— Здравствуйте, миссис Вайц! — неожиданно услышала Лора дрожащий от волнения голос соседа. — Разрешите представиться — Гриндельвальд. Я весь к вашим услугам. Друзья зовут меня Грин.

Свекровь Лоры стояла с гордо поднятой головой, уперев одну лапу в бок, а второй лапой придерживала мундштук. Из полуопущенных век она наблюдала поклоны больше похожие на реверансы, которые отвешивал странный дракон с её шляпными коробками в лапах.

— Оставьте мои шляпки в покое, Грин. И раз вы к моим услугам, то возьмите в клетке человека и приведите его в норму — он должен иметь достойный вид. Я иду варить кофе. Лора, — повернулась к невестке дракониха, — ты кофе будешь?

— Спрашиваешь! Привет, Грин, — помахала из клетки Лора лапой и тут же, брезгливо морщась, уставилась на свои когти — с лапы тянулась прозрачная жидкость.

Драконы разошлись в разные стороны — Лора к сумкам-инкубаторам, Бруно ко входу на кухню, а Грин, взвалив на плечо застонавшего Анатоля, осторожно ступая, чтоб не задеть Лео, пошел в ванную комнату.

Лора перевезла сумки к стационарному инкубатору, подключила их к сети и откинула крышки. Яйца были в сплошную сеточку тонких разломов. Лора положила на них лапы — скорлупа опасно промялась, а внутри завозились жители, потревоженные прикосновением.

— Уже скоро, — улыбнулась Лора и осторожно наклонилась, надеясь услышать звуки.

В одном яйце было тихо, хоть и видно, как едва шевелится поверхность, а в другом она услышала шорох — кто-то тонкими игольчатыми когтями скрябался внутри. Улыбнувшись, Лора поставила крышки сумок на предохранитель — если вдруг кто-то из дракончиков проклюнется, то они услышат требовательный свист.

Аккуратно на цыпочках Лора прокралась мимо ворчащего во сне Лео, закрыла на замок клетку и пошла на аромат кофе к Бруно.

Свекровь Лоры все с тем же мундштуком в правой лапе варила кофе и что-то напевала, правда, не попадая в ноты, хотя в любой момент можно было сказать, что это экспериментальный джаз.

Лора села за стол и стала рисовать когтем узоры, повторяя тисненый рисунок на белой ткани скатерти.

— Бруно, скажи, а когда я появилась на свет, мама уже уехала на свои раскопки?

Бруно повернулась к Лоре, выпустила облачко сигаретного дыма и посмотрела, как дым растаял между ней и Лорой. За её спиной сердито зашипел сбежавший кофе, и Бруно зашипела в ответ, повторяя звук:

— Надо подарить тебе кофемашину для драконов, Лорелейн.

— Лео отказывается от детей, говорит, что не был со мной, — произнесла Лора, оглянувшись по сторонам.

— Мастер ты, конечно, менять темы, — нахмурилась старая дракониха, продолжая колдовать над кофе. — Бухать надо меньше твоему Лео, Лорелейн. Почему ты такая пассивная? Словно дети из тебя всю энергию выпили. Ты же такой не была. Ты была таким журчащим фонтанчиком в воздушном белом сарафане, вечно с книгами в лапах. Тебе только кос не хватало с огромными белыми бантами и такая барышня вся из себя. Что с тобой стало, Лорелейн?

— Лео, — вздохнула Лора. — Этот брак убивает меня морально. Мы только изображаем пару ради вас с Хло.

— Девочка моя, — всхлипнула Бруно, отвернувшись. — Сейчас привезут диван и телевизор. Перетащи все, что можешь, вглубь пещеры, только место напротив комода не занимай, туда поставят диван.

Лора с рассеянным видом пошла за чемоданами свекрови, а та, засыпая в турку новую порцию кофе, крикнула ей вдогонку:

— Тяжелое только не поднимай. Грин освободится, занесет.

Лора неожиданно быстро для себя перенесла все чемоданы, сумки, коробки внутрь пещеры, поблагодарила соседскую детвору, принесшую то, что разлетелось с прилётом вертолёта, и пнула дорожный сундук — нет, этот вес она не осилит. Внезапно мимо неё прошел человек, и Лора в последний момент успела схватить его за руку. Человек обернулся, и драконихе поплохело — он был абсолютно лысый. Везде.

— А-анатоль? — проблеяла Лора.

Анатоль кивнул и разрыдался. Лора обняла его за плечи, а он уткнулся в чешуйчатую шею и громко, словно маленький ребенок, у которого случилось самое великое вселенское горе, судорожно всхлипывая, заорал. Кто-то потащил Лору в пещеру, подальше от края площадки, обвязал бедра человека тканью, и гаркнул на всю долину:

— Что уставились? Человека никогда не видели?

Лора вздрогнула, узнав голос свекрови. Усадила человека за стол и поняла, что вокруг его бедер обернута скатерть. Анатоль сложил руки на столе, опустил на них голову и продолжил рыдать.

— Что с ним? — шепотом спросила Лора.

— Это же твой знакомый, — пожала плечами Бруно и поставила перед человеком чашку, — тебе лучше знать.

Бруно коснулась плеча рыдающего человека, просунула лапу, захватив его за подбородок, откинула голову на себя и в открытый рот влила жидкость. Анатоль дернулся, судорожно втянул воздух и закашлялся.

— Что это было? — изменившимся голосом, словно его держали за горло, спросил Анатоль.

— Самбука с кофе, — отпустив голову человека, улыбнулась дракониха. — Тут на дне осталось, попробуйте. Это очень вкусно. Себе варила.

Бруно протянула Анатолю чашку. Он аккуратно взял чашку, стараясь не коснуться лапы драконихи с покрытыми черным блестящим лаком когтями, осторожно понюхал, сделал маленький глоток и тяжело вздохнул.

— Ещё? — шевельнула бровями, а правильнее — надбровными дугами, Бруно.

— Да, — прошептал Анатоль, грустно опустив голову.

— Да как ты мог?! — раздался в глубине пещеры визг Лоры.

В ответ Грин что-то бубнил скороговоркой. С этого места не разобрать. Но по долетавшим словам «норма», «красиво», «брутально» было понятно, что Грин выполнил просьбу Бруно весьма своеобразно.

На столе перед Анатолем появилась чашка кофе, потом еще одна, и бутылка с прозрачным ликером. Бруно села напротив Анатоля, взяла бутылку и щедро добавила в кофе алкоголь.

— Люблю кубик — одна часть кофе, одна самбуки. Будьте здоровы, — Бруно протянула чашку Анатолю, чтобы чокнуться.

— Анатоль Пуго, — взяв чашку, представился с легким кивком человек.

— Брунгильда Вайц, для своих — Бруно, — улыбнулась черная дракониха и её белоснежные зубы хищно сверкнули.

— Очень интересно. Но назвать данный напиток кофе трудно, — Анатоль после нескольких глотков расслабился и откинулся на спинку стула, — это скорее коктейль.

Бруно сделала глоток сквозь блещущую алмазной нитью вуаль. Выплюнула свое украшение из пасти и стащила сетку, напоминающую ажурную балаклаву с головы.

— Красиво, но не практично, — пожаловалась она. Встала, взяла сигареты, зажигалку и мундштук, лежащие на столике возле плиты, и вернулась обратно. Анатоль потянулся к зажигалке, чтоб по-джентельменски помочь даме, но она отмахнулась: — Сидите! — вставила сигарету в мундштук и прикурила. — Я курить начала совсем недавно. Увидела в послевоенном фильме тонкие дамские сигары, шляпки, маленькие коктейльные платья и влюбилась. Я пропустила тот период. Мой старший сын пропал. Перемирие между людьми и драконами. Новый порядок. Вчерашние враги сегодня лучшие друзья. Сестра, решающая делать карьеру. Долгожданная дочь. Столько всего сразу. Я не следила за модой. Зациклилась на семье — крошка на руках, а тут один за другим женятся сыновья, а там тоже дети, внуки. С Лорелейн было проще, чем с любым из моих мальчишек. Девочка ведь не летает, посадил слушать пластинки, и только меняй вовремя, а потом книжки пошли. С одной стороны мне было легко, а с другой сложно — Хлодвиг полез в политику. Это было наше самое сложное столетие. Так почему вы хотели сброситься с площадки?

— Простите, что? — испуганно глянул на дракониху человек. — Я отвлекся, а вы так резко сменили тему.

— А на что вы отвлеклись? — раздраженно, что её не слушали, зашевелила ноздрями дракониха.

— Меня Грин в одежде под душ засунул, — скривился Анатоль. — И я подумал, что надо заказать одежду, выяснить, где мой телефон, и… Я так устал от…

— Нас драконов, — подсказала Бруно.

— Не так грубо, но да. И Грин сбрил мои волосы, усы, брови, все остальное, — всхлипнул Анатоль. — Я как глянул на себя в зеркало…. Мне стало дурно.