Егорушку уносил в лапах от смерча Артур размером с конкорда. В клюве он держал палочку, больше похожую на приличный кол. Но уйти от смерча никак не удавалось. В момент, когда смерч начинал их засасывать в свои недра, сон обрывался и возобновлялся вновь.
Моррис спал без кошмаров, но хмурил брови и шевелил губами. Казалось, что он с кем-то разговаривает.
֎ Моррис оказался в кабинете, где за рабочим столом сидел некто в чёрном балахоне, представившийся Старшим Арбитром. Лицо было открыто, но разглядеть невозможно – оно было в постоянном волновом искажении. Даже глаза меняли цвет.
- Моррис Рэввинг из мира Сэльюра, не наследный принц, третий законнорождённый сын короля Ваграсса Рэввинга Третьего королевства Гривлирт. – Держа перед собой лист бумаги, прочитал Старший Арбитр приятным баритоном. – Всё верно?
- Так оно и есть, – ответил Моррис.
- А почему не наследный?
- Это наша Всевидящая мне предсказала быть Правителем, но не нашего королевства. А вот где, увидеть не смогла.
- Понятно. Всевидящие они такие, никогда толком не говорят, а всё загадками. Три года назад ты был Участником в экзаменационном практическом задании тройки семьдесят два и исчез в блуждающем портале. Тебя не смогли найти сильные Поисковики. И теперь ты появляешься также неожиданно, как и исчез, да ещё в сопровождении изнаночника догана. Где ты был?
- Странно, что сильные Поисковики не смогли меня найти. Я был у нагов.
- Трилистник нагов для нас закрыт, он не просматривается нами. Чем ты там занимался?
- Я был рабом и добывал камни, применяемые для изготовления артефактов. Вручную. Долбил породу кайлом. Магию мне заблокировали специальными наручниками.
- Твой напарник сумел добыть Камень Исцеления. Теперь он в своём мире здоровее всех здоровых. Ты же вернулся без камня. Я предлагаю тебе поработать два-три месяца опекуном-нянькой Теймира, известного тебе как Тимур. В ближайшее время он войдёт в первое совершеннолетие. У него начнёт просыпаться Сила владения магией, и, следовательно, появится способность к магическому обороту. Нужен наставник-маг, владеющий оборотом. В этом мире таких нет. Да и Лукерье помощь нужна в овладении магией. И ещё Теймиру не помешает владение мечом или любым другим оружием. Эти три месяца тебе зачтутся и тебя вернут домой вполне здоровым.
- А разве зачесть нельзя три года, что я пробыл в рабстве у нагов в вашем мире?
- Это произошло не по нашей воле и не по нашей вине, – отбоярился Старший Арбитр.
- А чья же вина, что у вас участники пропадают в блуждающих порталах и попадают в рабство к нагам? Подозреваю, что такой я не первый. Да и то, что рабство у вас процветает, пусть в одном взятом секторе, точнее в трёх, тоже не ваша забота?
- Это право выбора разумных.
- Но не моё, – резко возразил Моррис. – И не тех, кто там в рабстве. А в рабстве у нагов случайно попавшие в блуждающие порталы жители других секторов. Там даже дети от десяти лет. Детей, попавших туда младше десяти лет, выкидывают в порталы, потому что от них нет пользы. И никого не заботит, куда они попадают и что с ними происходит.
- Этого нам не было известно. Как я уже сказал, мы не видим, что делается в Трилистнике. Он от нас сокрыт чужеродной магией. Вот я и прошу, помоги нам. Лукерья с внуками очень важны для этого мира.
- Но могу я попасть в свой мир, чтобы повидаться с родными? Чтобы успокоить их, что я жив. Хотя бы на несколько суток.
Старший Арбитр выдвинул ящик стола, покопался в нём, судя по звуку, перебирая камешки, и выложил на стол серый камень с куриное яйцо, разделённый повдоль тёмной чертой.
- Вот. Разделить – туда, соединить – обратно. На трое суток твоего мира. Прибудете в Шунгдай, на центральной площади найдёшь лавку иномирных предметов. Вот, это разрешение, – положил на стол белый металлический кругляш с изображением знака бесконечности с продетыми в петли двумя стрелами, смотрящими в разные стороны. – Отдашь лавочнику. Разрешение разового действия, как и артефакт перехода. Возвратишься в эту же лавку. Филантей будет ждать на стоянке возле городских врат. Когда вернёшься, я с тобой встречусь.
- Один вопрос можно?
- Можно.
- Сколько суток пройдёт здесь?
- Шесть. ֍
Моррис резко открыл глаза. Глубокая ночь. Сел, потряс головой.
«Кто он, этот Старший Арбитр? И, вообще, кто они – Арбитры, Кураторы? Вошёл в мой сон, притянул в свой кабинет. Я оказался полностью одет в свои одежды. Но спать я лёг в исподних штанах. И почему у меня раньше не возникали эти вопросы?».
Моррис посидел немного в раздумьях и лёг. Под бок ему что-то подкатилось. Пошарил рукой и достал камень. Зажёг светлячок. Оказался тот самый камень, что дал ему Старший Арбитр.
«Так, значит, это был не сон? И «разрешение» где-то тут. И, всё-таки, кто он?». Но искать «разрешение» не стал, оставив на утро. И раздумывать над загадкой личности Арбитра тоже не стал. Только коснулся головой подушки, сразу уснул крепким сном без сновидений.
До Шунгдая добрались, как и рассчитал Филантей, за шесть дней. На кратких остановках старались, по возможности, по одиночке не выходить из избушки. Слишком памятны были минувшие события. Страх оказаться в одиночку неизвестно где, попав в блуждающий портал, держал их вместе не слабее альпинистского троса. По этой же причине спали вчетвером на топчане.
Только два дня в местах Силы, позволили им насладиться свободой, физическими тренировками с полной нагрузкой и отдачей. Остальные же дни заполнялись медитациями и, опять-таки, тренировками, но только теми, кои позволяло скромное жилище, точнее, его чердак.
На чердак указал Филантей. Оказалось, что туда и лаз есть, и лестница имеется. По центру, вдоль конька, даже Моррис мог стоять свободно в полный рост. А уж ребятам-то и вовсе был простор. Перекинули толстый войлок с топчана, постелили вместо мата, на нём и крутились.
Тимур учил Егорушку приёмам самообороны, что успел выучить сам. Морриса заинтересовали эти приёмы борьбы, и он с удовольствием их включил в свой комплект приёмов боевого единоборства.
В город проезд домиков был запрещён, и под высокой каменной стеной выстроился своеобразный городок с короткими улочками, шириной, позволяющей маневрировать подвижным домикам, занимающим или освобождающим место стоянки. Домовики-механики в город почти не ходили, за редким исключением. Филантей тоже остался в избушке, заявив, что нет необходимости.
Моррис, Лукерья, Тимур и Егорушка отправились вчетвером. Лукерья оделась в юбку с кофтой. Обула сапожки. На голову повязала платок. Лица прятать не стала. Прихватила из сундука мешочек с монетами.
В город вошли через ворота, оплатив вход по медяшке за человека. Моррис решил пока сопровождать Лукерью с внуками. Чтобы добраться до центральной площади, где располагались всевозможные торговые лавки и лавочки, пришлось нанять извозчика. Труда это не составило, так как свободные извозчики в наличии имелись на стоянке близ ворот.
Город у Лукерьи с внуками восторга не вызвал. Вот нечему было восторгаться. Уж, коли Шунгдай является столицей мира, то он должен быть: Ах! Ах! Ах! Но ахать было не отчего. Лукерья промолчала, но мысленно высказала: «Фи!». Тимур и Егорушка не смолчали.
- Это разве город? Да ещё столица. Это большая деревня, – высказал своё «фи» Тимур.
- Ага, – поддакнул Егорушка. – Только все дома каменные и улицы камнем вымощены.
- Выше третьего этажа домов нет, – продолжал критиковать Тимур. – И, вообще, больших многоквартирных домов нет, только особняки.
- Бабуль, а где у них дворцы? – Егорушка вертел головой в поисках дворцов. – В столице должны быть дворцы.
- Может на Центральной площади, – предположил Тимур.
Но и на Центральной площади, до коей ехали на трясучей коляске целых полтора часа, дворцов не обнаружилось ни единого. Обсудив город, мальчишки замолкли до самой площади. Был риск откусить языки, катясь по каменной мостовой без рессор. Да и движение началось активное, что способствовало усилению шума. Шум создавали грохот колёс и стук подков по камням.