Что интересно своих товарищей они так и не проверили. Живы ли они или нет. Вместо этого муры, не церемонясь закидали наш сектор минами. Отличная у них взаимовыручка. Я не стал ждать следующего обстрела и начал осторожно закапываться. Извлекая руками песок, я начал яростно копать. Мне удалось вырыть яму в полметра под собой и если учесть высоту бруствера сантиметров в десять, то я смог полностью погрузиться ниже уровня земли. Это мне давало иллюзорную защиту от мин, но всё же. Тем временем светило закатилось за горизонт, муры ещё пару раз предприняли миномётный обстрел слева и справа от меня. Кроме самоподрыва нескольких мин никаких других результатов они не добились. Я слопал ещё одну банку тушёнки и вколол очередную дозу лайт-спека. Боли я уже не чувствовал, в голове шумело. Возможно, от потери крови или от передозировки лайт-спека. Не знаю. Я поймал себя на мысли, что не помнил, когда опустилась темнота, а соответственно сколько у меня осталось времени. А ведь мне надо ещё выползти отсюда. Блин! Передо мной простиралось метров шестьсот минного поля. Я протёр глаза и пополз вперёд. С двух вышек, муры периодически прочёсывали прожекторами по полю. До наших позиций было не меньше двух километров, и они не боялись снайперов. Это только в сказках снайпера стреляли за горизонт. Из СВД максимум, что можно было себе позволить полтора километра, да и то днём. Ночью попасть в мура который не стоял за прожектором, а крутил его специальной приспособой было нереально. В сам прожектор, мелькавший на краткий миг, могла попасть разве что Лиана, но её, к сожалению, рядом не было.
Первые сто метров я прополз без осложнений, затем случились сразу две вещи. Первая меня «нащупал» прожектор, а вторая то, что я дёрнулся влево и задел растяжку. Мне повезло, что это была не мина, а просто петарда. В ночное небо выстрелила шутиха и залила призрачным светом меня как на ладони. Муры, казалось, этого только и ждали. С вышек огрызнулись пулемёты, чуть погодя к ним присоединился миномёт. Петарда быстро погасла, что меня и спасло. Прожектор начал с остервенением шарить по земле пытаясь вновь отыскать меня. В этот момент раздался тонкий «дзиньк» и прожектор погас. Следом за ним погас и второй. Я выдохнул, узнав руку любимой. Муры никак не хотели отпускать меня и на вышке опять вспыхнул пулемёт, почти сразу пулемётчик вылетел из своего скворечника и ещё живой матерился на лету. Правда пролетев с десяток метров, он видимо упал башкой на камни и замер. До миномёта Лиана не доставала и муры жарили от души. Но всё мимо. Почувствовав поддержку, я пополз вперёд. Мои некогда белые штаны стали серыми и их не было видно. Я практически слился с поверхностью, а муры остались без света. Теперь главное самому не подорваться.
В то же время рана от попадания осколка находилась в кошмарном состоянии. Я как мог, промыл её живчиком и даже разок мочой, но на Земле по прибытии мне бы её оттяпали точно. Здесь же я надеялся доползти до папаши Каца. Было бы весело если я взял с собой всю компанию. Славное получилось приключение, скорее всего не выжил бы никто. У одного меня ещё был шанс. Я прополз половину минного поля и замер передохнуть, несмотря на лайт-спек ранение и усталость давали о себе знать. Спек не давал какой-то невероятной силы, а всего лишь заставлял организм расходовать свои силы с бешеной скоростью. Сколько я уже принял доз подряд? Четыре или пять? Изя говорил о десяти, но хотел бы я посмотреть, а него даже после трёх. Первая зашла на ура, вторая тоже. Третья уже туда-сюда, четвёртая с трудом. А вот пятая почти не дала энергии. Я отбросил тюбик от себя, со злорадством подумав, как расскажу об этом Изе. Он ведь трясся над ними…
Слева вдалеке от меня ночное небо прочертила вспышка, сразу за ней я увидел ещё одну справа. Причём они имели вектор движения сверху вниз. Сразу за ней показались две совсем далеко впереди на горизонте. Через секунды полторы вспыхнули, ещё три разойдясь треугольником, эти планировали упасть позади меня. Последняя разрезала небо почти у меня над головой и с жутким воем врезалась в километре позади. Что! Как? Они с ума сошли, начав на несколько часов раньше? Бля, бля, бля. Я, скрипя всеми косточками мгновенно оказался на ногах. Пятая по счёту доза почти не давала эффекта и ноги мои еле двигались. И тут коварная земля выпрыгнула из-под меня и заодно подбросила вверх метров на пять. Не оборачиваясь, я увидел, как за моей спиной вспыхнуло второе солнце. Первым дело, опалив мне спину, мой щит попытался оградить меня, но полностью погасить жар не смог. И тут до меня дошло, что я сейчас исчезну со всех экранов просто растворившись в ядерном огне. Ну не совсем и не сразу, всё-таки взрыв позади меня почти в полутора километрах. Уже ничего не соображая я сорвал свой «медальон». Разорвав на бегу зубами упаковочный целлофан, я запихнул радужную жемчужину пополам с обёрткой в ссохшийся пищевод. Глотать было необязательно. Но я, признаюсь честно мало, что соображал в тот момент. Ноги мои отбивали дробь по минному полю развив невиданную ранее скорость. Что-то взрывалась позади меня, земля вставала на дыбы, а я нёсся вперёд как ветер! В моём мозгу назойливо звучал простенький мотив, от которого я никак не мог избавиться. На миг обернувшись я увидел огромное грибовидное облако, приветливо покачивающиеся на горизонте. На моих губах застыла улыбка, когда я на всей скорости врезался головой в пролетавшее мимо меня дерево!
Глава 29
Десант
— Лиана звонила, Лесника везёт, — сообщила Немезида папаше Кацу.
— Что с ним случилось? — Изя наконец-то закончил раскладывать свои пробирки, тюбики и прочее по чемоданам. Сами чемоданы он опечатывал, готовясь к отъезду и прятал в сейф.
— Пришёл в себя, стабилизировали его. Лиана сказала, что он был очень плох, когда его нашли.
— Лесник и вдруг плох? — удивился папаша Кац. — Верится с трудом.
— Его нашли с оторванными до колен ногами и проломленным черепом, если тебя сие обстоятельство не повод для беспокойства, то я не знаю тогда. Ты сухарь, Изя.
— О, да! Размочи меня, моя убивашечка. Как вчера ночью, — закатил глаза папаша Кац.
— Обойдёшься, каждый день тебе что ли? Шустрый какой!
— Я могу и два раза день! — заявил Изя.
— К таргам сходи, они тебя обслужат, — посоветовала Немезида.
— Что касается Евгения, то такая малость как оторванные взрывом ноги не стоят выеденного яйца. Заживут, мы же в Улье. За неделю поправлю его.
— Уже зажили.
— Так быстро?
— Он радужную жемчужину съел. Лиана сказала.
— Весьма интересно, и как ему? Последствия есть?
— Не знаю, увидим. Приедут скоро. Он, конечно, крутой мужик, подробностей я не знаю, но Лесник со слов Лианы бежал по минному полю не разбирая дороги. Она страховала его, и видела, как он выбирался из лагеря муров.
— Этот может, — хихикнул папаша Кац.
— Пока его пролетавшее мимо дерево не сбило.
— Дорогая после того, как мы с ним сбежали от атомитов я уже ничему не удивляюсь. Пойдём лучше прогуляемся?
Вышли через главный вход. На город опустились сумерки, местами уже включили освещение. Папаша Кац вздохнул полной грудью и галантно взял под руку Немезиду. Они направились к ДОТам посмотреть, как идут дела у Чумы. Расплавленные конструкции порезали ещё вчера, ночью доставили новые и сейчас завершали монтаж второй точки. Первую уже обживали и установили вооружение. Строители получили ещё одну дозу и ударными стахановскими методами заканчивали работу. Изя не совсем понимал почему спешит Чума, потому как резонно предполагал, что тарги без главного не выступят. Во всяком случае единым фронтом, отдельных же личностей убирали и так, без тяжёлого вооружения.
— Ты не прав, Изя! — Чума нависла над знахарем. — ДОТ нам по любому нужен. Из-за трещины может появиться кто угодно. Из Пекла бывает появляются такие экземпляры, что переступят через шестиметровую трещину и не заметят. Да вот хотя бы скреббера взять, его и ДОТ не остановил. Нет, медлить нельзя. Чует моя задница неладное.