— Пора, — коротко сказал стражник.
Вилл недоверчиво посмотрел на время.
— Ещё же двадцать минут?
— Требование королевы, — также коротко объяснил стражник.
Этот момент насторожил, но делать ничего. Вилл медленно встал. Ноги едва не подкосились, хотя особой слабости и не было.
— А никто не…
— К Вам никто не приходил, — так же приглушённо ответил стражник, будто прочитал его мысли.
К ногам словно привязали пару гирь. Вилл старался держаться достойно, хотя сейчас на него смотрели лишь стражники, закованные в непривычные для первого королевства чёрные доспехи, цвет которых практически сливался с царящим полумраком. Вилл вышел из маленькой комнаты. Двое сразу за спину. Двое шли впереди, поднимаясь по ступеням и ведя по сети узких коридоров. С каждым шагом крики заведённой толпы становились чётче и громче. «Убить». «Убить». «Убить». Словно написанные кровью слова в его камере, НИПы требовали пролить кровь презренного Кровавого целителя. Что же, если Намтик и Кромор не придут, то их желание воплотится.
Вскоре закованные в доспехи фигуры остановились. Затем синхронно отступили в сторону. Беснование толпы непрерывно било по ушам, а вскоре к крикам добавился срежет поднимающейся решётки. Проход слишком маленький — пришлось немного нагнуться. Распрямившись, Вилл поднял взгляд и на мгновение опешил от раскинувшейся картины.
Всё началось утром. Арена Товира выглядела как непритязательная арена, которая казалась забытыми богами и уж тем более людьми стадионом в небольшом городе. За ночь всё изменилось. При помощи магии арену расширили, изменили, превратили в нечто, напоминающее величественный Колизей. Когда они приходили смотреть на Шрама, то всего для сидений были несколько «этажей» в виде закольцованных каменных плит. Теперь подсчитать количество рядов невозможно. Они шли один за другим, устремляясь ввысь. Почти все места заняты, а редкие пробелы заполнялись подходящими. Казалось, что никого не смущает погода. Если вчера было солнечно и тепло, то сегодня царил пронизывающий холод и ледяной дождь, который тяжёлыми каплями хлестал по лицу. Небо настолько затянуто, что и не скажешь, что сейчас полдень. Вдалеке гремел гром, а молнии озаряли темноту яркими вспышками. Вилл осторожно сделал шаг. С одной стороны, ступать на пропитанный водой песок неприятно. Слишком вязко, а что говорить о быстром перемещении. С другой — Малекору также неудобно передвигаться по такому песку. Бойцовые ямы находились глубоко под городом, и единственное, что смачивало песок — это кровь, своя или врагов. Ещё неизвестно, кому будет сложнее.
«Но без них это всё бессмысленно», — мрачно подумал Вилл. Увидев его, толпа разразилась возбуждёнными криками. Казалось, что повлияла и сама погода — под властью стихии НИПы высвободили животную сущность, а близость толпы подпитывала её. Один из зрителей бросил камень, но он ударился во что-то незримое практически на краю арены. Ага. Магический щит, который не допустит вмешательства с обеих сторон. Что же, внушает надежду, что бой пройдёт честно. Вилл постарался отключить рёв толпы и осмотреть её более вдумчиво. Где они? Разглядеть маленького разбойника и колдуна в тёмных одеждах среди тысяч человек — всё равно, что найти иголку в стоге сена. Пришли многие горожане, также хватало и игроков, которые в зачарованных доспехах и мантиях выглядели как игрушки на новогодней ёлке. Его противника, Малекора, пока не было. Вилл чувствовал, как холодные крупные капли неприятно забираются за шиворот. Вряд ли его преждевременный выход на арену сделан просто так, без какой-либо цели.
— Чья кровь прольётся сегодня? Кто ответит за убийство дорогого короля Анверта? — раздался чей-то усиленный голос.
Со всех сторон тыкали пальцем. Понятно. Его вывели не просто так. Это одна из попыток сломить его. Стояние под неприятным дождём. Чудак, голос которого равномерно разносился по стадиону. Толпа, готовая по одной лишь команде сломать все магические барьеры и растерзать его. Вот, что задумали. На эти минуты ожидания он станет зверюшкой, которую выпустили на арену в цирке. Над которой будут насмехаться. На которую будут давить. И когда выйдет Малекор, зверюшка должна быть настолько сломленной, что согнёт её малейший удар.
Вилл бросил взгляд через плечо. Сомкнутая решётка красноречиво говорила, что уйти обратно в комнатку ему не дадут. Вилл пошарил взглядом по трибунам. Вот она. Красиво обустроенная ложа для почётных гостей. Сама королева Трелорин, восседающая на золотом стуле с высокой спинкой. Издалека сложно увидеть её одежды, но казалось, Трелорин не изменила тёмно-красному платью. Требование королевы. Понятно. Это её месть. Месть за то, что он посмел влезть в её планы.
«Зверюшка, значит», — подумал Вилл, чувствуя, как закипает злоба.
— Кровавый… — начал Вилл, но прервал себя.
Нет. Этого они и добиваются. Что он потеряет контроль и совершит что-то бездумное. Нельзя тратить драгоценные запасы Кровавого заряда. Холодная голова — вот ключ к победе и продолжению плана. Какое дело до криков остальных?
— …а знаете что? Видите нечто неожиданное? По правилам Виллиус может призвать двух союзников в битву, двух Призванных, таких же глупых, как и он сам! Но он один! Виллиус, да-да, я обращаюсь к тебе, неужели даже у такого отброса… — после этих слов толпа сошлась в восторженных криках. — …не нашлось пары друзей?
«Я не знаю, кто ты, но после поединка я тебе что-нибудь оторву», — хмуро подумал Вилл. На мгновение закралась мысль, что этот невидимый комментатор игрок — после вчерашней выходки, помноженной на все его подвиги, не придётся долго искать человека, готового полить его прилюдно грязью, даже бесплатно. Однако, этот голос прав. Он действительно один. Кромора и Намтика нет, и с каждым мигом зрела уверенность, что вряд ли они красиво появятся в самый разгар битвы или за мгновение до начала, утирая со лба пот и как в красивых историях призывая сразиться плечом к плечу.
«Чёрт», — мысленно сплюнул Вилл. До полудня осталось семнадцать минут. Делать нечего. Посмотреть бой пришли не только НИПы, но и игроки, а правилах ничего не сказано о том, что он должен сражаться утверждённым заранее составом. Ради сохранения виртуальной жизни, ради того, чтобы не сходить с намеченного пути, ради Мории, близостью с которой он добровольно пожертвовал, ради всего этого нужно наступить на горло гордости и попросить помощи. Если Намтик и Кромор успеют — до начала битвы вызвавшегося можно заменить обратно.
— Кровавый полёт! — выкрикнул Вилл, чувствуя успокаивающий упругий взмах за спиной.
Улюлюканье толпы стихло словно по щелчку. Вилл взлетел, ощущая, как капли дождя непрерывно хлещут по лицу. В этот раз полёт не был плавным и лёгким, скорее напоминал плавание в вязком киселе. Приходилось прикладывать больше усилий хотя бы для взлёта, не говоря уже вираже или кульбите. Да уж, этот момент он непредусмотрительно не учёл в своих планах. Вилл вздохнул, набрав в лёгкие холодного дождя, и, выждав момент, когда комментатор смолкнет, во всю глотку прокричал.
— Меня зовут Виллиус! Все вы знаете меня как Кровавого целителя! Сейчас я обращаюсь ко всем вам как игрок, попавший в беду. Мои товарищи не смогли прийти и помочь. Без них мне не победить. Без… — Вилл сглотнул. — Без вас мне не победить! Помогите мне! Пожалуйста!
По толпе прокатился взволнованный шёпот. Вилл размахивал крыльями и обеспокоенно смотрел в разные стороны, стараясь найти хоть одного согласного. Нет. Все взмахивали руками, кричали, но никто не спустился.
— После вчерашнего ты серьёзно рассчитываешь на помощь? — раздался крик.
Вилл сразу узнал его. Беллаторцус, который вчера потерял девушку отчасти из-за его трюка с яблоками. Его крик радостно поддержали сидящие рядом игроки, а после он словно волна распространился по всей трибуне, захватив всех.
Кровавый заряд иссяк. Чтобы не упасть перед толпой лицом в песок, Вилл медленно спустился, спрятав крылья. Рука вновь достала нож, полоснула по левой руке. Правая рука настолько искалечена, что пришлось перестать использовать её в ритуале. Кровавый кубок быстро наполнился тёмно-красной жидкостью, и Вилл быстро выпил её на глазах у тысяч людей. Плевать уже. Пусть думают, что хотят. Важно, что он остался один. А возможно ли иначе? Все люди, которые могли помочь, либо пали, либо морально сломились, либо вполне закономерно ставили свои интересы повыше. Единственных товарищей что-то втянуло. Значит, выхода нет. Придётся рассчитывать на…