На мгновение мне хотелось задать ему вопросы, но домовой, ведомый неугасимым стремлением тащил меня в глубь мэнора. Заставляя меня с недоумением и тихим смехом, задуматься о том, что скрывается за этой комичной сценой. К сожалению, зелью требовалось ещё как минимум пять минут, чтобы восстановить мои голосовые связки. За это время, пока зелье делало своё дело, мы, наконец, добежали до неприметной двери.

Отряхнув мою мантию, эльф толкнул меня в сторону двери. Хотя ростом был мне по пояс, всё же дотянулся до моей спины, словно прыгал, что ли? Сумасшедший эльф. Такое ощущение, будто я живу в дурдоме: то эксцентричные семейки, то безумные эльфы.

Пока я пытался осмыслить странное поведение моего слуги, этот ловкач, так и не произнёсший ни слова за всё время нашего бега, уже исчез.

— Кхрр… чёртов эльф… совсем от рук отбился… — закашлявшись от неприятных ощущений, всё же это неприятно. Когда только что сорванные связки восстанавливаются. С недовольством, но с примесью нежности, шепчу себе, тихим шёпотом, об озорном поведении эльфа.

Добби, о, Добби! мы прошли длинный путь, усеянный моментами где и обретается дружба. От его смелых и опасных попыток спасти меня на втором курсе в Хогвартсе до решительных действий в Малфой-мэноре, где он едва не пал жертвой, заслоняя меня от летящего кинжала.

К счастью, я тогда не догадывался о его преданности, но он считал меня своим хозяином. И магия откликнулось на эту связь, невидимой нитью переплетая наши души, нашу магию. Каждый считает связь между домовиками и магами по своему. Именно благодаря ей я сумел исцелить его. А уж что говорить о том, как он и Кричер, словно настоящие стражи, вели домовиков в бой под стенами замка! Это были настоящие воины и верные друзья, как Рон. В их храбрости и преданности я никогда не сомневался. Они стали опорой в самые бурные времена, уже после войны. Для меня: символом верности в мире, полном опасностей и невзгод. Каждый из них, доблестный и преданный, стал неотъемлемой частью моей истории, оставив неизгладимый след в сердце.

Но хватит предаваться воспоминаниям. Успокоившись, я глубоко выдохнул и, наконец, вступил в комнату.

Нет, это был зал. Длинный, пустынный зал! Лишь стены, одинокий читальный столик и картины окружали меня, но сами картины были абсолютно безжизненны. Продвигаясь к его концу, я наткнулся на три полотна, которыми прерывалась эта бесконечная живописная галерея. Присмотревшись, смог различить каллиграфически написанные имена: Антиох, Кадм, Игнотус. Каждый из этих имен словно шептал о прошлом, о тайнах и потерянных историях, которые навсегда остались запечатленными в виде тишины.

Дак вот что имел в виду Добби! Это же Зал Предков, таинственное место, обладающее несомненной важностью для всех магических родов. Здесь, в этом священном зале, предстает перед взором род, не живых и не мёртвых — слепки душ, ушедших из мира, но не покинувших нас окончательно. Однако мысли мои прервала тихий, словно шёпот ветра, вкрадчивый голос с последней картины.

— Так, так. Кого же я вижу? Гарри Джеймс Поттер, последний наследник Идущих по Её пути… — с картины, на меня смотрела точная моя копия, только без шрама.

В его волосах блестели седые пряди, а на лице читалась мудрость, которую не могло скрыть время: глаза, полные знаний, внимательнейшим образом изучали каждую мою черту.

— Я ждал тебя долго, мой потомок. Уже потерял всю надежду, но теперь рад что зря беспокоился. Зачем ты пришёл, мальчик?

Если честно, я растерялся. То он рад меня видеть, то спрашивает, зачем я пришёл… меня окружают одни психи. Надеюсь, это не заразно. Уж во всяком случае, не такого вопроса я ожидал прямо с порога.

— Да-а, не так я представлял своего потомка, — с преувеличенным вздохом и покачиванием головы произнес Игнотус, устремляя на меня взыскательный взгляд.

Да он же издевается! Увидев, как в моих глазах вспыхивает гнев, этот… предок разразился смехом, подняв руки в знак примирения.

— Прости, Гарри, я слишком долго томился в одиночестве и взаперти. И, пусть это лишь крошечная песчинка моей души, я ощущаю себя полноценным человеком. Итак, ты пришёл отомстить за смерть своей невесты? Стать Тёмным Лордом? Или, быть может, продолжить жалостливо хныкать о своей судьбе?

Откуда этот старец знает всё!? Вряд ли ему читают или приносят сюда «Пророк» для коротаний вечеров.

— Вежливость! Молодой человек! Вежливость — первое и главное оружие мужчины. И не надейтесь, я не так стар; это всё тяжёлое детство и святая матерь-церковь. Будь она проклята, — с улыбкой Игнотус снова покачал головой. — Вы для меня как открытая книга: все ваши мечты, надежды, вся жизнь. Так что не стесняйтесь, говорите со мной начистоту. Всё равно после нашего разговора, если он будет плодотворным, я исчезну с этого холста.

— Куда же ты исчезнешь? — механически спрашиваю своего предка. Очень неприятно, когда понимаешь, что всю твою жизнь наблюдали, словно за самым захватывающим фильмом. И при этом ещё потешаются. Старый… мозгоклюй.

— Как грубо, я, можно сказать, породил тебя. Нехорошо так говорить о своём заботливом предке, — улыбаясь на моё неприкрытое возмущение, он, тем не менее, после короткой паузы решил ответить.

— Видишь ли, Гарри, наш род знаменит тем, что является, м-м-м, фаворитом Госпожи вьюги и холода. Это, однако, лишь частичная правда. Она лично воскресила пятилетнего умирающего мальчика, и имя ему: Артур Пендрагон! Великий правитель Камелота и основатель рода «Идущих по пути Смерти». Так вот, наши образы сохраняются на полотнах до тех пор, пока наш род жив и пока наследник не принимает бразды правления. Как видишь, мы с тобой последние, и ты с невероятным упорством с детства попадал в неприятности, ставя под угрозу наше существование. Ты помнишь снег, который падал сегодня, когда ты переживал сильный прилив эмоций?

Вдохнув, он с ожиданием стал ждать моего сдержанного кивка.

— Я тебя поздравляю, на тебя обратила внимание наша богиня и повелительница. Это бремя легло на мои плечи в обществе братьев и короля Артура. Это почёт, но и тяжелейшая ноша. Сознавая, что мы сделали в этом мире, возлагаю надежды на твои великие свершения. Но не обольщайся должным образом. Ты все еще ответишь за свои… необдуманные похождения пред госпожой. Не мне тебя судить.

— Э-э, что? Ответить? — поймав мой ошеломлённый взгляд, мой предок разразился тирадой:

— А ты, юнец, действительно полагал, что попал в сказку? Да? Наш род не случайно носит своё имя! Наша владычица Мара Светлейшая, одна из самых могущественных богинь славянского пантеона! Она богиня холода и зимней стужи, воплощение самой зимы. Но не только это: она также олицетворяет плодородие и щедрость урожая. И, наконец, самое важное: она является богиней правосудия, справедливости и смерти. Ни один из божеств не обладал столь многогранными предназначениями! Без сомнения, имелись более могущественные силы, но никто из них не имел столь значимого влияния на жизнь славян, как она. Мара — это тот свет, что ведет и очищает; тот холод, что обнимает и защищает, а её справедливость — это истина, что находит и вознаграждает. Она не просто божество, она — суть нашего бытия.

Я уже открыл рот, но Игнотус продолжал говорить всё быстрее и быстрее. Изливая свою душу.