Литмир - Электронная Библиотека

Значит, подозрения оправдались. Погрязший в страхе за шкуры Совет объединил силы с Невозвращенцами с целью обернуть гнев НИПов на Альянс. Одно дело бороться против себе подобных, и другое — против НИПов, чей уровень практически максимальный.

— Я поняла вас, — сдержанно произнесла Трелорин. — Вы правы — за поступок убийцы должны ответить лишь причастные и поддерживающие его. Простые Призванные ни в чём не виноваты, и я донесу эту мысль до своих подданных, до каждого.

«Вот значит как, уже убийца», — думал Вилл, неотрывно смотря на Трелорин. Красивое лицо девушки, покрытое скорбью, внезапно натолкнуло на одно сравнение. Венж, который скорбел по своей любимой. Венж, который своими руками прервал игровые жизни Исуки и ещё двадцати семи хороших ребят. Он спрятался за скорбящей маской, и сделал это так убедительно, что ему беззаветно поверили. Вот, что пришло на ум. Вилл продолжал всматриваться в Трелорин. Её мягкие губы раскрывались, что-то произнося, но разум не улавливал звуки. Всё сильнее крепла уверенность, что она принимала в этом спектакле непосредственное участие.

— Кровавый целитель Виллиус, — раздался искажённый механический голос, который словно провели через десяток звуковых фильтров. — Вы признаёте вину?

Уловить, кто именно говорил, было сложно, но казалось, говорит один из сидящих по левую от Трелорин сторону судей.

— Нет, — уверенно сказал Вилл.

— Хорошо, — ответил загадочный голос.

Происходящее далее напомнило слушание по поводу первого легендарного подземелья, правда с важным различием. Поскольку у Венжа не было доказательств, он использовал тактику «первого слова», выдав свою версию раньше, и в целом давил на факт, что он не сбежал, а сотрудничал с Советом. Лживые факты с его стороны нельзя было опровергнуть, и на этом строилась атака.

Сейчас всё иначе. У треугольника обвинения «Трелорин-Лодап-Саквир» на руках были неплохие, а главное правдивые карты. Нашлись свидетели, которые видели его выходящим из дворца третьего королевства, и покрыть это нечем. Он ничего не купил, ни с кем ни встречался, кроме что Эфклина, а выдумывать оправдания на ходу себе дороже. Так же давили на факт, что он легко нашёл принцессу, что не смогли сделать лучшие люди королевства.

— Виллиус, — раздался голос ближе к левому концу стола. На мгновение в голосе пробились женские нотки. — Объясните, что созданный силой Вашей искры яд делал в Напитке Единения.

«Потому что этот яд отдал Зирвичек, маленький засранец», — подумал Вилл и ответил:

— Кто-то его купил.

— Вы настолько глупы, что продаёте такие опасные предметы неизвестным лицам? — искажённый системой голос не давал уловить интонацию вопроса.

— Кузнец, продавший клинок убийце, является пособником преступления, — произнёс другой голос, немного правее. — Таковы правила.

Керпул был прав. Информация по поводу слушания в любом случае распространится среди остальных игроков, что приведёт к глобальному пересмотру торговых отношений. Продавать оружие, ядовитые зелья или опасные инженерные причуды будут лишь доверенным лицам. Мало приятного сделать для человека оружие, а после попасть под немилость НИПов.

— Виллиус. Скажите последнее слово, — произнесла фигура, которая сидела слева от принцессы.

Вилл выдохнул. Итак, момент настал. Можно было бы использовать эту часть плана в самом начале, сэкономив всем время, но важно как предупредить других игроков личным примером, так и посмотреть за реакцией принцессы и представителей Совета. На его сторону не встал никто. Может быть, боятся, может быть, считают его виноватым, а может не хотят разрушать альянс «Совет-Невозвращенцы-Первое королевство». В любом случае, это полезные выводы. Сейчас его выход.

— Скажу вот что. Вы судите меня, но забываете один важный момент. Я — не житель вашего королевства, и даже не житель двух других. Я — Призванный, существо из другого мира.

По немногой толпе, особенно слева, где сидели лорды и влиятельные люди, прокатился шёпот.

— Согласно вашим законам я могу потребовать передать свой суд в руки того, кто выше даже Верховного судьи. Я требую передать мою судьбу в руки Всевышнего! — решительно произнёс Вилл.

Испытание поединком не обошло стороной и первое королевство. Из того, что удалось вычитать, потребовать его можно лишь при одновременном соблюдении трёх условий — отказа признать вину, отсутствию железных доказательств, указывающих на явную вину и быть существом, который не является жителем ни одного из трёх королевств. Из тех же источников удалось вычитать, что подобная процедура в последний раз применялась более девятисот лет назад.

«Как бы они про неё не забыли», — с нотками лёгкой паники подумал Вилл. Нет. Судя по шёпоту, который быстро вырос до удивлённых возгласов, про этот момент все помнили.

— Что за вздор! — воскликнула Трелорин. — Да, ты Призванный. Да, ты не признаёшь вину. Но есть очевидные доказательства причастности к отравлению отца!

— Утверждать об этом рано, — меланхолично ответила одна из белоснежных фигур, — Требуется голосование. Если хоть один не поднимет руку, то судьбу Виллиуса решит Всевышний. Кто уверен в его абсолютной вине?

Трелорин решительно взметнула правую руку. Следом взлетела рука Малекора. Пуарум и Ниргбус поддержали. Вилл с замиранием сердца следил, как рук становилось всё больше. Десять. Одиннадцать. Двенадцать. На этом счёт остановился. Три судьи руки не подняли. Получилось. Удочка заброшена, и главное, чтобы рыбка соблазнилась сочной наживкой.

— Ваше Высочество, — одна из не поднявших фигуру рук буднично обратилась к Трелорин. — Кто станет Вашим защитником?

— Я, — сразу процедил Малекор. Вилл с трудом выдерживал его взгляд — настолько он был тяжёл и полон ярости.

Рыбка клюнула.

— Согласно правилам, каждый защитник может воспользоваться помощью двух воинов, — продолжила фигура. — Ровно через сутки Всевышний решит судьбу Виллиуса.

Закончив, фигура подняла правую руку и негромко щёлкнула. Вилл почувствовал, как на шее смыкается холодный чёрный ошейник.

— Виллиус, подтвердите, что Вы согласны надеть его.

— Согласен.

Раздался глухой звук. Ошейник защёлкнулся и окончательно сомкнулся на шее, без возможности его снять.

— Виллиус, этот ошейник запрещает покидать Товир. Если выйдете за его пределы — сразу умрёте. Если не явитесь на Арену через сутки, то также умрёте. Пока что Вы свободны, и вольны спокойно передвигаться в пределах города.

Вилл кивнул и посмотрел на Трелорин. Красавица-принцесса, которая вот-вот станет королевой, смотрела на него с нескрываемой ненавистью. Все остальные также смотрели без тени любви. Лорды и торговцы, Лодап и Саквир, остальные представители Совета и стражники. Под этими гнетущими взглядами Вилл покинул Зал. Нужно успокоиться. Пока что всё идёт по плану. Теперь у него есть ровно сутки, чтобы подготовиться к битве с врагом, который обладает максимальным уровнем в этой игре.

Глава 2

— Паскуда кровавая! Сдохни!

Не успел Вилл уклониться от просвистевшего над ухом камня, как в плечо попал второй.

— Милый, хватит…у тебя будут проблемы…

— Чего? Да стража сама хочет его разорвать!

— Заколоть, а тело кинуть падальщикам! — предложил низкий мужской голос.

— Хих…им даже падальщики побрезгуют! — другой мужчина издал нервный смешок.

Под гогот небольшой толпы лысый мужчина с тонкими усиками и комплекцией бочки бросил очередной камень. Стоящая рядом женщина пыталась его успокоить, но тщетно. Вилл рванул в ближайший переулок, затерявшись между двумя поставленными слишком тесно друг к другу домами. Разработчик, ответственный за дизайн локации, явно схалтурил — ближе к концу переулок сужался в тоненькую нить, а из одного окна можно легко перебраться в другое. Вилл нырнул в похожую щель, присел на покрытую грязной травой землю и выдохнул. Преследовать его не стали — побоялись.

Едва он покинул дворец, как попал под лавину агрессии НИПов. К счастью, ошейник на шее выполнял и другую функцию — защищал от виртуальных жителей. Для него личность короля Анверта окутана мраком, но реакция горожан говорила о большой любви. Особо рьяные подданные пробовали расправиться с ним прямо на улицах, но заключённая в ошейнике магия защищала аналогично защите игроков от насилия внутри безопасных зон. Косые взгляды, оскорбления и камни — всё это неприятно, но большего сделать не смогут.

4
{"b":"860587","o":1}