***
В середине второй атнивки в одну из служебных дверей крепости, как тут принято маленькой, и по необходимости запирающейся наглухо маленьким обвалом, аккурат с полуденным горном, мимо скучающего охранника проскочил мальчишка, с блестящим медью знаком клана на шее, и знаком сироты в волосах. К какому именно клану относился мальчишка стражник не рассмотрел, как и лица мальчишки. Он вообще ничего внятного про этого мальчишку сказать не смог бы, но это было и неважно. Кто бы осмелился средь бела дня заходить в место, которое олицетворяло всю мощь севера? Глупый вопрос, конечно я. Самый испуганный и паникующий подросток во всём Неире. Так начались мои мытарства в крепости трёх кланов. Я паниковал, проходил с невозмутимым видом спешащего по делам человека мимо воинов клана и просто воинов. В качестве «пропуска» я использовал свою ношу. Это как идущий по офису человек с папкой. Сразу видно идёт по делам. Моя «парадно-выходная» одежда вместе с чертежами была свёрнута, и лежала у меня подмышкой. Та продолжалось около часа, пока меня не окликнула какая-то женщина.
— Мальчик, брось свой свёрток, помоги.
Я перестал поддерживать размытие, и на всякий случай я оглянулся вокруг.
— Ты, ты. Никуда твой свёрток не денется, давай хватай корыто.
Я перекинул свёрток за спину, благо верёвки которыми я его скрутил позволяли такой трюк, и схватил тяжеленное корыто полное стираного белья. Женщина пошла вперёд с точно таким же, попутно расспрашивая меня, и не дожидаясь ответа рассказывая о своих проблемах. Забавно, в последнее время я контактировал только с двумя женщинами, и обе стирали бельё. Пока мы шли, я узнал что она из рода замшелой скалы, что сын её отправился в путешествие на поиск невесты, в каком был Ротод когда его род погиб, что муж у неё любитель выпить, и прочая, и прочая. Шли мы достаточно долго, особенно для того, кто несёт корыто с мокрым бельём, но наконец дошли до двора, где под навесами были натянуты верёвки для сушки. Я посмотрел на уже развешенное бельё, и понял что это далеко не первая партия. А я ещё думал, чего это кроме меня никто магией его не сушит. Точно, только сейчас сообразил, что крепость, это наверное единственное место в Неире, где нет ветра. Женщина тем временем поставила своё корыто, и повернулась ко мне.
— Так чьих говоришь ты будешь? Тебе уже впору испытание проходить. Скоро будешь женихом не хуже моего Ртепа, — взглянув внимательнее, только сейчас заметила деревяшку в волосах, — Так ты сирота? А род какой?
— Russkii, — ответил я, в конце концов, тоже по своему правда.
— Не слышала, а куда шёл-то?
— Заблудился я. Меня нанять на время совет. Какой-то воин сунуть свёрток и сказать, отнеси старейшине Гело. А я не знаю где он обитает.
Его я выбрал как самый предпочтительный вариант. Человек добровольно передавший пост главы рода и клана сыну, и оставшийся советниом, точнее старейшиной, по умолчанию не должен быть глуп.
— Мда, ты видать совсем не здешний, говоришь чудно. Старейшина Гело сейчас на совете, а будет только вечером. Ты вот что, помогай мне пока, а как он вернётся, я тебе дорогу сама покажу.
Вот так я и попал в рабство на пол дня, к тётушке Ашуле. Было тяжко, зато меня вкусно покормили. Ну и что что объедки, зато мясо, а у меня денег мало осталось. Расскажи кому что в крепость трёх кланов можно пробраться посреди дня, и тебя там накормят — засмеют. А если узнают что это правда — зарубят.
Через пару часов после наступления темноты я получил вольную, вместе с подносом еды, и указанием как подняться и куда повернуть, чтобы доставить этот поднос прямо в рабочий кабинет старейшины Гело. В пустом коридоре перед высокой дверью, я аккуратно поставил на пол поднос, развязал свёрток, и оделся как подобает юноше прошедшему испытание, последнему из отряда неизвестного ордена. Очень странного ордена, записи о котором появились на севере всего атнивку назад. я оправил одежду, кинул ту в которой был в сумку, ту самую с которой ещё Тамар уходил от сдвига. Чертежи и карта фракций лежала там же. Подняв поднос, я подошёл к двери, и собрался постучаться.
— Заходи, кем бы ты ни был, — раздался из-за двери довольно уверенный для старика за восемьдесят голос.
Неожиданно, но возможно так даже лучше. Впрочем посмотрим. Я открыл дверь и шагнул в пасть к тигру. Или вернее будет сказать под обвал?
Глава 15
На меня смотрел высокий худощавый старик, плешь на его голове грозила в ближайшее время перерасти в лысину, но тонкий ряд седых волос по плечи, держал оборону. Старик кутался в толстый шерстяной халат серого цвета, и держал в руках документ. На огромном столе чёрного мрамора, в пределах его досягаемости, высились горки свитков, ещё одна большая гора, видимо не разобранных, покоилась справа от него. Неожиданно мне стало страшно, как тогда на испытании. Очередной зверь который может разрушить и уничтожить всё что мне хоть сколько-нибудь важно в этом мире. И этот зверь изучал меня. Я, сам не зная почему, на секунду переключил зрение, и заметил что старик вливает ману в стол. Импульсами. Да он же инфразвуком меня пугает, сволочь такая! А ещё у него плотность жуть какая, я такую не встречал ни разу. Я уловил ритм, и стал делать то же самое, но с воздухом. Старик вдруг задрожал, и я сразу перестал.
— Неожиданно, молодой воин, давненько я так не боялся, а я знаете ли не молод уже.
Я аккуратно поставил поднос с едой на стол.
— Прощение. Я не люблю страх. Плохо думать, сложно, — я посмотрел на старика который всё еще не мог отойти. Э-э-э, да ты так кони двинешь, и тогда мне совсем хана. Я вспомнил о том что серотонин в основном вырабатывается в кишечнике и посоветовал, — Магия в кишки, помогает успокоиться.
Старик недоверчиво посмотрел на меня, но видимо решил что хуже не станет, и вскоре на его лице отобразилось удивление.
— Как тебя зовут молодой воин?
— Прощение. Я должен быть начать с этого. Тамар, сирота, безродный, последний в отряде ордена Православие, учения Христианства, — свои слова я сопровождал демонстрацией знаков, как положено по этикету северян.
— Меня ты знаешь, но я представлюсь, Гело, старейшина рода серого камня, клана серого камня.
Он распахнул халат и вытащил на свет один единственный знак, но это по местным меркам крыло все мои регалии.
— Что-то я недавно читал такое, — задумчиво посмотрел он на мой крестик, а затем шевельнул пальцами, и один из свитков спланировал со шкафа справа от него, — орден православия. Верует что все другие духи кроме признанного ими — ложь, но при этом отвергает убийства. Запрещают своим последователям хотеть чужое. Это про тебя?
Я кивнул. Свиток отправился обратно, а поднос прокатился по столу поближе к старейшине. Он взял кувшин, подогрел его содержимое, и налил себе в кубок.
— Раз ты отвергаешь убийство, то бояться отравы глупо, — прокомментировал он свои действия, — и зачем же ты пришёл ко мне, Тамар безродный?
Я достал из сумки деревяшку со знакам рода на каждой стороне, и пакет с чертежами.
— Я пришёл просьба, и помощь.
— Даже так? — удивился старик, и выдернул магией у меня из рук знак.
Мощь! Обычно прямое магическое воздействие вблизи чужого тела невозможно. Я предполагал что тут формула, как это принято в физике, завязана на знаменатель в виде квадрата расстояния. Вот что значит разница магического потенциала. Я покрепче сжал пакет с чертежами. Старик тем временем внимательно рассматривал знак, при этом сильно щурясь. Да, очки бы ему не помешали, ну да ладно, договоримся — сделает.
— Агле? — поинтересовался он, приподняв знак.
Я кивнул, он так же стал рассматривать вторую сторону, но через какое-то время признался.
— Не знаю, кто-то из младших.
— Монг, мне нужны быть знаки, я обратиться к нему.
— Монг? Погоди, что-то такое было, — он снова пролеветировал со шкафа какой-то свиток, — рисунки по которым можно делать изделия без объяснений. Ты его научил?