Анатоль оглянулся, на стоянку только что сели еще два новеньких блестящих вертолёта, было заметно, что их пилоты пережидали дождь в уютном ангаре.

— Ну, жди, — скривил губы в усмешке Анатоль и сделал пару шагов к новеньким.

— Две сотни! — крикнул ему в спину пилот старой колымаги. Анатоль не замедлил шаг. — Полторы! Дешевле не могу! — голос буквально умолял. Анатоль остановился и повернулся к пилоту. — Честно не могу, — прижал руку к груди с потухшей самокруткой водитель аэротакси.

Вертолёт взлетел и, не набирая высоту, полетел вдоль оживлённой в это время дня дороги.

— За пролёт над городом деньги берут, а если лететь вдоль дорог, то считается, что на машине едешь. В горах, понятное дело, мы взлетим, за это не волнуйтесь.

— Я заплачу две сотни, если информация о полёте не попадет в базу данных.

— Без проблем, — довольно ухмыльнулся пилот и отжал на приборной панели пару кнопок.

Анатоль попросил высадить его на площадке у Гриндельвальдов, забил в записную книжку номер телефона пилота и тот умчался к матюкающейся на стоянке супруге.

«Хорошо, что он работает не на мафию какую-нибудь, а простой пенсионер, решивший подкалымить», — успел подумать Анатоль, как дверь за его спиной приоткрылась.

— Какие-то проблемы, док? — в дверном проеме моргнул желтый драконий глаз.

— Привет, Грин, — приподнял шляпу, здороваясь, Анатоль. — Ты не мог бы меня к Вальцам перенести. Мы с Бруно договаривались, что я приеду.

— Ты не по поводу стрижки? — дверь приоткрылась чуть больше и наружу высунулась голова.

— Да мне тебе спасибо надо сказать — я с такой девушкой познакомился, что теперь от неё бегаю.

Голова дракона нырнула обратно:

— Это хорошо или плохо? — глухо спросил дракон.

— Грин, я не понял — почему ты всего боишься? — Анатоль подошел к приоткрытой двери и посмотрел дракону в глаза.

— Я юрист, знаю законы, и что мне и за что будет. Лучше выглядеть трусом, чем сидеть.

— Очень интересно. Это проф деформация, Грин, у меня она тоже есть. Я вчера сильно разочаровался в девушке, в которую влюбился вчерашним же утром. Разочаровался и сбежал. А ведь я бы, как психолог, дал бы себе совет — поговорить с ней.

— И почему ты не поговорил с ней?

— Мне сперва надо поговорить с Лорой и Бруно.

— Без совета драконих ты не можешь любить девушку? — хмыкнул Грин и открыл дверь настежь.

— Не могу. Её однокурсница грабанула твоих соседей!

В небе блеснула молния, и за ней через несколько секунд прилетел звук грома.

— Как театрально! — усмехнулся дракон.

— И не говори, — кивнул человек. — Перенеси меня, пожалуйста, быстренько. Я и так вымок под дождем, петляя от принцесс и амбала.

Дракон вышел на площадку и стал на все четыре лапы и расправил крылья:

— Ты когда-нибудь летал на драконе? — спросил он у человека и тот отрицательно мотнул головой. — Застегни плащ, ложись по центру, руками обхвати шею, крылья не перекрывай. Ты высокий, ноги поставь мне на бедра задних лап и не ори, пожалуйста.

— Не буду, — пообещал Анатоль, залезая на спину дракона.

Небольшое падение вниз, сильный взмах крыльев, и вот они уже на площадке Вайцов перед курящей сигарету через мундштук Бруно.

Анатоль соскользнул с дракона, сделал шаг, и чуть было не упал с площадки вниз на скалы. Если бы не крик Бруно: «Лови его!» и не поймай его за руку Грин — лежать бы человеку уже разбитым.

Бруно щелчком когтя отправила почти докуренную сигарету туда, куда чуть не улетел Анатоль, подхватила человека под локоть и усадила за стол — на этом же месте он позавчера оплакивал свою растительность, кутаясь в скатерть, которая сегодня опять красовалась на столе своей белизной.

— Грин, кофе будешь? — спросила Бруно, доставая турку.

— Нет, спасибо. Мы только встали, и я шел готовить завтрак. Миранда, конечно, умрет от любопытства, но что-то мне подсказывает, что сейчас начнутся серьезные дела, а моя любопытная супруга страсть как любит поболтать по секрету всему свету.

— Не греши на неё, Грин, — из глубины пещеры пришла Лора. — Доброе утро, док.

— Доброе. А с чего вы вдруг решили меня так называть — док?

Лора отвела взгляд и молча ушла в пещеру.

— Мне пора, — Грин на этот раз не соскальзывал вниз, а разбежался и перемахнул с легким взмахом крыльев на свою площадку.

— Как дела, Бруно? Младенцы не проклюнулись? — проявляя вежливость, спросил Анатоль.

— Нет.

Бруно убрала турку и кофе обратно в шкаф и уставилась на человека.

— Что вчера произошло, Бруно? — нахмурился Анатоль, снял шляпу и положил её на стол.

Он вчера почти ничего не ел, если не считать кусочка рыбы в ресторане. А сегодня он не успел выпить даже кофе, так спешил рассказать этим драконам, что произошло. От легкого голода у него кружилась голова. Плевать, конечно. Сейчас выпишет документ, который нужен этим драконихам, вызовет аэротакси, хорошо пообедает и объяснится с Марго. Может ему все это кажется и возникло просто взаимонепонимание.

— Знаете, Анатоль, — Бруно опять взялась за мундштук и вставила в него сигарету. — Я очарована вами!

— Очень интересно, — проворчал Анатоль, ему не понравилось вступление.

— Не перебивайте! И наденьте шляпу, — отдала приказ дракониха, — в ней вы кажетесь мне романтичным. Я очень люблю моду первой половины двадцатого века. Вся эта нуарная стильность, черные автомобили, дождь, ночь, преступления. И героиня уходит в ночь, постукивая по мостовой каблуками, оставляя героя с разбитым сердцем, дымом дамских сигарет и стойким ароматом французских духов. Жаль, что драконихи не носят туфли на каблуках — наши лапы в обуви кажутся просто гигантскими, но мы вполне себе можем цокать по булыжникам когтями.

Анатоль надел шляпу, хотя по правилам хорошего тона в помещении шляпу надо снимать, и опять задал вопрос Бруно:

— Что у вас здесь вчера произошло?

Бруно молчала.

— Хорошо. Я хотел из добрых побуждений помочь вам, сделать документ, чтоб Лора не страдала с таким сложным мужем. Вот, — Анатоль показал медицинский планшет, — все взял с собой. Рисковал собой, сбегая от вышибалы-охранника Анабель Хансен, но вы даже не можете мне сказать, что произошло. Так неправильно, Бруно.

Дракониха молча курила, глядя на человека.

— Мне, конечно, очень интересно, что здесь произошло, но раз вы мне не доверяете, то, может быть, обратитесь к другому врачу? Я знаю, что есть врачи-драконы. Не в моей специальности — вы первая семья, которой понадобилась серьезная помощь. Драконы ко мне если и обращаются, то за проклятьями, а я, по правде сказать, больше фольклорист, собираю проклятья и изучаю их как ученый.

— Мне не интересно, — заговорила дракониха.

— Понятно. Тогда проводите меня к своему сыну. Нам с ним надо пообщаться, — встал Анатоль. Пройти он мог и сам, но захотелось соблюсти все формальности и посмотреть реакцию сына на мать.

Бруно оставив мундштук с сигаретой на столе, прошла с Анатолем до клетки, показала прочерченную на полу черту, предупредила за неё не заходить и тут же ушла.

Анатоль отошел от клетки вбок и заметил, что в глубине пещеры с планшетом в лапах лежала Лора. Она удобно устроилась в гнезде на горе подушек и смотрела, судя по мелькавшим кадрам, какой-то яркий фильм.

Анатоль вернулся к клетке. Эта часть пещеры не освещена. Специально это сделано или нет, он так и не понял. С одной стороны — дракон в клетке спит и зачем ему свет, может он сам потребовал его выключить. А с другой стороны — он видел блеск глаза в тонкой щелочке приоткрытого века.

— Доброе утро, Леопольд. Я, можно так сказать, что ваш лечащий врач. Вы осознаете, что…

— Скажи этим сучкам, чтоб принесли нормальную еду, без лекарств, или что они там напичкивают в мясо. Я больше суток не ел и не пил. И я болен, но я не сумасшедший.

Анатоль только сейчас заметил мясо, просунутое сквозь решетку на гибкой одноразовой тарелке. Оно валялось на полу, уже заветренное, потемневшее, с запахом тухлятины и чего-то остро химического. В углу дальнем от Анатоля лежал памперс, прикрывая то, что должен, по идее, впитывать.