1918 Константин Бальмонт «Я мечтою ловил уходящие тени…» Я мечтою ловил уходящие тени, Уходящие тени погасавшего дня, Я на башню всходил, и дрожали ступени, И дрожали ступени под ногой у меня. И чем выше я шел, тем ясней рисовались, Тем ясней рисовались очертанья вдали, И какие-то звуки вдали раздавались, Вкруг меня раздавались от Небес и Земли. Чем я выше всходил, тем светлее сверкали, Тем светлее сверкали выси дремлющих гор, И сияньем прощальным как будто ласкали, Словно нежно ласкали отуманенный взор. И внизу подо мною уж ночь наступила, Уже ночь наступила для уснувшей земли, Для меня же блистало дневное светило, Огневое светило догорало вдали. Я узнал, как ловить уходящие тени, Уходящие тени потускневшего дня, И всё выше я шел, и дрожали ступени, И дрожали ступени под ногой у меня. 1895
Лунный свет Сонет Когда Луна сверкнет во мгле ночной Своим серпом, блистательным и нежным, Моя душа стремится в мир иной, Пленяясь всем далеким, всем безбрежным. К лесам, к горам, к вершинам белоснежным Я мчусь в мечтах; как будто дух больной, Я бодрствую над миром безмятежным, И сладко плачу, и дышу – Луной. Впиваю это бледное сиянье, Как эльф, качаюсь в сетке из лучей, Я слушаю, как говорит молчанье. Людей родных мне далеко страданье, Чужда мне вся Земля с борьбой своей, Я – облачко, я – ветерка дыханье. 1894 Погибший Два отрывка из поэмы 1 Уж ночь. Калитка заперта. Аллея длинная пуста. Окован бледною Луной, Весь парк уснул во мгле ночной. Весь парк не шелохнет листом. И заколдован старый дом. Могильны окна, лишь одно Мерцаньем свеч озарено. Не спит – изгнанник средь людей, — И мысли друг, – и враг страстей. Он в час любви, объятий, снов Читает книги мудрецов. Он слышит, как плывет Луна, Как дышит, шепчет тишина, Он видит в мире мир иной, И в нем живет он час ночной. Тот мир – лишь в нем, и с ним умрет, В том мире светоч он берет. То беглый свет, то краткий свет, Но для него забвенья нет. 2 Помогите! помогите! Я один в ночной тиши. Целый мир ношу я в сердце, но со мною ни души. Для чего кровавым потом обагряется чело? Как мне тяжко! Как мне душно! Вековое давит зло! Помогите! помогите! Но никто не внемлет мне. Только звезды, улыбаясь, чуть трепещут в вышине. Только лик Луны мерцает, да в саду, среди вершин, Шепчет Ветер перелетный: Ты один – один – один. 1895 «Горящий атом, я лечу…» Горящий атом, я лечу В пространствах – сердцу лишь известных, Остановиться не хочу, Покорный жгучему лучу, Который жнет в полях небесных Колосья мыслей золотых И с неба зерна посылает, И в этих зернах жизнь пылает, Сверканье блесток молодых, Огни для атомов мятежных, Что мчатся, так же, как и я, В туманной мгле пустынь безбрежных, В бездонных сферах Бытия. 1895 Кинжальные слова Я устал от нежных снов, От восторгов этих цельных Гармонических пиров И напевов колыбельных. Я хочу порвать лазурь Успокоенных мечтаний. Я хочу горящих зданий, Я хочу кричащих бурь! Упоение покоя — Усыпление ума. Пусть же вспыхнет море зноя, Пусть же в сердце дрогнет тьма. Я хочу иных бряцаний Для моих иных пиров. Я хочу кинжальных слов И предсмертных восклицаний! 1899 Из цикла «В душах есть всё» 3 Мир должен быть оправдан весь, Чтобы можно было жить! Душою там, я сердцем – здесь. А сердце как смирить? Я узел должен видеть весь. Но как распутать нить? Едва в лесу я сделал шаг, — Раздавлен муравей. Я в мире всем невольный враг, Всей жизнею своей, И не могу не быть, – никак, Вплоть до исхода дней. Мое неделанье для всех Покажется больным. Проникновенный тихий смех Развеется как дым. А буду смел, – замучу тех, Кому я был родным. Пустынной полночью зимы Я слышу вой волков, Среди могильной душной тьмы Хрипенье стариков, Гнилые хохоты чумы, Кровавый бой врагов. — Забытый раненый солдат, И стая хищных птиц, Отца косой на сына взгляд, Развратный гул столиц, Толпы глупцов, безумный ряд Животно-мерзких лиц. — И что же? Я ли создал их? Или они меня? Поэт ли я, сложивший стих, Или побег от пня? Кто демон низостей моих И моего огня? От этих ти́гровых страстей, Змеиных чувств и дум, — Как стук кладбищенских костей В душе зловещий шум, — И я бегу, бегу людей, вернуться Я буду говорить резко (дословно: я буду говорить кинжалами). – «Гамлет» (англ.). вернуться Араб. samūm – сухой горячий ветер, встречается в пустынях Северной Африки и Аравийского полуострова. |
