— Давайте Светлана Ивановна, раздевайтесь и ложитесь на кресло, а мне пока позвольте задать пару вопросов. — милая женщина, чуть старше меня, не думаю, что на много, лет на пять не больше. Мария Львовна кажется, не опозориться бы, с именами у меня туго. Но говорят врач от бога.
— Можно без отчества.
— Как скажите. Как давно были у гинеколога.
— Стыдно признаться, но очень давно, два с половиной года точно. Я переехала сюда два года назад по работе, и всё… как-то некогда было.
— Не хорошо, но думаю не смертельно. Когда была последняя менструация?
— Третьего июня.
— Как предохраняемся.
— Ни как…, хух. То есть, у меня стоял укол, но его срок кончился месяцев восемь назад. Постоянного партнера нет, да и вообще их нет, я не стала заморачиваться.
— Задержка есть, в четыре дня…
— Не совсем так, у меня цикл не то чтобы не регулярный, но колеблется от двадцати восьми до тридцати дней.
— Но она есть. — женщина приспускает очки смотря как я карабкаюсь в кресло.
— Да. — ух, уселась. Мария Львовна, надевает перчатки и не перестает на меня пристально смотреть.
— За этот период, от вашей последней менструации до сегодняшнего дня был незащищённый половой акт. — вот чёрт, этого то я и боялась. Знала, помнила, но в душе тешила себя, не пойми чем, Надеждой, что ли.
— Был, но дни были безопасные, я проверила по календарю. — она усмехается, я рассмешила врача.
— А у ваших яичников тоже есть телефон с приложение, они по нему сверяются, чтоб вас не подвести.
— Господи, я дура да.
— Нет, моя дорогая, вы всего лишь женщина. — прикрываю глаза, для надежности даже рукой.
— Ну что там? — глупея я себя ещё не чувствовала, нет чувствовала в классе восьмом…
— Ну, привет вам от туда, никто не передавал. — и на том спасибо. — Самый простой способ узнать, беременны вы или нет, это тест. Самый точный анализ на ХГЧ, который вы сейчас пойдёте и сделаете. Ели сегодня, что-нибудь?
— Нет, догадывалась, что придётся кровь сдавать.
— Вот и замечательно. Одевайтесь. — сползаю с кресла, в теле лёгкий триммер. — я взяла стандартный мазок, пока ограничимся общими анализами. Я написала ускоренный, минут двадцать, тридцать придётся подождать и опять ко мне.
Бреду в процедурный кабинет, в ноги как свинца налили, ещё и каблуки долбанные. Хорошо, что в частных клиниках есть кафе, пережду здесь, выпью кофейку, съем что-нибудь. А если беременна, кофе кажись нельзя. Глупости, там может киста какая или миома. Господи, прости меня дуру грешную, что я несу. Болезнь, лучше ребёнка. Может в церковь сходить. Вот Ириска родит, и пойду, их Пелагею крестить.
Блин, а Саныч, не сегодня ли прилетает. Даже если сегодня, не попрётся же сразу в ресторан, хотя кто его знает. Ну и пусть, нет меня, на больничном я. Хоть бы Криска, со всем справилась. Седьмого закрытый вечер, для самых близких, восьмого открытый, для посетителей. Бронь полная, это хорошо. Михаил должен представить новое, авторское блюдо.
Дашку я совсем забросила, с этой суетой. Ничего, пусть чуток, потерпит, возьму выходные, после празднования, на три дня. Везде с ней походим, и на пляж съездим, и в торговый центр, за конструктором, куда она меня каждый день зовёт.
Да, круассаны здесь конечно, отвратные, или меня наш кондитер избаловал. Пора, двадцать пять минут прошло. Ели что, посижу, подожду в коридоре.
— Скажите, Мария Львовна, а если… там что-то серьёзное… ну… буф, мне надо будет делать УЗИ, рентген, вскрытие… — смеётся, я в который раз насмешила доктора. Да такого пациента у неё ещё не было.
— Давайте, всё же сначала рассмотрим наиболее вероятную причину. Очень надеюсь, что до вскрытия вам ещё очень далеко. — секунды, которые она потратила на открытия файлов, мне казались долгими минутами. — ну что ж моя дорогая, поздравляю, у вас пятая акушерская неделя, вы беременны.
У меня контузия, я даже открываю рот, силясь переспросить, но врач, всё говорит и говорит. Я беременна? Живот в этот момент начало тянуть ещё больше.
— Подождите, у меня живот тянет.
— Как давно?
— Дней пять, может неделю.
— Сейчас я вам назначу препараты и полный покой. В ближайшее время пройдем дополнительные анализы. Вставать на учёт можно и с десяти, одиннадцати недель, но раз тянет, лучше раньше. — замолкает, смотрит на ошарашенную меня. Что там у меня на лице такое. — Если конечно вы будите вставать на учёт. Мы сохраняем беременность?
Несколько дней на раздумья, хорошее питание и полный покой. Вот он, нам только снится. Я стараюсь, как могу. Стараюсь не думать о своём интересном положении, работаю, готовлюсь, встречаю гостей, как будто оно само там рассосётся. Но все назначенные лекарства пью, ем как не в себя, и сменила каблуки на лоферы. Восьмого самолёт, унёс Михаила Александровича восвояси, а девятого у меня выходной и приём.
Дашка давно дрыхнет, а в моём огромном бокале для вина, виноградный сок. Да, как я докатилась до жизни такой. Поздно пить боржоми, когда почки отказали. Пора признать Светка, мы беременны. Сейчас пониже пупка, в нашем организме развивается, растёт, другой человек. Наш с тобой ребёнок… ну и Стёпы ещё конечно. Ах, ты бык-осеменитель. Вот всегда от него одни неприятности. Ну, сначала-то приятности. Вот сейчас заткнись. Что делать будем, вынашивать или… тю-тю. Я, кажется, просила заткнуться. Машинально прикрываю живот. Ба, если всё решила, так бы сразу и сказала, будем рожать, чего выёживалась только. Этому, твоему сообщать будем? Не знаю я, пока, ничего не знаю. Ну, подумай, замолкаю.
У меня ипотека и Дашка. Но будут декретные и материнский капитал. Сколько я смогу просидеть с ребёнком дома, год точно. Потом хотя бы на полдня придётся выходить. Детский сад, болезни, больничные. Нужна вторая няня. К тому моменту у меня Дарья уже самостоятельная станет. А Тамара Петровна потянет такого маленького, может другую искать придётся. Жаль.
Пока в моей комнате поживёт, а если будет девочка, к Дашке заселю, а если мальчик, придётся мою уютную гостиную превратить в спальню. Может квартиру побольше взять. Ага, ты мать, похоже, разошлась. Нам бы с этим разобраться, да на твоего недалёкого на алименты подать. Ты масштабы представляешь, это не кукла, это живой человек, и не Дашка, с которой легко можно было работать, тут маленький человечек, полностью зависящей от тебя. А ты одна, ну можешь мать вызвать на первое время, но надолго ли, у неё тоже своя жизнь. И отец у ребёночка нерадивый, неизвестно как новость о беременности воспримет, может к чёрту пошлёт и нужна она тебе тогда будет, это война за алименты? Одна нервотрёпка. Да, заткнись ты уже. А ты меня не затыкай, я правду говорю.
И тут не выдерживаю, реву. Реву так же сильно как в те дни, когда Стёпа отверг мою любовь, когда посмеялся над ней и надо мной. Господи, он наказание моё что ли. Как жить, вот скажите, как жить. Я ведь хотела замуж, хотела семью, любящего человека рядом, я думала, что в декрет буду уходить, с радостью, прикрытая со всех франтов. А получилось. Я устала быть сильной, я хочу быть слабой девочкой, я хочу, чтобы обо мне заботились, меня оберегали. Хочу, хочу, хочу.
Пронзительный всхлип, спрятанный в мою ладонь. Падаю на диван в гостиной, сворачиваюсь калачиком, и реву, до тех пор, пока глаза не опухают. Там и засыпаю, не в силах подняться и пойти на кровать. А утром обнаруживаю кровянистые пятна на нижнем белье. И всё понеслось как на бешённом аттракционе. Моя резус-отрицательная кровь, резус-конфликт, крайне редко осложнения проявляются на ранних сроках, но мой иммунитет, как видимо, решил избавиться от малыша. Моя повторная истерика и госпитализация. Очень не здорово.
Степан
Снова здесь в её ресторане, сижу как нашкодивший мальчишка, оглядываюсь по сторонам. Я обещал ей не приходить, не пересекаться с ней, и стойко держал обещание три недель. И сейчас не пришёл бы, если бы не Серёга. Приехал со свой Элей на отдых и ко мне заодно, а она у него девушка беременная, ей порекомендовали этот ресторан, она всех нас и потащила.
