— Вот и жену тебе сейчас подберём, — включил монитор на панели управления Игнат.

— У меня есть девушка, — нахмурился Саша.

— Мы что действительно будем всего втроем? — оглянулся Зверев.

Корабль мягко завибрировал, и Борис поспешил занять кресло напротив лежащего с закрытыми глазами Саши.

— Выпустите нас отсюда! — орала Лора в дверное смотровое окно, а потом, развернувшись, стучала по двери нижними лапами. — Выпустите!

Дракончики от страха залезли обратно в сумку. Просунув пальцы в смотровое окно, дракониха попыталась расшатать дверь, но та, словно это дверь сейфа, даже не дрогнула. Отойдя на пару шагов, Лора попыталась дверь выбить.

— Разбег маловат! — сделала заключение дракониха и, отлипнув от двери, побежала к стене напротив.

— Лора! — заорал Леон.

Не обращая внимания на дракона, Лора представила себя тараном и начала разбег. Дракон плюнул в неё струёй пара и злость драконихи переключилась. Она резко остановилась и развернулась к висящему пленнику. На полу остались лёгкие царапины светлого цвета.

— Лора, выслушай меня! — достучался он до разума разъяренной драконихи. — Убери детей с поля боевых действий. Это раз. Два, давай поговорим и выработаем общий план.

— Твой план висеть и ждать, — кивнула Лора. — Ты это уже говорил. А я не могу ждать, мне детей надо кормить.

— Поставь сумку в угол слева от меня. Если камеру будут обстреливать, то углы и стены по бокам от двери самые безопасные.

Лора кивнула, подошла к сумке и, аккуратно подняв, перенесла в дальний угол. Сама села рядом и посмотрела на дракона:

— Детям надо есть. В свой первый день они пили кровь человека и воду. И это все. Что мне делать?

— Можно попытаться просить еду для детей. Давить на жалость. Не думаю, что тюремщики нам помогут, но кто знает — может среди них есть матери или драконихи.

— Драконы никогда не пойдут на преступление против других драконов! — возразила Лора.

— Ты плохо знаешь историю, малыш. Драконы воевали между собой. И даже вступали в союз с людьми против других драконов.

— Да не было такого! — возмутилась Лора.

— Я сам участвовал в такой войне. Двести лет назад историю немного подправили, и в новых учебниках много чего нет.

— Я тебе не верю, — пропищала Лора, всхлипнув.

— Вот, давай разрыдайся и иди к двери — детям нужна еда.

— А если не дадут? — тяжело поднялась с пола Лора.

— Ну, человечину они уже ели, поедят драконятину. У меня порвано одно крыло. Рана, правда, засохла, и тебе придётся отгрызать кожу зубами, пережевывать и кормить детей.

— Ты сумасшедший! — возмутилась Лора.

— Это крайний случай. Я просчитываю все варианты. Но больше всего хочу спасти моих детей. Бруно очень ждала их появление на этот свет. Их рождение было условием её благословления.

— В каком плане? Зачем тебе нужно было её благословление? Что ты натворил или собирался натворить?

— Лора.

— Я Лора. А ты зачем стал отцом моих детей? Мама потребовала потому, что Лёпик не мог? Или что? Тебе не кажется, что раз я мать твоих детей, то имею право на правду? Зачем ты заменил в отцовстве моего мужа?

— Он не хотел с тобой детей. И вообще детей не хотел. Но был в его жизни постыдный случай, когда он заключил пари, а протрезвев, струсил. Тогда он побежал к Бруно, а она сказала, что Леон будет бороться за тебя, но когда-нибудь она потребует за это пари расчет.

— Забег на Эйфелеву башню? — вспомнила слухи Лора.

— Да. А когда пришло моё время уйти из этого мира, то Бруно потребовала, чтоб я оставил после себя ребёнка.

— Ты болен? — помолчав некоторое время, спросила Лора.

— Здоров как бык. Неужели Бруно и Хлодвиг тебе не проговорились?

— Ты про что?

— Ясно. Иди, надо просить еду.

Дракон расслабился и, опустив голову, изобразил умирающего.

Лора просила, умоляла, плакала. Стучала лапами в дверь, билась головой, пока не услышала, что по её платью взбирается дракончик. Она подхватила сына на руки и поискала глазами второго ребёнка. Второй малыш лежал возле сумки, не в силах встать на лапы.

— У меня дети от голода умирают! — закричала в смотровое окно Лора и прижалась лбом к железной двери.

— Ешь моё крыло, Лора.

Лора замотала головой и повернулась к дракону:

— Даже в самом страшном сне я не могла представить, что докачусь до такого. Но ради детей…

— Да, Лор, только ради них.

Лора посадила дракончиков на сумку в углу и зашла за спину дракона. Осторожно, стараясь не причинять ему боль, ощупала порванное крыло, принюхалась к ране и громко сглотнула слюну.

— Я, конечно, уверен, что нас освободят, но, на крайний случай, у меня два крыла — хватит на долго, — пошутил дракон.

— Может, начнём тебя есть с краешков, а то вдруг освободят, а мы в тебе дырку проедим.

— Хе-хе, — наигранно рассмеялся дракон. — Думаешь, что в том месте я вкуснее? Ты не прогрызешь не порванное крыло. Кусай!

Лора укусила за зарубцевавшийся край, и кровь попала ей на губы. Инстинктивно облизнувшись, она взяла на руки того сына, которому было хуже и поднесла его к прокусу. Дракончик, вцепившись лапками в крыло, стал слизывать с раны кровь, словно он крупная летучая мышь. Дракон молчал. Лора слышала его глубокое дыхание, но он не проронил ни звука, боясь вспугнуть малышей.

— Рано или поздно, но им понадобится мясо, — вздохнул дракон, когда Лора поменяла детей местами.

Ему ответил электронный сигнал.

— Телефон разрядился. Надо подзарядить, — пробормотала Лора.

— У тебя с собой телефон? — дернулся Леон и цепи издали противный скрип.

— Это не мой. Это Анатоля, которого убил твой брат.

— Лора, вызови полицию, спасателей, или дай я в свою службу безопасности позвоню!

— Подожди, пусть дети поедят. Пять минут ничего не решают.

— Пять минут решают всё! — шепотом закричал Леон. — Сюда через минуту могут войти, забрать телефон и мы сдохнем в этой тюрьме!

— Не ори на меня! — зарычала Лора. — Его всё равно на подзарядку ставить!

— Мгррр! Не глупи, Лора. Минуты решают всё. Я понимаю, что у тебя материнский инстинкт, но сейчас мне хочется тебя стукнуть, чтоб ты начала соображать.

Лора отдернула малыша от крыла, он запищал, а дракон резко втянул в себя воздух.

— Тут такие мелкие буквы и цифры, — пожаловалась Лора, сидя на полу перед драконом, подключая телефон к сумке. — Одна палочка. Сигнал слабый. Полицию?

— Нет. Набирай номер — это с моей работы, они быстрее приедут.

Лора набрала цифры, продиктованные Леоном, и, включив телефон на громкую связь, поднесла его к морде дракона.

— Воинская часть…

— Говорит полковник Леонард Вайц. Начальника охраны по внутреннему номеру — три семерки дельта девять.

— Есть, начальника охраны, — отозвалась трубка. — Переключаю.

— Курц! Слушаю!

— Курц, это Леон Вайц. Я…

— Леон, ты где?! — заорала трубка мужским басом. — Я так и знал! Вот чувствовал, что это не ты, но биометрия…

— Идентична у драконов-близнецов. Забери нас с острова в тихом океане. Тюрьма драконов знаешь где?

— Найду!

— Срочно забери. Убить могут в любой момент. Где Долли?

— Корабль вчера стартанул с тобой на борту.

— Что? — голос Леона сорвался в фальцет.

— Я перезвоню. Сейчас отправлю за тобой спасателей.

С той стороны сбросили вызов, и Лора опустила лапы, державшие телефон и сумку на зарядке. Она вглядывалась в морду дракона, ловя его взгляд, а он, слабо улыбнувшись, прошептал:

— Нас спасут. Теперь даже не сто, а двести процентов.

— Что за корабль? — настороженно спросила Лора, приблизившись настолько близко, что её обдувало его горячим дыханием.

— Почему ты не сказала про телефон сразу? Нас бы уже отсюда давно вытащили и дети не сидели бы голодными.

— Что за корабль? — повторила вопрос Лора.

— Я не могу тебе сказать. Это военная тайна.

— Я мать твоих детей! — заорала Лора. — Что ты там говорил? Бруно убили, чтоб тебя выманить? Значит, я с детьми сейчас в тюрьме потому, что ты, демон хвостатый, в военные тайны играешь? Я тут могу погибнуть из-за тебя! И мои дети умрут от голода из-за тебя! А ты не можешь сказать мне, матери твоих детей, какую-то военную тайну? Эй вы! — Лора рванула к дверям. — Слушайте сюда! Это он знает военную тайну про корабль, а я ничего не знаю. Выпустите меня отсюда с детьми, и я помогу вам его пытать!