Итак, вот они мы, снова в участке шерифа.
Пусть это будет последним разом. Я посмотрела на светло-голубое небо и загадала желание всем спящим звёздам.
Когда мы вошли внутрь, помощник шерифа на стойке регистрации не сказал ничего, кроме «доброе утро», прежде чем пропустить нас через вестибюль.
Войдя, мы с Джексоном обнаружив, что шериф Мэги уже ждёт нас. Сегодня на нём была его фирменная шляпа, что делала его ещё больше похожим на человека, которого я знала в детстве.
— Спасибо, что пришёл, — он пожал Джексону руку. — Уилла, не хочешь подождать в вестибюле?
— Нет, сэр, — быстро ответила я, придвигаясь ближе к Джексону и поднимая подбородок. Я никогда раньше так нахально не разговаривала с представителем закона, но ему придётся физически отстранить меня от этой дискуссии, потому что я не была намерена отходить от Джексона.
— У был уверен, что ты это скажешь, — ухмыльнулся шериф Мэги. — Пойдёмте.
Когда шериф отвернулся, Джексон наклонился и прошептал, — Нет, сэр?
— Шшш. Я нервничаю, — прошептала я в ответ.
Он тихо усмехнулся, затем взял меня за руку. Мы последовали за шерифом через участок в ту же комнату для допросов, в которую он разговаривал со мной неделю назад. Джексон и я заняли по одному из стульев с одной стороны стола, в то время как шериф Мэги закрыл дверь и сел напротив.
На столе уже лежала папка с файлами, и она манила меня.
Если бы только рентгеновское зрение было реальным.
Джексон снова усмехнулся. Как и Мэги.
Значит я сказала это вслух.
— Упс.
— Уилла нервничает, — объяснил Джексон. — Я тоже. Мне стоит позвонить своему адвокату?
— Я не думаю, что в этом будет необходимость. Сегодня у меня хорошие новости для вас.
Облегчение отразилось на лице Джексона, и воздух со свистом покинул мои лёгкие так быстро, что мне пришлось схватиться за сердце, чтобы оно тоже не вырвалось наружу. Его рука крепко сжала мою.
Всё будет хорошо.
Я кивнула, не нуждаясь в том, чтобы он произносил эти слова, потому что они уже вертелись в моей голове.
Шериф Мэги открыл папку и вытащил небольшую стопку бумаг. Почерк был мелким, но по трафарету тела на четверти страницы и аннотациям в разных местах я поняла, что это был протокол вскрытия Мелиссы.
— Судмедэксперт был чрезвычайно скрупулёзен в своём отчёте. Он учёл всё, что мог, но поскольку тело было найдено так не скоро после смерти и хранилось в холодных условиях, всё, что у нас есть, — это суточная точность.
Я затаила дыхание, когда он взял отчёт, чтобы начать читать со второй страницы.
— Мелисса Пейдж умерла семнадцатого ноября.
— На следующий день после того, как она встречалась со мной? — спросил Джексон.
Шериф Мэги кивнул.
— Она была убита в то время, на которое у тебя есть алиби, а это значит, что у меня есть достаточно доказательств, чтобы исключить тебя из числа подозреваемых.
Мои глаза наполнились слезами, но я подавила их. Когда я сморгнула влагу, лицо Джексона выражало крайнее недоверие.
Он готовился к плохим новостям всю неделю. Он мысленно представлял себе наихудшую возможную ситуацию, потому что всегда ожидал, что его признают виновным. Он не верил в правосудие. Но сегодня оно было на нашей стороне. Мне хотелось перепрыгнуть через стол и обнять шерифа Мэги. Но я лишь крепче сжала руку Джексона, позволяя огромной радости в моём сердце прогнать последние мои страхи.
— Итак, это всё? — спросил Джексон.
Шериф покачал головой.
— Не совсем. Мне всё ещё нужно найти убийцу, и для этого мне нужна некоторая помощь.
— С чем? — спросил Джексон.
Шериф вытащил из папки ещё один документ. Он развернул его на столе и пододвинул поближе, чтобы мы с Джексоном могли прочесть.
Это был список телефонных звонков. Я не узнала ни одного номера, и у всех них были коды городов за пределами штата.
— Что это? — спросил Джексон.
— Телефонные записи твоей матери. На прошлой неделе я покопался в её финансах и наткнулся на оплату её мобильного телефона кредитной картой. Ценник был слишком высоким, поэтому я связался с телефонной компанией. Оказывается, она платила за два номера хотя мы нашли только один в её машине. Второй зарегистрирован на имя Райдера с неверной датой рождения.
— Но у Райдера нет телефона, — сказала я.
— Я помню, что ты говорил мне это. Ты уверена? — спросил шериф.
— На сто процентов.
— Хорошо, — шериф Мэги кивнул. — Ну, с этого номера было отправлено несколько сообщения утром семнадцатого ноября. Если ты уверена, что это был не Райдер, тогда я склонен полагать, что это была твоя мать.
— Но вы не нашли этот телефон у неё? — спросил Джексон.
— Нет.
— Тогда где же он?
— Это вопрос на пожизненное заключение. У кого бы ни был этот телефон, вероятно, это её убийца.
Челюсть Джексона дёрнулась, но он оставался спокойным, когда шериф Мэги опёрся локтями на стол.
— Послушай, вот моя теория. Твоя мать приехала сюда и попросила у тебя денег. Ты отказал ей, но она не уехала из города. Я не нашёл оплаты гостиничного номера на её кредитной карте, так что я предполагаю, что она ночевала в своей машине. Может быть, она задержалась, чтобы снова попытаться попросить у тебя денег. Может быть, она собиралась попытаться связаться с твоим братом. Не знаю. Но в течение этого времени она общалась с человеком, который убил её.
Джексон потёр подбородок.
— На самом деле меня удивило, что она не так отчаянно просила о деньгах. Я не знал её, но после того, как она попросила у меня эти три тысячи баксов, а я отказал, она не показала никакого сопротивления. Когда я уезжал, я был готов поставить свою лодку на то, что она попытается ещё раз.
— Ты знаешь кого-нибудь, кто мог бы желать ей смерти? — спросил шериф.
Джексон выдохнул, опускаясь обратно на своё место.
— Нет. Я не видел её много лет. Как я уже сказал, я не знал её.
— Но мы знаем кое-кого, кто знал, — прошептала я, глядя на Джексона. — Райдер.
— После смерти Мелиссы ты будешь назначен его законным опекуном, — сказал шериф Мэги. — Я знаю, что он всего лишь ребёнок, но нам нужна вся информация, которую мы можем получить. С твоего разрешения, я хотел бы поговорить с ним.
— Я должен присутствовать.
— Конечно.
Джексон кивнул.
— Мы приведём его позже, сегодня днём.
— Хорошо, — шериф собрал все свои бумаги, положив их обратно в папку. — Я провожу вас, ребята.
Я встала со своего стула, всё ещё держа Джексона за руку. Мы не потрудились снять наши пальто, когда вошли, поэтому сразу направились на улицу, покидая участок так быстро, как только могли.
— Я не хочу привозить Райдера сюда, — сказала я ему, застёгивая ремень безопасности.
— Я тоже, — Джексон вздохнул. — Но я не думаю, что у нас есть выбор. Давай поедем домой и подождём, пока он не напишет свой тест. Тогда мы заберём его.
— Хорошо, — я взглянула на часы на приборной панели. — Может быть, мы заедем за ним после обеда. — это дало бы ему время закончить тест, хотя у меня не было большой надежды на то, что он сдаст его. Он плавал в своём мире на протяжении всех наших занятий на этой неделе.
Джексон отвёз нас домой, припарковавшись на подъездной дорожке. Зимой лодка стояла в гараже, так что я приготовилась к холоду, открывая дверь грузовика. Я последовала за Джексоном, когда он направился ко входной двери, оставаясь рядом, пока мы спешили внутрь. Но в ту минуту, когда он вставил ключ в дверь, он остановился.
— Что? — я огляделась вокруг. Его глаза сузились, когда он посмотрел на дверь, которая была приоткрыта. Волосы у меня на затылке встали дыбом.
— Ты закрывала дверь, когда мы уходили?
Я кивнула.
— Да. Я всегда закрываю. — С той ночи, когда Ронни почти добрался до Теи, я всегда удостоверялась в том, что все двери закрыты.
— Ты уверена?
— Да.
Джексон оглянулся через плечо, изучая следы на тротуаре.
— Что не так? — спросила я, держась поближе.