради целей, к которым мы, будь то на воле или в неволе, оба стремимся! Никогда! И демон очень хорошо ощутил моё молчаливое отрицание.

— Позволь объяснить суть. Хей-хей! Современные поселения с магическим населением надёжно защищены. Город обрамляют циклические рунические барьеры, разделяющие территорию на четыре части. Ты представляешь, насколько это изящно? Даже в расцвете своего могущества я затратил бы уйму сил, чтобы пробиться сквозь эти защитные барьеры. Про тебя и говорить нечего, даже Глас и Воля будут бессильны.

Только после долгих споров я наконец согласился выбрать этот поселок. Это даже символично: здесь начиналась история и так же завершится. Либо наша афера увенчается успехом, либо мы исчезнем в бездне. Проведя последнюю линию, я спокойно выдохнул и выпрямился — работа завершена. Самая лёгкая и спокойная часть подошла к концу.

Единственным лучом, лежащим на стороне света, был северный. Три луча спускались сверху, четыре поднимались снизу, образуя семилучевую звезду, бережно обрамленную кругами. Внешний круг, касаясь лишь вершин звезды, плавно переходил в линию внешнего контура. Внутренний круг, предстояло занять магу. Восемь чёрных свечей, не задевая внешний круг и гептаграмму, заняли свои места по всем полюсам горизонта, начиная с севера и заканчивая северо-западом. Если провести из внутреннего круга пары лучей к свечам, возникнет восьмилучевая звезда.

Сосредоточившись, волевым усилием я зажигаю все свечи одновременно. Не дай богиня, маг допустит ошибку в поджоге, даже малейшую. Внешний круг и свечи служат опорой для конденсации магической энергии и защитой от случайных всплесков агрессивной магии. Если зажечь даже одну свечу хоть на секунду позже остальных, вся местность будет сметена выбросом чистой магии. Объемы получаемой силы в ритуальной магии безмерны, но плата за них всегда велика.

Будь что будет. Пора начинать. В правую руку влетел призванный Экскалибур, приятно скрипнув в ладони. После короткого отдыха я с вздохом встал во внутренний круг, расправив руки. Успокойся, так нужно. Вдох-выдох.

— Гарри! Остановись!

Сердце моё замерло и забилось учащённо. Только не ты, прошу, только не это. За что мне такое испытание?

Перед глазами промелькнули образы радостного прошлого: как мы гуляли, смеялись, просто были счастливы, живя друг для друга. А теперь, окутанная мягким, тёплым светом белоснежных крыльев, Дора умоляюще тянула ко мне руку. Хм, мы уже проходили через это, и тогда я выбрал свой путь! — Я знаю о вашем плане, и мы понимаем, к чему он приведет. Ты погружаешь мир в бездну хаоса и безумия, Гарри. Не делай этого. Из-за тебя на Земле начнется время крови.

— Время крови? Так скажи мне, родная, — зло сжав кулаки, я отвёл взгляд на посёлок. Не вовремя ты пришла, о, как не вовремя, ангел. — Раз вы знаете о нашем плане, вы слышали о том, что творится сейчас в нашем мире? По всей Земле?

—Конечно, мы знали, но не могли вмешаться. Мы не можем.

— Не могли? Ложь! Ты вмешиваешься в мою жизнь. Прямое вмешательство. Разве нет? — Чувство боли и скорби сменилось нарастающей, душащей злостью. Даже обидой, ведь ангелы не спасли никого из похищенных. Никого.

Краем глаза замечаю гримасу скорби и слёзы на лице Доры. Может, они действительно не могут вмешаться? Вряд ли такие эмоции можно воспроизвести ложно.

— Да, не могли! — Вскинув голову, Дора с полными слёз глазами смотрела на меня. — Бог даровал людям то, чего у нас нет. Свободу. Это величайшее благо. И наказал нам не вмешиваться, пока не начнется, хм, судный день. Иначе разразится война с падшими, и все двери им будут открыты. Этот мир обратится в прах. А ты, ты и так уже не человек. Разве не помнишь?